Рассвет боли - Кэтрин Диан

— Нам нужно уйти? — спросил Вэс.

Рис с трудом сглотнул. Сначала он не ответил. Что-то промелькнуло в его взгляде, какая-то внутренняя борьба. Затем он сказал:

— Нет.

— Потому что мы можем уйти.

— Я сказал Киру, что сделаю это, и я сделаю. Мне просто нужна секунда.

Что-то в этом заставило Вэса замолчать. Это говорило о… чести. Вэс так усердно старался разглядеть в Рисе отрицательные стороны, что каким-то образом упустил это из виду. Он не должен был этого делать. Тот факт, что Рис вообще работал с Тишью, наводил на мысль об этом. То, как он вмешался в назревающий спор Кира с Амарадой прошлой ночью, доказывало это. И в ту ночь, когда Нокс вломился в квартиру Вэса, именно Рис был там, помогая ему.

Не успев толком осознать, что делает, Вэс снял свой чёрный блейзер. Он протянул его Рису.

Рис с опаской посмотрел на него.

— Что это, чёрт возьми, такое?

— Ты дрожишь.

— Это прекратится.

— Ты вспотел. В белой рубашке.

Рубашка прилипла к плечам и мускулистой груди Риса. Он опустил руки и потянул за ткань, чтобы отлепить её от живота, как от стиральной доски. Он поморщился, когда она прильнула обратно к его коже.

Вэс снова протянул ему пиджак.

Рис выглядел смущённым.

— Я испачкаю его потом.

— Мне, бл*дь, всё равно, — от раздражения голос Вэса прозвучал резче, чем он хотел. Он ненавидел себя за то, что что-то было не так, и он не знал, что именно. Он ненавидел то, что Рис отказывался от его предложения.

Затем Рис прерывисто вздохнул и потянулся за пиджаком. Пока он надевал его, рубашка задралась выше пояса джинсов с низкой посадкой. Вэс старался не замечать дразнящего блеска светло-золотистой кожи, натянувшейся поверх мышц. Когда Рис надел блейзер, его идеальная посадка подтвердила, что они с Вэсом примерно одного размера.

Рис не стал смотреться в зеркало, чтобы проверить, как выглядит пиджак, причёска или что-то ещё. И в этом не было необходимости. Его тёмно-русые волосы, коротко подстриженные, были достаточно густыми, чтобы на их волнистой макушке не было заметно пота. Это выглядело чертовски горячо. И пиджак тоже.

Пиджак Вэса.

На теле Риса.

Вэсу не понравилось, что он заводился, особенно в сложившихся обстоятельствах. Что-то не так. Рис был расстроен. Расстроен настолько, что его только что сильно стошнило. И всё же, на него явно подействовал вид Риса в пиджаке.

Рис застегнул его.

— Ладно. Я в порядке.

— Да? — Вэс не был так уверен в этом.

Рис тяжело вздохнул.

— Да.

Вэс пошёл отпереть дверь уборной. Когда он вышел и придержал её, то внимательно окинул Риса повторным взглядом. Он не до конца понимал, насколько изменилось выражение лица Риса в уборной, пока лёгкая сексуальная улыбка не вернулась на его великолепное лицо. Даже его глаза стали нормальными. Это не должно было быть возможным, не так быстро.

И его движения. Рис стоял неподвижно, почти неподвижно, пока прислонялся к стене уборной. А теперь вся подвижность вернулась — как будто ничего не произошло.

— Нам следует разделиться, — сказал Рис, когда они возвращались в главное помещение. — Как раньше.

— Если ты этого хочешь.

— Мы сможем охватить большую площадь.

— Ладно.

Они подошли к двери, и Вэс сразу же влетел бы внутрь, направляясь прочь от Риса, чтобы доказать, что он не собирается топтаться на месте и цепляться, что, если Рису нужна дистанция, он с радостью её предоставит. Но Рис остановил его одним словом.

— Спасибо. За пиджак.

Прежде чем Вэс успел ответить, Рис вошёл в рубиновое сияние клуба, с кажущейся лёгкостью пробираясь сквозь толпу. Вэс направился к бару. Он не хотел пить, но ему нужно было чем-то занять руки. Легче вписаться в обстановку, легче молчать, если казалось, будто ты наслаждаешься своим напитком.

Он заказал скотч и, ожидая, незаметно огляделся по сторонам. Конечно, ничего не изменилось. Они ушли всего несколько минут назад. Но ему казалось, что изменилось всё. В нём. В Рисе.

На секунду что-то показалось Вэсу реальным, и это лишило его способности защищаться. Противостоять Рису было легче, когда в нём жило обаяние и игривость, когда Вэс мог взаимодействовать с этими его внешними чертами и не обращать внимания на что-то более глубокое. Но Вэс застал Риса в уязвимый момент, и он не знал, как с этим справиться.

Что вообще произошло, бл*дь?

Рис не пьян, это была ложь. Что-то другое вывело его из себя.

Вэс легко заметил его в толпе. Русый блондин, ростом 190 см, невероятно красивый — отчасти это упрощало задачу. Но кое-что из этого — то, как его взгляд устремился прямо к Рису, словно больше смотреть было не на что — Вэс не мог объяснить.

Но, с другой стороны, Рис двигался по клубу слишком целеустремлённо. Он пытался скрыть это, выглядеть непринуждённо, но утратил часть той плавности и небрежной сексуальности, которые ненадолго вернулись к нему в коридоре.

Люди поднимали головы, когда он проходил мимо, провожали его взглядом. Возможно, из-за внешности. Его лица и фигуры было достаточно, чтобы привлечь внимание любого. Но он, казалось, был на охоте, и люди должны были это заметить.

Получив свой напиток, Вэс пробрался сквозь рубиновый свет, звуки джаза и шикарную толпу в клубе, чтобы перехватить Риса у пустого высокого столика. Рис резко остановился. Вэс поставил стакан со скотчем на стол и подвинул его к Рису.

— Я поделюсь, — сказал Вэс, пытаясь придать своему голосу флиртующие интонации, но потерпел сокрушительную неудачу. Даже он понял, что это прозвучало как приказ.

Но Рис, похоже, всё равно уловил, что к чему, и подыграл ему ради наблюдающих за ними взглядов. Оставив одну ногу на полу, он сел на один из высоких табуретов. Вэс придвинул другой табурет поближе, чтобы они могли выглядеть более интимно и тихо разговаривать.

Боже, почему Рис так хорошо смотрелся в блейзере Вэса? Почему это так влияло на Вэса? И почему Вэсу приходилось прикладывать столько усилий, чтобы не протянуть руку и не накрыть ею ладонь Риса, когда он завертел в руках стакан со скотчем?

— Я так плохо справлялся? — тихо спросил Рис, не отрывая взгляда от бокала в форме чаши.

— Ты не совсем сливался с толпой.

Рис слегка поморщился.

— Это место не в моём стиле.

— Было вполне в твоём стиле, когда ты танцевал, — заметил Вэс. Рис двигался со всей своей природной силой и грацией. Он улыбался, когда танцевал. Вместо его обычной очаровательной