Наследница Звездного Света - Амали Ховард

* * *

В моей комнате служанки кланяются и синхронно двигаются, чтобы молча раздеть меня: одна расстегивает мою пыльную дорожную одежду, пока другая готовит свежую ванну в смежной купальне. Как только я слышу воду, я не могу вылезти из одежды достаточно быстро.

Божественное купание творит чудеса, притупляя мои рваные эмоции, и краткая передышка, кажется, смягчила настрой и женщин. Меньшая из двух дарит крошечную улыбку под вуалью, раскладывая один из подобранных Ляле комплектов на огромной кровати.

— Красиво, — говорит она, указывая на один из самых рискованных нарядов собственного дизайна Лале: блестящий облегающий бирюзовый топ с замысловатым бисером и тщательно плиссированные, скандально прозрачные шаровары. Так вот тот, который, по словам Лале, нужно надеть, если я хочу, чтобы моя жизнь изменилась.

Жаль, что у меня нет волшебной возможности переиграть последний час.

Без особого энтузиазма я указала на скромное платье цвета слоновой кости с корсажем, украшенным серебряными дисками, и подходящий приталенный жакет. Это было самое простое из того, что я взяла. Я надела свободные шелковые юбки в тон и всунула ноги в мягкие серебряные туфельки. Мне не стоило волноваться насчет макияжа — обе женщины оказались более чем искусны в подведении глаз сурьмой и нанесении мерцающей пудры на скулы.

Они уложили мои волосы в замысловатые косы, идущие по бокам головы и переходящие в высокий хвост, ниспадающий массой кудрей, затем закрепили на макушке серебряный головной убор, с которого крошечные жемчужины ниспадали до самых бровей. Даже те досадные бесцветные пряди были искусно скрыты.

Я выгляжу намного увереннее, чем чувствую.

Выпендривайся, как будто у тебя есть чем — одна из любимых мантр Лале.

Хотя чем бы это ни было, я почти уверена, что потеряла это еще во дворе.

Когда я спускаюсь вниз, приемный зал переполнен всевозможными дамами, хотя все, кажется, примерно одного возраста. Однако трудно сказать из-за всех этих причудливых головных уборов и макияжа. Самому принцу двадцать восемь. Почему он до сих пор не женился — остается только гадать.

Со вздохом я с надеждой сканирую толпу в поисках Клем, но не вижу ее, и через мгновение нас всех ведут в роскошный тронный зал, чтобы представить по одной королю, королеве и Кронпринцу Джаведу. Затаив дыхание, я вхожу, когда королевский вице-король, коренастый мужчина с дружелюбной улыбкой — одной из немногих дружелюбных улыбок, которые я вообще видела, — объявляет меня.

— Леди Сурайя Сааб из Дома Альдебаран.

Вспомнила ли меня Королева Морварид по двору, вида не подала... или, может, я пала настолько низко, что искупления уже нет. Ее тело и осанка были одинаково каменными, полная противоположность хрупкости ее супруга, сидевшего рядом. Интересно, идея женитьбы их сына — его или ее, учитывая болезнь легких, снедавшую короля Зарека последние несколько лет. Он выглядел как ходячий мертвец. Я присела в реверансе, сделав положенные формальные приветствия им обоим, а затем меня представили принцу.

Лале определенно не ошиблась — принц Джавед действительно был способен растопить все женское белье в радиусе десяти миль. Его бледно-голубые глаза гипнотизировали на фоне темной кожи, вставленные, как два аквамарина, в красивое аристократичное лицо. Темные волосы аккуратно подстрижены, приталенный жакет идеально сидел на широких мускулистых плечах. Что-то в его утонченных чертах напомнило мне садовника со двора, единственного другого мужчину, которого я здесь встретила, хотя, конечно, никакого сравнения между ними быть не могло. Это наследный принц, а не какой-то прислужник.

— Ваше Высочество, — выдавливаю я после неловкой паузы. Я опускаюсь в неуклюжий реверанс на ногах, которые чувствуют себя не прочнее зубочисток.

— Леди Сурайя, — приветствует он меня. Его голос глубок и звучен, когда он делает шаг вперед, чтобы взять мою руку в свою.

Все мое тело напрягается, когда перемежающиеся полосы холода и жара охватывают мой позвоночник, ощущение опасности усиливается. Предупреждения отца гремят в моем мозгу. Мне не разрешалось никого трогать… но это же принц.

Смущенная до невозможности, я хотела вырвать руку, но могла лишь смотреть на него в оцепенелом молчании, когда он перевернул мою ладонь, разглядывая.

— Как там Кобан в эти дни? — спрашивает он.

— Ж-жарко.

Его большой палец гладит центр моей ладони, и на мгновение я вспоминаю прикосновение старухи и невольно отшатываюсь, почти выдергивая пальцы. В ужасе я замираю на месте, надеясь, что он не воспримет эту реакцию как оскорбление. Взгляд принца задерживается на моем лице, и что-то в этих магнетических глазах на миг леденит меня. Но затем его мать издает нетерпеливый звук, и его взгляд скользит мимо меня, к следующей женщине в очереди.

Выдыхая с облегчением от этого отпускания, я беру под руку ожидающего сопровождающего, желая только одного — затеряться среди других дам. Но ясно, что я изгой. Все они избегают меня, словно я само воплощение чумы, не утруждая себя сокрытием своего презрения. Или своей жалости.

Я пробираюсь в угол комнаты, когда вице-король призывает толпу к тишине и объявляет, что королева желает сказать несколько слов. Я чувствую, как ее взгляд хлещет в мою сторону, словно укус арктического ветра, и мгновенно пытаюсь сделаться меньше, смещаясь дальше за мраморную колонну. Выделит ли она меня? Осудит ли мое поведение? Заклеймит ли как образец непристойной вульгарности?

— Что, во имя миров, ты делаешь? — спросил низкий голос, и я подпрыгнула. Любопытная Клем, сияющая в переливающемся бледно-розовом платье, похожем на тысячу сшитых вместе лепестков, заглядывала из-за колонны.

— Прячусь, — призналась я. — Кажется, королева готова отрубить мне голову ради забавы.

— Это просто она, — прошептала Клем. — Типичное сучье лицо в покое...

— Избранные, добро пожаловать в Калдари.

—...и все тут. — В комнате мгновенно воцаряется тишина, включая Клем, которая проглатывает последнюю часть фразы с визгом. Желание хихикнуть от ее нераскаявшейся усмешки заставляет мой нос гореть, но я сжимаю губы.

Королева Морварид обращается к толпе тем же самым рубленым аристократическим тоном, что и во дворе, обманчиво мягкая улыбка касается ее губ.

— Вы, избранные, приглашены сюда как претендентки на руку моего сына, и он выберет свою невесту к концу наших празднеств. — Возбужденные визги сопровождают ее объявление. — Но сначала вы должны доказать, что готовы к этой задаче. — Благожелательная улыбка королевы обнажила зубы. — Сможете ли вы стать принцессой, которая нужна моему сыну? Будете ли вы служить своему будущему королю беспрекословно? Преклоните ли колени перед короной и отдадите свою кровь, тело и душу?

Пески, меня сейчас стошнит. Я заметила влюбленные выражения на лицах женщин рядом. Неужели они правда клюют на эту чушь? Это принц Джавед должен