Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

— Ага, на полставки, — хохотнул Бес. — Оплату принимаю многочасовой болтовней!

И мы направились вниз по улочке, со стороны, конечно, выглядели забавно: аристократ Бес, одетый как эдакий элегантный денди, его сияющая невеста — и я, всклокоченный, грязный и помятый, но на мгновение снова почувствовавший, что всё не безнадежно. Потому что у меня есть друг, который придет на помощь, даже если ты нарисовал любовное признание эльфийскими стражами под окнами императорского генерала, и дверь в целый эльфийский мир для тебя захлопнулась навсегда. А это дорогого стоит!

Мы шагали по улице, и я смотрел на красивое свадебное приглашение в одной руке и на постановление со смертным приговором на моей дипломатической карьере — в другой.

— Ирония судьбы поистине божественная, — горько усмехнулся я.

— Мы оспорим это решение, — тихо, но с железной твердостью в голосе произнес Бестиан. — Я найду лучших юристов, и мы закидаем эльфийские суды такими исками, что они твое имя будут бормотать в страшных кошмарах.

Я рассмеялся, в красках представив себе такое положение вещей.

А Бес вырвал у меня из рук злополучный листок с постановлением и сунул его во внутренний карман красного жилета.

— А пока что хватит на себя нагонять тоску. Ты свободен, жив, и тебе нужно в душ, а то от тебя несет совсем не розами, ты уж прости. И расскажешь нам всё детальнее, я жажду подробностей! А с остальным — разберёмся потихоньку.

Его уверенность была заразительна, и, пусть и ненадолго, но она отогнала ледяную тяжесть в груди. Я кивнул, сунув приглашение на свадьбу в карман потрепанных штанов.

Бестиан вел нас к снятым на скорую руку апартаментам, приговаривая:

— Это небольшая студия, очень скромная, конечно, но там есть горячая вода и мыло. И даже полотенце, я проверил! Отмокнешь, почувствуешь себя человеком. Ну и пожрешь нормально, а то тебя эльфы голодом морили, небось?

Я лишь меланхолично кивал, мыслями пребывая очень далеко, бумажка «нон грата», хоть больше не жгла мне карман, зато прожигала насквозь моё сердце. Мы как раз вышли на набережную, и взгляд мой сам собой уткнулся в главную достопримечательность этого приграничного городка — длиннющий, уходящий в туманную даль Гайлорский мост, гигантское арочное сооружение из эльфийского серебра, перекинутое через океанский пролив. Путь в Геросс... Тот самый, на который мне теперь был указан вечный и бесповоротный запрет. Где-то там, за этим мостом, осталась Еления, и теперь между нами был не просто мост, а целая пропасть из законов, стражников и моего идиотизма.

— Может, махнем сразу в Искандер? — деликатно предложил Бестиан, заметив мой взгляд. — Сменим обстановку. Забудем это... э... творческое недоразумение.

Я покачал головой, не в силах отвести глаз от моста.

— Не могу. Мне нужно...

Я запнулся, не найдя нужных слов.

Сам не знал, что мне нужно. Объясниться с Еленией? Но как? Бесу туда просто так не проехать — разрешение на проезд нужно, а его ещё надо выбить. Отправить условным голубем письмо с пометкой «от самого позорного человека в империи»? Но боюсь, что от меня любую весточку с моей магической аурой будут перехватывать и уничтожать еще на подлете.

— Побуду несколько дней в Бэйлиноре, — наконец, произнес я. — Мне нужно быть поближе к Героссу.

...потому что я планировал достучаться до Елении, ну или хотя бы дождаться, когда она будет возвращаться через мост из командировки и отловить ее на выезде.

Хотя сердце тут же сжалось от мысли — а что, если она не захочет возвращаться? Может, она сейчас оценит Геросс, да и заботливого генерала заодно, и решит там остаться. И что мне тогда делать?

Не хотел я говорить с Еленией через посредников, но, видимо, придется кого-то искать для этого дела... Впрочем, я подумаю об этом потом. А сейчас мне действительно не помешало бы привести в порядок себя и свои мысли.

Апартаменты оказались на удивление уютными, Бестиан, как всегда, подошел к делу с размахом, и его «маленькая скромная студия» по факту оказалась приличной такой комнатой с небольшой кухонькой. В воздухе пахло жареной картошкой и надеждой на мое светлое будущее.

— Я занималась оформлением доставки еды, пока Бес искал апартаменты, — пояснила Ангелина, раскладывая еду по тарелкам. — Выбирать нам было особо некогда, да и вкусов я твоих не знаю, так что просто заказала всего посытнее и побольше.

— Отличный выбор, самый правильный, — одобрительно хмыкнул я.

Буквально проглотил предложенный обед, только сейчас осознав, насколько голоден (на нервной почве даже аппетита не было), а потом отправился отмокать под душем и вернулся оттуда уже посвежевшим человеком. Бес догадался взять свою одежду и дать мне ее в качестве запасной, за что я ему был очень благодарен.

Мы устроились за кружечкой чая на креслах около столика, я рассказал уже подробную версию вчерашнего кошмара и поймал себя на мысли, что чувствую себя, как на исповеди.

Ангелина смотрела на меня с таким сочувствием, что мне снова захотелось провалиться сквозь землю.

— Да ладно, не кори ты так себя, — ободряюще произнес Бес, подливая чай в мою опустевшую чашку. — Ты, конечно, удивил меня немеренно, весь такой правильный Лунтьер, блюститель закона, — и на́ тебе что устроил! Удивил, дружище, удиви-и-ил. Но я тебя понимаю, я бы на твоем месте тоже с ума сходил, особенно перепугавшись за жизнь любимой девушки. Собственно, я со своей девушкой тоже с ума сходил, только по-другому, — со вздохом произнес Бестиан и весело подмигнул Ангелине. — К тому же, я так понял, что после прошедшего через тебя мощного потока энергии потенциального Стража тебя начало магически лихорадить. В таком состоянии надо рядом со Стражем быть, балансировать энергию, а тебя от Елении насильно отлучили, считай... Неудивительно, что на этой почве твой чердак слегка потёк.

— Не слегка, — вздохнул я.

— Не слегка, — кивнул Бестиан. — Но всё же — неудивительно. Это как если из тебя половинку сердца выдерут и скажут, что тебе и так нормально жить. Здесь кто угодно крышей поедет.

Мы проболтали еще пару часов, приятно и беззаботно проводя время, а потом Бестиан сказал, что им с Ангелиной надо уходить, и они в самом деле засобирались на выход. А я поймал себя на странном и резком приступе паники, которая когтями впилась мне в горло. Но мне сейчас ужасно не хотелось