Попаданка в тело ненужной жены - Юлий Люцифер

— Дом Арденов — один из старейших в королевстве, — начала Мира. — Очень богатый, очень влиятельный. У его светлости земли на севере, рудники, торговые соглашения, охотничьи угодья и люди при дворе. С ним считаются. Даже те, кто его не любит.

— А таких много?

Она на секунду задумалась.

— Те, кто его боится, обычно не успевают понять, любят они его или нет.

Я усмехнулась.

Честный ответ.

— У лорда Ардена есть родня?

— Ближе всех — леди Эстель, его мать. Отец умер пять лет назад. Еще есть дальние родственники, но в доме постоянно живет только она. Иногда приезжают кузены, советники, гости из столицы. Но управляет домом фактически лорд Арден. Леди Эстель… направляет.

— То есть вмешивается.

— Иногда, — дипломатично сказала Мира.

— Постоянно, — перевела я.

Она опустила взгляд, но по молчанию стало ясно: да.

2. Мой брак

— Теперь самое неприятное, — сказала я. — Как именно я оказалась замужем за человеком, который смотрит на меня как на ошибку в бухгалтерии?

Мира вздохнула.

— Ваш отец, лорд Эверн, тогда был в тяжелом положении. Его земли пострадали после двух неурожайных лет, были долги, а при дворе он терял влияние. Союз с Арденами спасал положение.

— А Арден что получал взамен?

— Ваше приданое. Земли у реки. Доступ к старым связям дома Эверн. И… — она замялась.

— И?

— Говорили, что еще до свадьбы ходили разговоры о вашем даре.

Я выпрямилась.

— О каком именно даре?

— Никто не знал точно. Только что по линии вашей матери в семье когда-то рождались женщины с редкой магической чувствительностью. Не боевой, нет. Скорее… тонкой. Связанной с защитой, древними артефактами, печатями, распознаванием магии.

Вот оно.

Я медленно сцепила пальцы.

— И после свадьбы оказалось, что дара нет?

— Или он не проявился, — тихо сказала Мира. — Или… не дали ему проявиться.

Я подняла на нее взгляд.

— Что значит «не дали»?

Она сразу побледнела.

— Я не должна так говорить, госпожа. Это только слухи. Простите. Просто в доме иногда шептались, что до свадьбы вас считали более… ценной невестой, чем вы стали после.

Ценной.

Слово отозвалось мерзко.

Сначала удобная. Потом ненужная. Между ними, оказывается, еще была стадия ценного имущества.

— Значит, когда я не оправдала ожиданий, интерес ко мне быстро остыл, — сказала я.

— Да.

— А я, вместо того чтобы устроить скандал, пыталась стать хорошей женой.

Мира едва заметно кивнула.

Конечно.

Эвелина, похоже, выбрала тот же путь, что и я в прошлой жизни: если меня не любят, надо стать еще лучше. Тише. Мягче. Удобнее. Полезнее. Заслужить. Доказать. Выпросить.

Какой страшный, знакомый женский инстинкт.

3. Селеста

— Теперь расскажи о леди Селесте, — сказала я. — И не надо делать лицо, будто ты произносишь имя святой. Я видела ее за столом.

— Леди Селеста Верден — дочь одного из столичных домов, — ответила Мира. — Не самого богатого, но древнего и очень связанного при дворе. Она красива, умеет нравиться, прекрасно держится в обществе. Впервые приехала сюда весной вместе с матерью. Потом начала появляться чаще.

— И никто не счел это проблемой?

— Многие сочли. Но не вслух.

— Потому что она полезна?

Мира помедлила.

— Да. И еще потому, что ваш брак уже тогда все считали… холодным.

Как удобно.

Если жена годами терпит холод, ее начинают воспринимать не как женщину, которой больно, а как неудачный фон для чужого романа.

— А леди Эстель ее поддерживает? — спросила я.

— Скорее принимает, — осторожно сказала Мира. — Считает, что мужчинам вашего круга иногда нужны… политически выгодные связи и спокойствие в доме.

— Великолепно. Значит, жена должна создавать спокойствие, пока муж решает, какая любовница выгоднее.

Мира ничего не ответила.

Иногда молчание — лучший источник информации.

4. Что можно и что нельзя

— Теперь расскажи мне о правилах, — сказала я. — Не писаных. Настоящих.

Мира посмотрела на меня так, будто именно этого вопроса боялась больше всего.

— В каком смысле?

— В прямом. Что жена может в таком доме? Чем распоряжается? Где имеет право говорить? Может ли уехать? Потребовать раздельного проживания? Отказаться появляться рядом с мужем? Попросить защиты у своей семьи? Хоть что-нибудь, кроме умения красиво страдать?

На последней фразе она даже не попыталась скрыть, что ей горько.

— Формально, — начала она, — вы хозяйка западного крыла, женской части дома, части слуг, расходных счетов на ткани, приемы, благотворительность и покои. Можете делать распоряжения внутри этих границ.

— Формально?

— Да. На деле многое все равно проходит через леди Эстель, а крупные решения — через лорда Ардена.

— Развод?

Она испуганно выпрямилась.

— Очень трудно. Почти невозможно без большого скандала. Для жены — особенно. Нужно решение церковного совета или королевское согласие, серьезное основание, поддержка сильного дома. Измена мужа сама по себе… не всегда считается достаточной причиной.

Я закрыла глаза на секунду.

Ну конечно.

В любом мире система прекрасно умеет объяснять женщине, почему ее боль недостаточно весома.

— А если жена просто хочет уехать?

— Без разрешения мужа — это будет выглядеть как открытый разрыв и неподчинение. Особенно если она вернется в дом отца.

— А мой отец?

— Слаб, госпожа. И слишком многим обязан Арденам.

Я коротко кивнула.

Ясно.

То есть назад дороги почти нет. Это не романтическая драма, где можно хлопнуть дверью и снять квартиру на окраине. Здесь все сложнее. Значит, прямой побег — не план. Пока.

5. Зимний прием

— Что за зимний прием? — спросила я.

— Один из главных приемов сезона. Через две недели. Здесь соберутся гости из столицы, соседи, союзники, те, кто связан с домом Арденов. Обычно именно на нем объявляют важные союзы, помолвки, новые договоренности, показывают силу дома.