Королевство когтей - Деми Винтерс

у медведя. Он был крупнее и значительно сильнее Рюрика. Сага уже видела, как он сражался, как его смертоносный удар раскроил не один череп. Торир умел держать удар как никто другой. И хотя в разговоре мог показаться тугодумом, в бою он был кем угодно, только не им. Круг был его стихией.

Новая волна тошноты накрыла Сагу, когда она увидела, как Рюрик разминает плечи. В глазах загадкианца горел безумный блеск. Торир шагнул в круг, льняная нижняя рубаха туго натянулась на его широкой груди.

Толпа стихла, и каждый взгляд в зале устремился на двух мужчин в круге.

— Наконец-то прислали красного тролля, — сказал Рюрик с ехидной улыбкой.

Торир зарычал.

Король поднял кубок.

— Сколь!

И битва началась. Торир не стал терять времени и сразу бросился вперед. Но Рюрик увернулся. Торир атаковал снова, и снова Рюрик ускользнул.

— Сражайся, трус! — прорычал Торир, нанося мощный удар.

Рюрик перекатился под его кулаком и ловко вскочил в низкую стойку.

— Маленькая напуганная девчонка, — продолжал Торир. — Сражайся как мужчина.

— А может, я хочу драться как девочка, — весело отозвался Рюрик, вновь начиная кружить. — Это не так оскорбительно, как ты думаешь.

Толпа взвыла, требуя крови. Сага стиснула руки в перчатках так крепко, будто хотела раздавить собственные пальцы. Она не могла смотреть, и все же не могла отвести глаз.

— Иди сюда, — прорычал Торир.

— Сам иди, — отозвался Рюрик.

— Трус!

— Осторожнее, человек-тролль, — насмешливо сказал Рюрик. — Похоже, ты злишься.

Торир ринулся на него с яростью взбесившегося быка, толпа взревела, а сердце Саги ухнуло вниз. Торир замахнулся. В движении столь стремительном, что она едва его уловила, Рюрик перекатился под его кулаком, оказался за спиной великана и запрыгнул ему на спину.

Его руки сомкнулись на толстой шее Торира, ноги обхватили поясницу. Торир бешено закрутился, из его горла вырывался свистящий хрип. Но хватка Рюрика не ослабевала, он держался, несмотря на попытки сбросить его.

Толпа взвыла от ярости, но в груди Саги вспыхнула надежда. Возможно, он сможет… Рюрик мог закончить все сейчас и уйти невредимым, а завтра все пойдет по плану.

Но все не могло быть так просто.

Торир резко повалился назад, обрушиваясь на Рюрика всем своим весом. От тошнотворного шлепка голой спины Рюрика о камень, у Саги перехватило дыхание. Оба воина лежали, тяжело дыша: Торир Великан сверху, судорожно хватая воздух, а Кассандр Рюрик — под ним, оглушенно моргая. Но в следующий миг Торир перевернулся и обрушил кулак вниз.

Рюрик откатился, и удар, способный убить, прошел в считаных пальцах от цели. Кулак врезался в камень, и Торир взревел от боли. Рюрик уже был за ним, резко дергая и перекручивая его тунику. Быстрым движением он вывернул руки великана за спину, стянув их тканью его же одежды.

— Видишь, здоровяк, сила — не единственное, что важно. То, чего мне не хватает в росте, я компенсирую умом. — И тут Рюрик отвесил Ториру звонкую пощечину. — Вот почему я считаю за честь… как это сказать… сражаться как девчонка.

Боги, как же толпа это возненавидела. Их ярость могла соперничать лишь с яростью самого Торира. Его лицо стало краснее волос, и он издал оглушительный рев. В следующий миг воздух прорезал резкий треск ткани — Торир вырвался из рубахи.

Рюрик отступил на шаг, сплевывая кровь и заново оценивая противника. Но Сага заметила то, что он пытался скрыть: напряженную челюсть и глубокую морщину, когда он вдохнул. Он поднялся с пола не без вреда для себя.

Подстегнутый ревом толпы, Торир пошел в атаку. Рюрик уклонился от одного удара, затем от второго. Но третий пришелся в левый бок, в ребра, и отбросил его назад. Он быстро пришел в себя, выбросил кулак, и тот с громким треском врезался Ториру в челюсть.

И в этот момент Сага заметила вспышку серебра.

— Клинок! — вскрикнула она, перекрывая рев толпы.

Рюрик повернулся с нечеловеческой быстротой, рука молнией метнулась вперед. В зале воцарилась странная тишина, когда все увидели это.

В руке Кассандра Рюрика был зажат эфес кинжала, а лезвие застыло в одном пальце от его лица.

Сага моргнула. Потом еще раз. Неужели он только что поймал кинжал прямо в полете? Это было невозможно…

— Ай-яй-яй, — укоризненно сказал Рюрик, отбрасывая кинжал в сторону. Тот со звоном упал на камень. — Никакого оружия.

— Это не я, — сказал Торир, переводя взгляд с ножа на него.

— Знаешь, что это значит, тролль? — усмехнулся Рюрик. — Это значит, они не верят, что ты справишься сам.

Толпа загудела и завыла еще яростнее, а Сага быстро огляделась, не блеснет ли где-нибудь еще один клинок.

Рюрик широко развел руки.

— Давай, Торир. Я дам тебе секунду форы.

Губа Торира дернулась, мясистые руки сжались в кулаки.

— Мне не нужны подачки, чтобы прикончить тебя, кунта. Я с удовольствием выбью зубы из твоей смазливой рожи. Посмотрим, как будет умничать твой язык, когда ты не найдешь его среди осколков собственного черепа.

Толпа взвыла от восторга, их надежда вспыхнула снова, пока двое мужчин опять начали кружить друг против друга. Но затем, с неожиданной быстротой, Торир подхватил кинжал, проходя мимо него.

Глаза Рюрика сузились.

— Вот о такой чести ты говоришь, тролль?

— Преимущество того, кто здесь дерется годами, — прорычал Торир, — в том, что я знаю правила. Ни один боец не может принести клинок в круг. Но этот, — он взмахнул кинжалом, — никто из нас не приносил.

Сердце Саги подпрыгнуло к горлу. В тот же миг кинжал рассек воздух, а Торир бросился на Рюрика. Всякая честь и правила исчезли без следа. Осталась только бойня. Они сцепились, и Рюрик сдерживал клинок одной лишь силой воли. Но его левая сторона уже ослабла, кровь текла из уголка рта, а в чистой силе Торир всегда будет сильнее.

Рюрик бил по предплечью Торира, пытаясь выбить клинок. Но крупный воин внезапно сменил угол атаки, и лезвие полоснуло Рюрика по правому плечу.

С криком боли Рюрик рванул головой вперед, его лоб с влажным хрустом врезался Ториру в нос, а затем он каким-то нечеловеческим прыжком перемахнул через противника. Прежде чем Сага успела осознать невозможность увиденного, Рюрик приземлился позади Торира и мощным ударом ноги подсек его под колени. С толчком от Рюрика Торир рухнул на пол так тяжело, что содрогнулся весь круг.

Толпа стихла, когда огромный воин остался неподвижно лежать. Двое мужчин бросились внутрь и перевернули его на спину. Из живота Торира торчала рукоять кинжала, и его рука все еще сжимала ее.

В зале повисла мертвая тишина. Голубые глаза Торира были широко