Просто ещё один летний побег - Эрин Бренском

— Привет, Бёрди. Рада, что вы вдвоём смогли прийти.

Бёрди машет рукой.

— Привет. Это моя Сильви.

«Моя Сильви».

Я улыбаюсь тому, как она меня представляет. Она всегда так делала, сколько я себя помню.

Женщина приветствует меня взмахом руки.

— Я Саммер. Добро пожаловать.

Я киваю.

— Доброе утро. Спасибо, хотя я не совсем понимаю, что нужно делать.

Она смеется.

— У тебя отлично получится. Это занятие для начинающих.

Мы расстилаем коврики и устраиваемся. Я осторожно опускаюсь на свой, в голове всё ещё лёгкий туман, а тело не совсем понимает, что оно думает о растяжке прямо сейчас.

Занятие начинается медленно. Дыхание. Плавные движения. Голос Саммер спокойный, но игривый, она направляет, не требуя невозможного.

Сначала мой мозг сопротивляется. Хочет помечтать. Хочет сорваться с места. Хочет что-то контролировать.

А потом я поднимаю взгляд.

Океан бесконечно тянется передо мной, солнечный свет танцует на воде. Волны поднимаются и опадают, не спрашивая разрешения. Без спешки. Без оправданий.

Моё дыхание начинает подстраиваться под их ритм.

Я пошатываюсь и смеюсь. Один раз я чуть не упала, и Бёрди сжала мою руку, будто мы делим общую тайну. Никто здесь не идеален, но все расслаблены и получают удовольствие.

К концу занятия мои мышцы гудят, а в голове прояснилось. Проблемы не решились, но состояние стало устойчивее и чётче. Вау. Потрясающе.

Когда мы ложимся на коврики, глядя в небо, проскальзывает тихая мысль. Может быть, я смогу это сделать. Может быть, я смогу восстановить себя, день за днём, прямо здесь — с песком между пальцами ног и без каких-либо обязательств, кроме того, чтобы просто прийти.

Впервые с момента моего побега это кажется возможным. Просто прийти оказывается легко.

Глава 6

Кэл

— Ты сегодня собираешься к матери? — спрашивает Йен, сидя у руля с таким видом, будто океан лично назначил его хранителем Атлантики.

Я бросаю на него взгляд.

— Да, после полудня.

Йен в ответ хмыкает, что вполне в его духе, ведь он человек немногословный.

Лодка под подножием мерно покачивается — привычно и мягко. Есть что-то успокаивающее в том, чтобы находиться в открытом море, подставляя лицо ветру и солнцу. Теперь я понимаю, почему Йен предпочитает воду суше. В свои шестьдесят лет, будучи вечно ворчливым, он каким-то образом до сих пор пользуется уважением у всех жителей Коконат-Бич. В чём-то он похож на мою маму, Карли, которая держится особняком. Они оба любят одиночество.

Какое-то время мы рыбачим в тишине. Йен делает вид, будто моя компания ему не по душе, но я знаю, что он ждет наших еженедельных выходов в море. Мы обсуждаем барные дела, а большую часть времени просто сидим рядом, наблюдая за леской. Думаю, ему больше нравится моя компания.

Я снова забрасываю удочку и жду. Солнце припекает плечи. Сегодня не так жарко, и бриз просто идеальный. Я тянусь к своей бутылке с водой, открываю её и делаю глоток. Вглядываюсь в воду — спокойную и бесконечную. Коконат-Бич — рай.

Йен прочищает горло.

— Ты привез ей книги на этой неделе?

— Как и каждый вторник, — киваю я.

Передвижная книжная лавка на этой неделе припаркована у марины. Сейчас маме нравится всё, что связано с романтикой. И обязательно с сильной героиней, которая дает всем прикурить. Подбирать для неё книги становится всё труднее. Никогда не угадаешь, что ей зайдёт.

— Ты хороший парень, — кряхтит Йен.

Я ничего не отвечаю, потому что похвала от Йена — редкость, но она дорогого стоит.

Он щурится на горизонт.

— Ты так и собираешься торчать здесь вечно? Работать барменом и заботиться о матери?

Я улыбаюсь.

— Я вообще-то ещё и управляю этим баром. Забыл уже, старик?

Он трет бороду, словно решая, спорить со мной или нет.

— Не забыл. Просто я думаю, ты создан для большего, парень. Когда-то ты подавал большие надежды.

От его слов я ощетиниваюсь.

— Мне тридцать. Я не парень.

— Всё равно ещё парень, — говорит он с таким взглядом, который ясно даёт понять, что спорить не стоит. — И ты потратил столько лет на учёбу. И никак не используешь знания, протирая стойку.

Это задевает за живое. Я молчу, потому что пытаться оправдываться бессмысленно. Что есть, то есть. Я сделал свой выбор и ни о чём не жалею.

У меня здесь своя жизнь, и она хорошая. Я рыбачу с Йеном, навещаю маму и управляю баром. А ещё занимаюсь серфингом. Я не сижу без дела. И я одинок. Но о последнем мы говорить не будем. Я достаточно занят, чтобы заглушать эту часть.

После того как мы пришвартовались, я заглядываю в книжную лавку перед тем, как отправиться домой. Миа, одна из владелиц «Солёных страниц», завидев меня, машет рукой, при этом миллион её браслетов громко звенят, а на лице сияет широкая улыбка.

Она привлекательная женщина — блондинка с большими карими глазами и ямочками на щеках, но не в моём вкусе. На ней много украшений, действительно очень много. Ожерелья, браслеты, кольца. Должно быть, у неё уходит добрых полчаса каждый день только на то, чтобы всё на себя нацепить.

— Привет, Миа, — окликаю я её, поднимаясь в лавку и изучая книги.

— Привет, Кэл, как поживаешь? — отзывается она, расставляя несколько книг по полкам. Ее платье в стиле бохо шуршит при каждом движении.

— Всё отлично. Пришёл за книгами для мамы.

Я сканирую ряды книг, быстро теряясь в бесконечных названиях. Тут полно экземпляров с мультяшными обложками, которые выглядят занятно, но их так много, что они сливаются воедино. Мама расстроится, если я случайно куплю то, что у неё уже есть.

— Слышала, у твоей тёти сегодня вышла новинка, — с ухмылкой говорит Миа. — Мы почти все