Просто ещё один летний побег - Эрин Бренском

мягкой внутри. И ты не заснешь на руках у незнакомца, если не вымотан до самого предела. Ты не будешь умолять его сорвать с тебя платье. Это заставляет меня сопереживать чуть больше, чем следовало бы, что, честно говоря, немного пугает.

Я не привязываюсь к туристам.

«Но она ведь не туристка, так? Она — Сильви Бёрди».

Бёрди скрещивает руки и склоняет голову набок, глядя на меня.

— Она рассказала тебе, что случилось?

— Почти ничего, — признаюсь я. — Она поела и посидела с компанией в баре, пока ждала тебя с бинго.

Там было гораздо больше, но я не собираюсь вываливать всё на Бёрди. Это история Сильви, пусть сама рассказывает. Не моя. Но я все никак не могу выкинуть из головы то, как острая боль искажала лицо Сильви всякий раз, когда никто не смотрел. Никто, кроме меня. Я бармен, мы такое замечаем.

«Продолжай внушать себе, приятель».

— Я бы ушла с бинго, если бы она мне позвонила, — фыркает она.

— Она сказала, что не хочет этого. — Я указываю в сторону спальни. — Не знаю, что там случилось с её женихом. Похоже, он упустил сокровище.

— Ты даже не представляешь, — бормочет Бёрди. — Ох, милый. Нам стоит праздновать, что она не вышла за этого кретина.

В этом мы оба согласны. Я едва знаю Сильви, но знаю достаточно, чтобы понять, парень, который её упустил — полный козёл.

— Почему ты не поехала на свадьбу? — спрашиваю я, слегка нахмурившись.

Меня не должно волновать. Обычно не волнует. По крайней мере, не глубже поверхностного уровня. Тревожно беспокоиться о ком-то, кого почти не знаешь. Бёрди явно очень важный для неё человек. То, что её не было на свадьбе, должно быть, далось тяжело.

Бёрди хмурится и качает головой.

— Её матери я не нравлюсь, и она не захотела видеть меня на свадьбе. Я сказала Сильви, что мы отпразднуем позже. Не хотела ехать и устраивать скандал.

Тут явно есть своя история.

— Её бывший, судя по всему, тот ещё фрукт, — выпаливаю я, хотя это вообще не моё дело.

И всё же мне любопытно. Не хочу, но любопытно.

«Ты наживешь себе проблем с этой девчонкой, если не будешь осторожен».

— О да, ещё какой, — говорит она, хмурясь. — Любой, кто проворонил Сильви, — идиот.

Это было побольше, чем просто «проворонил». Женщина сбежала с собственной свадьбы. Она едва держалась на ногах.

— Она выглядит грустной, — тихо говорю я.

Бёрди долго изучает меня. Не уверен, что мне уютно под таким взглядом, но в конце концов она дает мне передышку и отводит глаза.

— Я не знаю всех деталей, Кэл, но она сбежала со свадьбы и приехала сюда. Так что ничего хорошего там быть не может. — Она делает паузу, а затем добавляет с заговорщицким подмигиванием: — Или хорошее как раз в этом. Теперь она может найти того, кто её достоин.

Я бросаю на неё выразительный взгляд. Бёрди — любительница вмешиваться и обожает играть в сваху в нашем маленьком пляжном городке. Моё любопытство и готовность помочь Сильви играют не в мою пользу. Похоже, будто я заинтересован. А я нет.

«Лжец».

— Не похоже, чтобы она хотела, чтобы её с кем-то сводили, — говорю я Бёрди. — Кажется, она хочет, чтобы её оставили в покое.

Она фыркает и отмахивается от моих слов, как от глупости.

— Что ж, если вам двоим что-нибудь понадобится, — я прокашливаюсь, надеясь сменить тему неловкого разговора, — вы знаете, где меня найти.

— Я тебя на этом поймаю, — говорит она с благодарной улыбкой. — Мы приведём мою девочку в порядок.

Я не уверен насчёт этого «мы», но верю, что если кто и может помочь Сильви, так это Бёрди.

Я медленно киваю. Это кажется правильным. Будто всё то, откуда она сбежала, вытолкнуло её именно туда, где она должна была оказаться.

Бёрди изучает меня проницательным, всезнающим взглядом.

— Ты молодец, Кэл.

— Я просто помог ей добраться до дома, — говорю я с улыбкой.

— Ты присмотрел за ней. Ты хороший мужчина. Люблю тебя, сынок.

— Люблю тебя, Бёрди, — отвечаю я, целуя её в щеку и обнимая. — Спокойной ночи.

Она улыбается и тянется к двери.

— Давай, иди уже. Дальше я сама.

Когда я выхожу в звёздную ночь, во мне что-то застревает. Не могу объяснить это чувство. Предчувствие, что ли? Что бы это ни было, я не могу от него отделаться. Оно сидит в костях, гудя предостережением.

Я иду домой по пляжу медленнее, чем обычно, глядя на луну в небе. Воздух тёплый, несет солёный бриз, и тишина Коконат-Бич наполняет меня чувством покоя.

Странная ночь.

Впервые за годы во мне что-то шевелится. Любопытство, интерес, может, что-то большее. У меня есть правило. Никогда не относиться ни к чему серьёзно. В Коконат-Бич — только развлечения. Серьёзные отношения не для меня. У меня слишком много своих дел.

Но сегодня всё ощущалось иначе, и это меня пугает. Я хочу узнать Сильви. Хочу узнать, откуда она, от чего бежала и как оказалась здесь. Что заставило такую женщину бежать в кружевах и на каблуках и оказаться в захолустном Коконат-Бич?

Слова Бёрди эхом звучат в голове.

«Моя девочка».

Она столько рассказывала о Сильви, что я практически чувствовал, будто знаю её. Сильви — женщина, которая никогда не забывала про день рождения Бёрди. Та, что присылала ей цветы просто так. Бёрди всегда хвасталась ею, как гордая мама. Я не знал её имени, но знал, что она существует.

Я всегда радовался за Бёрди, потому что она этого заслуживает. Бёрди стала огромной частью нашего города с тех пор, как переехала сюда больше десяти лет назад. Она вписалась в город как местная, и все теперь считают её своей. Она любит горожан всем сердцем.

Я дохожу до дома и вхожу внутрь, окутанный тишиной вечера. Сбрасываю одежду и встаю под струи душа, позволяя воде смыть соль, пот и затянувшийся аромат духов