Жена вместо сестры для Отморозка - Евгений Ключников

у кофейной стойки сделал шаг в сторону, чтобы уступить дорогу. Никто не сказал вслух, но воздух изменился.

Списанный Воронцов больше не выглядел списанным.

И подменная жена рядом с ним не выглядела жертвой.

На улице Ася вдохнула холодный воздух так глубоко, будто вышла не из бизнес-центра, а из подземелья.

— Куда теперь? — спросила она.

Дамир посмотрел на часы.

— Орлов.

— Сразу?

— Пока Кравцов звонит ему в панике.

— А если он не позвонит?

— Позвонит.

— Откуда знаешь?

— Потому что ты упомянула Мельникова, Тихонову, зеленую папку и Ларису. Кравцову сейчас нужно понять, насколько много мы знаем и кто уже говорит. Он не удержится.

— А Орлов?

— Орлов попытается выглядеть так, будто ждал нас.

— Значит, надо увидеть, где именно он переигрывает.

Дамир посмотрел на нее. Взгляд был темным, внимательным, почти теплым — но без потери собранности.

— Именно.

Ася села в машину уже не так, как утром. Тогда она ехала в неизвестность, пусть и с поднятой головой. Теперь чувствовала, что в руках появился первый живой край нити. Тихонова. Лариса в фонде. Мельников с зеленой папкой. Кравцов, который нервничает сильнее, чем говорит. И Дамир рядом — не одинокий Отморозок, вышедший из леса пугать старых партнеров, а человек, который начал слушать, когда она видит то, что он пропускает.

К офису Орлова они подъехали через двадцать минут.

Это было другое здание. Не стеклянное, а старое, каменное, восстановленное с таким вкусом, который говорит: здесь не просят денег, здесь их распределяют. На фасаде не было крупной вывески. Только маленькая латунная табличка с названием управляющей компании. Артем остановил машину у бокового входа.

— Готова? — спросил Дамир.

Ася посмотрела на дверь.

— Нет.

— Хорошо.

Она повернулась к нему.

— Почему хорошо?

— Если бы сказала “да”, я бы занервничал.

— Ты и так.

— Да. Но контролируемо.

Она протянула руку и, прежде чем успела передумать, коротко коснулась его пальцев. Не как у печки. Не как перед поцелуем. Как перед входом в очередную комнату, где их будут пытаться разделить.

— Не даем им старую роль, — сказала она.

Он посмотрел на их руки.

— Тебе — жертву.

— Тебе — зверя.

— Нам — ошибку.

Она сжала пальцы чуть сильнее.

— Нам — тандем.

Он почти улыбнулся.

— Слово ужасное.

— Зато точное.

— Заразилась окончательно.

— Поздно.

Они вошли в здание Орлова вместе.

И если в первом бизнес-центре их появление вызвало страх, то здесь — тишину.

Такая тишина бывает там, где люди подготовлены лучше. Где ресепшен уже знает, кто войдет. Где охрана не дергается, потому что получила инструкции. Где секретарь не бледнеет, а улыбается ровно настолько, чтобы не выдать ничего. Орлов действительно ждал их — или сделал вид.

Его помощница, женщина лет тридцати с идеальной осанкой и холодными глазами, проводила их наверх почти без слов. Ася сразу отметила: не секретарь. Слишком много власти в походке. Возможно, личный помощник, возможно, юрист, возможно, человек, который знает, где у Орлова лежат не только документы, но и слабости. На ее запястье были тонкие часы. На пальце — нет кольца. Она ни разу не посмотрела на Дамира с тем страхом, который видела у Кравцова. Зато на Асе ее взгляд задержался почти сочувственно.

Ложное сочувствие.

Ася сразу не поверила.

В кабинете Орлова пахло кожей, дорогим деревом и чем-то цитрусовым. Сам Орлов стоял у стола, в темно-сером костюме, спокойный, выверенный, с той самой мягкой улыбкой, которой можно было подписывать смертные приговоры без повышенного тона.

