Рождество по-эльфийски. Напарники без цензуры - Леси Филеберт

— Вы... уже уходите? — каюсь, мой голос прозвучал жалобнее, чем я планировал.

— Дела, бро, дела, — Бестиан надел свой котелок и загадочно улыбнулся. — Да и к тебе сейчас придет другой посетитель. Нам с Ангелочком не стоит мешать.

— Какой еще посетитель? — я уставился на него в полном недоумении. — Кому я тут сдался, кроме вас? А, или ты родителям моим уже сообщил? Отец наверняка захочет знать...

— Не родителям. Но кое-кому действительно сообщил.

Бестиан подмигнул, взял под руку Ангелину и поспешил с ней на выход, оставив меня в полном недоумении, в гробовой тишине и в обществе лишь своего стыда. Я вздохнул, подошел к чайнику, собираясь заварить себе самый крепкий чай в истории магии, как вдруг услышал подозрительный шорох за спиной.

Я резко обернулся, инстинктивно выставив руку вперед в защитном жесте с готовым сорваться с кончиков пальцев заклинанием, но замер, увидев, кто именно меня потревожил.

На подоконнике, ярким пятном на фоне серого неба, сидела лисица. Не простая рыжая, а с красной шерстью и белыми лапками, до неприличия пушистая, с умными глазками-бусинками и роскошным хвостом. Она сидела и смотрела на меня задумчивым, оценивающим взглядом, а потом лениво махнула хвостом, спрыгнула со стола на пол с изяществом балерины и встала на задние лапки.

Тут же ее силуэт начал менять форму, вытягиваться, наполняться знакомыми чертами. Красная шерсть сменилась на рыжие волосы, пушистый хвост исчез, а вскоре на месте лисицы оказалась самая красивая и самая желанная девушка на свете, в немного помятой одежде. Она стояла посреди комнаты, смущенно улыбающаяся, нервно поправляя причёску.

— Привет, — сказала Еления.

Глава 42. Навсегда

Я замер в нелепой позе с вытянутой рукой, в которой медленно гас огонек подготовленного защитного заклинания. Мозг отчаянно пытался перезагрузиться и выдать хоть какую-то адекватную реакцию, но получилось только:

— Еля... Это... Ты...

Блестящее наблюдение, Брандт. Верховный маг-инквизитор в своем репертуаре.

— Ну, вроде я, — усмехнулась Еления. — Или есть какие-то сомнения?

Я медленно опустил руку, чувствуя странное оцепенение и непонимание, как себя вести.

— Я... — сглотнул ком, который внезапно образовался в горле. — Как ты вообще здесь оказалась?

— Бестиан помог, — пожала плечами Еления. — Да и Морф тоже. Он догадался смотаться своими теневыми тропками до твоего лучшего друга, и Бестиан передал мне весточку, сказал, где и во сколько примерно можно будет тебя найти. Я искала, куда тебя распределили, узнала, что ты в Бэйлиноре, ну и... Решила прибежать сюда лисой.

— Ты бежала сюда в обличии найоки? — удивился я.

— Ну да. Найоки умеют быть неприметными, и бегаем мы очень быстро. Но я все равно устала бежать через геросское приграничье и через Гайлорский мост, — криво улыбнулась Еления.

Я только сейчас обратил внимание, что она действительно запыхалась, как после длительного бега.

И меня до глубины души тронуло, что она бежала так много километров ради меня. Значит... Ей не все равно, да?

— Ну что ты на меня так смотришь? Мне до тебя иначе было не добраться. Телепортироваться я не умею, телепортационные артефакты стоят баснословных денег, да и в целом я не хотела привлекать к себе внимания, намеревалась по-тихому уйти из Геросса, а сделать это можно было как раз в обличии найоки. Я вообще думала, что тебя в Героссе где-то в камеру предварительного заключения разместили... Но Бестиан сказал, что в Геросс тебя, скорее всего, больше не пустят. Это так?

Я мрачно кивнул.

— Меня объявили персоной нон грата. Пожизненный запрет на пребывание на территории Геросса, под страхом немедленно смертной казни. Теперь я вне закона на эльфийской земле... Как супергерой. Или как разбойник, грабящий богатых и раздающий золото бедным...

— Или как лох, — любезно подсказала Еления.

Я громко фыркнул, скрестив руки на груди, и возмущенно глянул на Елению, хотя губы мои против воли растянулись в широкой улыбке.

— Могла бы и не озвучивать!

— Могла. Но не захотела, — хитро улыбнулась моя лисица.

Но тут же посерьезнела:

— На самом деле мне очень жаль, что всё так вышло... Я знаю, как тебе нравится Геросс...

— Никакие эльфийские земли не сравнятся с возможностью быть рядом с тобой, — негромко произнес я.

Еления смущенно улыбнулась.

Мне бы обнять ее, кинуться к ней с поцелуями... Но я стоял истуканом, как дурак, боясь пошевелиться. Как будто Еления могла исчезнуть от любого моего неосторожного слова или действия. Я и так уже достаточно наворотил... Вот теперь даже дышал через раз.

Она первая сделала неуверенный шаг вперед.

— Я видела вчера твое... послание. Очень, хм... креативное.

Я со стоном закрыл лицо руками.

— Пожалуйста, никогда, никогда не напоминай мне об этом! Я готов на всё, лишь бы стереть это из памяти всех людей, включая тебя.

Еления тихо рассмеялась.

— Кажется, ты вчера немного перебрал с айлинором.

— «Немного» — это слабо сказано, — пробормотал я сквозь пальцы.

Слышал тихие шаги Елении, потом почувствовал легкое прикосновение к своим рукам. Она осторожно оттянула их от моего лица и заглянула мне в глаза.

— Давай начнем все сначала, — тихо сказала она. — Без зелий в конфетах, без погромов и без, хм... Романтично уложенных стражников.

Я посмотрел в ее глаза — серьезные, чуть насмешливые, но без тени той ненависти, что плескалась в ней пару дней назад, когда я потянул из нее слишком много энергии. И впервые за этот бесконечно долгий день я почувствовал, как камень на душе сдвигается с места.

— И ты мне сейчас расскажешь всё очень подробно, — категоричным тоном заявила Еления.

Она помахала передо мной левой рукой, на которой горели огненные эрнилы — два, вместо недавних трех.

— Я тебе жизнь спасла, и сама об этом не знаю. Как увидела пропавшее кольцо, так сразу всё и поняла, но, хм... В общем, я больше суток в отключке провалялась. Без помощи Морфа это вообще на неделю растянулось бы, думаю... Ты задолжал мне уйму объяснений, тебе не кажется?

— Даже не представляешь, какую уйму, — криво улыбнулся я.

***

Мы уселись прямо на пол, и я начал свой рассказ. Говорил и о том пожаре в детском саду, и о том, как почерпнул