Как зомби из трущоб вернула свой кайф - Диана Роулэнд

полуприкрытыми глазами, послушно перехватывая кусочки из моей ладони и сглатывая их. Раны на его торсе начали лихорадочно затягиваться, превращаясь в гладкую, чистую кожу прямо под слоями чужой крови и остатков месива, а к лицу вернулся слабый намек на здоровый румянец. На сто процентов здоровым он, конечно, еще ни разу не выглядел, но, по крайней мере, больше не напоминал суточный труп.

Когда он в очередной раз не открыл рот для нового кусочка, я поняла: его собственный паразит получил достаточно топлива на первое время.

— Тебе нужно поспать, — тихо произнесла я. Пока он будет в отключке, паразит провернет всю необходимую черновую работу, чтобы окончательно обосноваться в Эндрювилле.

Его веки судорожно вздрогнули, приоткрывая мутные зрачки:

— Ч-что мне теперь… делать?

— Спать, — непреклонно отрезала я. — Со всем остальным разберемся позже.

Он честно попытался выдавить еще пару слов, но на данном этапе у него не было ни единого шанса против ультимативных потребностей его собственного тела и новых внутренних жильцов. Он что-то невнятно пробормотал, его глаза закрылись, и он расслабленно обмяк, навалившись на меня. Меня саму накрыла колоссальная волна усталости; я поправила его тело так, чтобы нам обоим было хоть немного удобнее, но продолжала крепко прижимать его к себе.

Задняя дверь фургона с тихим скрипом приоткрылась, и внутрь заглянул Филипп; на его лице читалась неприкрытая тревога. Он встретился со мной взглядом — вопросительным и понимающим, — и я спинным мозгом почувствовала: он пришел поддержать меня, но без лишних слов закроет дверь и уйдет, если я попрошу. Моя рука сейчас весила добрый центнер, но мне всё же удалось приподнять её и вялым жестом поманить его внутрь. Он забрался в кузов, прикрыл за собой створку, уселся рядом и по-свойски закинул руку мне на плечи — без каких-либо нежностей, а чисто по-напарнически: в стиле «ты просто чертовски уставший зомби, я с тобой». Я с огромной благодарностью привалилась к его плечу, пока голова Эндрю оставалась зажатой на сгибе моей руки прямо между нами. Мне дико хотелось выдать какую-нибудь дурацкую хохму на тему того, что мы только что образовали самую всратую и странную зомби-семейку в истории человечества, но вместо этого я просто уткнулась лицом в куртку Филиппа, закрыла глаза и мгновенно провалилась в глубокий сон.

Глава 34

Мне приснился лавандовый плюшевый мишка, который крепко обнимал меня своими лапами. Шевелился. Сжимал. И истекал фиолетовой кровью.

Я резко вылетела из сна, и мне потребовалось пара секунд, чтобы сообразить, какого хера покрытый кровью Эндрю Сэйбер распластался у меня на коленях.

Его глаза лихорадочно забегали по сторонам — дикие и растерянные.

— Голоден, — прохрипел он, шумно сглатывая и пытаясь сесть.

— Хей, осторожнее. — Я крепче перехватила его одной рукой, а второй принялась наощупь искать контейнер с мозгами. — Держи, — скомандовала я, впихивая пару кусочков ему в рот. — Ешь это.

Паника мигом вытеснила растерянность из его взгляда, но он послушно заглотнул мозговые лоскуты, а затем перехватил и остальные, что я вкладывала ему в пальцы. Филипп аккуратно убрал свою руку с моих плеч.

— Я буду неподалеку, — шепнул он мне и тихо выскользнул из кузова фургона.

Я послала ему благодарную улыбку, после чего снова сосредоточилась на Эндрю. Кто-то предусмотрительно оставил рядом со мной пару пакетиков с протертыми мозгами, и как только Эндрю покончил с кусочками, я врубила ему в руки уже открытый зип-пакет. Он в один присест высосал всё содержимое, но когда я потянулась за вторым, отрицательно мотнул головой.

Он поднял свои ладони и поднес их к лицу, не веря собственным глазам.

— Что я наделал? — прошептал он.

— Я подарила тебе заболевание, которое только что спасло твою шкуру, — отрезала я.

Он сполз с моих коленей и сел на корточки в паре футов от меня; в его глазах плескался коктейль из шока и полнейшей неуверенности.

— Мне нужно вернуться. В офис. — Его взгляд упал на изодранное, залитое кровью месиво, в которое превратилась его рубашка. Он потрогал один из разрезов ткани, запустил ладонь внутрь, пытаясь нащупать раны, которых там больше не было. — Как… как я теперь смогу вернуться? — в его голосе прорезалось отчаяние, но тут он опустил руку и с силой сжал её в кулак. — Или это всё значит, что отныне я останусь вашим пленником?

— Нет, ты не наш пленник, — твердо заявила я, протянула руку и накрыла его кулак своей ладонью. — Эндрю, тебе нужно остыть. Мы не оставим тебя голодать. Мы поможем. Но тебе реально нужно сесть и нормально поговорить со мной и с Пирсом.

Он резко выдернул свою руку.

— Джентри. — Это имя он произнес с такой лютой ненавистью, и я его прекрасно понимала: он-то до сих пор считал Джентри предателем и шпионом. Ну и мысль о том, что настоящий Джентри вовсю по-взрослому кувыркался с его мамочкой, тоже вряд ли добавляла ему душевного покоя. — Я не могу сейчас с ним пересекаться. — Его губа презрительно перекосилась.

— Джентри стоил нам… стоил «Сабертону» вообще всего.

— Стоил вам?! — издевательски хмыкнула я. — Да хорош пиздеть, Эндрю, спустись на землю. Это всё равно что угонщик машин начнет дико козлить на копа под прикрытием за то, что тот лавочку прикрыл и пустил всю его сытую преступную жизнь по пизде. С одной маленькой поправкой: вместо тачек на запчасти вы тут людей пилили. — Я свирепо уставилась на него. — И не забывай, дорогуша, теперь ты сам — один из этих людей. Но хей, если хочешь передумать — еще не поздно. Убить зомби вполне реально, спроси у Криса Питерсона.

Эндрю насупился, но было очевидно, что мой аргумент попал не в бровь, а в глаз.

— Я не собираюсь передумывать. Я не хочу подыхать. — Он подозрительно прищурился: — Но с какого перепугу вы вообще готовы отпустить меня обратно?

— А почему бы и нет? Нам тут домашний ручной зомби нахрен не сдался, — я безразлично пожала плечами. — К тому же я сильно сомневаюсь, что ты побежишь строчить докладную записке своей мамочке — или кому-то еще в «Сабертоне» — о том, что ты