Баллада о зверях и братьях - Морган Готье

Он улыбается, и в уголках его глаз появляются морщинки. Из моего любопытного вопроса он, кажется, понял, что я на самом деле пытаюсь выяснить. Быть не только профессором, но и послом в Калмаре — это должности, которые я ожидала бы увидеть у кого-то куда старше. Чем дольше я на него смотрю, тем больше убеждаюсь, что ему не больше тридцати. Меня удивляет, что он занимает такую почётную должность в столь юном возрасте.

С доброй улыбкой он говорит:

— Я преподаю с тех пор, как окончил школу в восемнадцать лет. В инвалидной коляске с двух лет, поэтому с самого начала знал, что мне никогда не позволят сражаться на передовой, даже если возникнет такая необходимость. Меня обучили преподавать Историю Далерина и легенды и предания Шести Королевств.

Хотя он широко улыбается почти всё время, пока объясняет, я улавливаю нотку печали в его голосе. Мне хочется задать ещё несколько личных вопросов, чтобы понять, почему он скрывает свою грусть, но я сдерживаюсь.

— У вас магия огня?

Это, похоже, оживляет его. Он кивает, отбрасывая несколько непослушных светлых прядей со лба.

— Да, и это синий огонь.

— Синий? — я бросаю взгляд на Никса, но тот ничего не говорит. — Простите, я новичок в мире магии. Что такое синий огонь?

— Ах, простите меня, — профессор Риггс потирает бёдра. Я сажусь на стул рядом с ним, чтобы мы могли говорить на равных. — Я часто слишком увлекаюсь и забываю, что не все понимают, о чём я говорю, — он прочищает горло и с гордостью выпячивает грудь. — Синий огонь — это электрический.

— То есть вы хотите сказать, у вас молнии? — мои глаза расширяются.

Он застенчиво кивает, теребя свои загорелые руки.

— Ну, да, но этот огонь — это не просто молнии. Он взрывоопасен, то есть — взрывы.

— Ух ты! — я искренне впечатлена. Я и не знала, что синий огонь вообще существует. — У многих ли магов огня — синий огонь?

— Нет, это редкость, — Эзекиил качает головой и смотрит на Никса, стоящего позади меня. — Хотя, конечно, не такая редкость, как аномал, но по сравнению с другими магами огня — это самая мощная форма.

— По-моему, если вдруг снова начнётся война, вам следовало бы быть там.

Что-то мелькает в его шоколадно-карих глазах, и я боюсь, что сказала что-то не то, но, прежде чем я успеваю извиниться, снова раздаётся стук в дверь директора.

— Входите! — зовёт директор Рэдклифф, теперь уже удобно устроившаяся за своим столом, и даже не думает вставать, чтобы поприветствовать того, кто решительно входит в кабинет. — Ах! Опаздываете, но лучше поздно, чем никогда, профессор.

— Прошу прощения за опоздание, госпожа директор, — знакомый глубокий голос останавливает моё сердце.

Я медленно поворачиваюсь и вижу Атласа, стоящего в задней части комнаты. Он встречается со мной взглядом, и в его глазах блестит искорка.

— Профессор? — слово срывается с моих губ, как горький на вкус фрукт.

— Проблемы с первогодками, профессор Харланд? — спрашивает директор вполне буднично, уставившись на обожжённую кожаную одежду Атласа.

Он пожимает плечами без особого волнения, облокачиваясь на стену плечом.

— У Драко проблемы с меткостью, но я уверен, к концу семестра он справится.

— Превосходно! — восклицает Филомена, хотя её голос не становится ни капли дружелюбнее, просто немного более выразительным. — Итак, принцесса Илария, мы назначили вам профессора Харланда в качестве мастера по боевой магии, поскольку, насколько мне известно, он уже начал ваше обучение во время пути сюда. Мы посчитали, что будет лучше, если он продолжит свою работу.

— Это лучший, кого вы можете предложить? — спрашиваю я, не подумав, и Никс, до этого стоявший молча и неподвижно, вдруг сдерживает смешок, прикрыв его фальшивым кашлем.

Атлас усмехается.

— Уверяю вас, я лучший.

Директор сдержанно усмехается:

— Уверена, профессора Фенвик и Дармас с этим бы поспорили, но профессор Харланд — один из самых востребованных преподавателей здесь, и я уверена, он покажет себя с наилучшей стороны, — она отодвигается от стола и встаёт. — Теперь, когда все в сборе, можем провести для вас экскурсию по территории, прежде чем вы начнёте занятия. У вас будет вводный курс с профессором Риггсом, а затем первая тренировка с профессором Харланд.

Она не ждёт ни моего согласия, ни чьего-либо ещё, а сразу выходит из своего кабинета. Я дожидаюсь, пока профессор Риггс последует за ней, и только потом встаю. Атлас по-прежнему не сдвинулся со своего ленивого положения у стены и, хотя выглядит так, будто ждёт, что я что-то скажу, но я игнорирую его. Следую за остальными с Никсом у меня за спиной.

В тот момент, когда мы выходим в коридор, жёсткая осанка директора немного смягчается. Указывая на разные классы и фрески, её ореховые глаза загораются, и она становится очень оживлённой.

— До Великой войны, более двадцати лет назад, Магикос Граммата была домом для магов со всего Далерина.

Эта часть её отрепетированной речи привлекает моё внимание.

— То есть, когда-то это была не только школа для магов огня?

Она резко разворачивается, прерывая движение, только чтобы сказать:

— О да. Когда школу основали тысячу лет назад, она была открыта для всех смертных магов. Лишь Великая война всё изменила.

— Почему?

Гримаса на её лице пронзает меня насквозь.

— Большинство магов погибли. Мидорианцы испугались, что, если не искоренить магию после уничтожения порталов, может случиться новая магическая война, и потому они запретили магию песка и воздуха. А так как других стихийных магов почти не осталось, каждое королевство решило держать своих магов у себя, на всякий случай, — она пожимает плечами. — Со временем мы поняли, что никто уже не вернётся, ведь в своих королевствах они основали школы для собственных видов магии, поэтому мы оставили двери школы открытыми и стали обучать только магов огня из Троновии.

Стыд заливает мои щёки, когда я понимаю, что мой отец, участвовавший в Великой войне, запретил магию, потому что испугался. Я чувствую, как все взгляды обращены на меня, поэтому делаю глубокий вдох, прочищаю горло и киваю.

— Спасибо, что объяснили, госпожа директор.

— Разумеется, — она дарит мне натянутую улыбку. — А теперь, если вы последуете за мной, я покажу вам фонтан Беллмэрроу, о котором ходят легенды…

Её голос постепенно растворяется, пока она и остальные продолжают идти по коридору. Я жестом прошу Никса пройти вперёд и чуть замедляюсь, давая Атласу возможность догнать меня. Когда Никс видит, с кем я, он отдаляется, давая нам пространство для разговора,