— Дамир, — сказал он. — Я думал, ты придешь раньше.

— Я заехал к Кравцову. Он скучал.

— И как он?

— Вспотел.

Орлов улыбнулся чуть шире.

— Невежливо.

— Но точно.

Он перевел взгляд на Асю.

— Анастасия Викторовна. Рад видеть вас в добром здравии после вчерашних неприятностей на дороге.

Вот оно.

Дамир не изменился в лице.

Ася тоже не должна была. Но внутри все резко встало на место: Орлов знает о дороге. Не по слухам. Не из полиции. Слишком уверенно. Слишком рано.

— Интересно, — сказала она.

— Что именно?

— Я не припомню, чтобы рассказывала вам о вчерашней дороге.

Пауза была едва заметной.

Очень короткой.

Но достаточной.

Орлов улыбнулся.

— В городе быстро распространяются новости.

— Особенно те, которых официально не было, — сказала Ася.

Дамир молчал.

Давал ей идти.

Орлов посмотрел на него, потом снова на нее.

— Вы стали очень внимательны.

— Меня хорошо учили.

— Дамир?

— Ошибки моей семьи.

Улыбка Орлова стала тоньше.

— Осторожнее. Иногда желание разобраться в прошлом делает живых заложниками мертвых.

— Вы уже говорили что-то похожее на благотворительном вечере, — сказала Ася. — Тогда это звучало как предупреждение. Теперь больше похоже на метод работы.

Дамир наконец заговорил:

— Кто отправил сообщение?

Орлов посмотрел на него спокойно.

— Какое?

— “Хочешь, чтобы жена жила — отдай оригиналы”.

Помощница Орлова, стоявшая у двери, едва заметно опустила взгляд.

Ася увидела.

Не страх. Не удивление. Скорее раздражение: Орлов не хотел, чтобы фраза прозвучала при ней. Значит, помощница знает. Или должна была не знать. В любом случае — реакция.

— Неприятно, — сказал Орлов.

— Да, — ответил Дамир. — И неумно.

— Почему?

— Потому что если бы ты хотел документы, Сергей, ты бы не угрожал так прямолинейно. Это стиль Кравцова. Или тех, кто хочет, чтобы я подумал о Кравцове. Но ты знал о дороге. Знал до того, как я сказал. Значит, либо получаешь информацию от людей, которые нас вели, либо от тех, кто перекрывал выходы. Мне сейчас не нужно доказывать, что это ты. Мне нужно, чтобы ты начал сомневаться, кто из твоих людей говорит слишком много.

Орлов слушал без видимой тревоги.

Но помощница у двери сжала планшет сильнее.

Ася сказала:

— Начните с нее.

Все повернулись к ней.

Помощница побледнела не сильно, но подбородок подняла.

— Простите?

— Вы среагировали на текст сообщения раньше, чем Сергей... — Ася сделала паузу. — Простите, не знаю отчества.

— Михайлович, — сказал Орлов мягко.

— Сергей Михайлович успел выразить удивление. Значит, вы либо видели сообщение, либо знали, что оно отправлено. И вам не понравилось, что Дамир произнес его вслух. Не потому что угроза ужасна. А потому что теперь вы в комнате с ней связаны.

Орлов медленно повернул голову к помощнице.

— Ирина?

Женщина молчала.

Вот так. Имя.

Ирина.

Ася увидела, как у нее дернулась линия горла. Не виновата полностью. Но знает. Или боится, что знает слишком много.

Дамир смотрел на Орлова.

— Похоже, сегодня не только Кравцову стоит проверять сотрудников.

Орлов улыбнулся, но улыбка уже стала холоднее.

— Дамир, ты всегда любил эффектные входы. Но не путай страх людей перед твоей репутацией с доказательствами.

— Не путаю. Поэтому пришел не с полицией.

— А с