Кузнец в юбке. Книга 1 - Виктория Крафт

двери он обернулся. — Берта. Я за двадцать пять лет преподавания впервые вижу, чтобы швабра мыла полы с инициативой. Если ты и кузнечным делом так же владеешь — артефакторский факультет будет рыдать, когда ты к ним переведёшься. Готовься. И вышел. А я осталась в пустом зале. Швабра тихонько звякнула ведром — кажется, она была довольна. Веник в углу что-то проворчал. Тарелки на кухне улеглись спать. За окном занимался рассвет. Я сидела на лавке, смотрела на догорающий очаг и думала: вот оно. Началось. Обходной путь найден. Впереди — два года учёбы на бытовом факультете, потом экзамен, потом артефакторика. Длинная дорога. Но я длинные дороги люблю. Главное — идти. Я встала, подошла к швабре и легонько пнула ведро. — Ну что, подруга, — сказала я. — Похоже, мы с тобой поступаем в Академию. Швабра качнулась и, готова поклясться, подмигнула мне мокрой мочалкой. Или мне показалось. Но в ту ночь мне снились белые башни, синие мантии и наковальня, которая пела под ударами молота. Моя наковальня. Моя песня. Мой путь.

Глава. 7.Академия и размер.

В Академию я явилась на следующий день ровно в полдень, как и велел Элриан. Надела чистую рубаху, заплела косу, начистила сапоги и отправилась через весь город к белым башням, которые виднелись ещё от городских ворот. Утро было солнечное, прохладное, и на душе у меня было непривычно легко. Будто я не в Академию шла, а домой возвращалась. Академия Светлого Круга занимала целый квартал в центре столицы. Главные ворота были высокие, кованые, с гербом — солнце в круге и молот под ним. Я усмехнулась: молот — это хорошо. Молот — это по-нашему. Стража у ворот проверила мой пергамент с печатью Элриана, переглянулась, но пропустила. Факультет бытовой магии располагался в боковом крыле главного здания. Коридоры были длинные, светлые, с высокими потолками и витражами на окнах. Пахло воском, старыми книгами и ещё чем-то неуловимым — наверное, магией. Я шла и крутила головой. Студенты в мантиях разного цвета сновали туда-сюда, и на меня оглядывались, но без враждебности — скорее с любопытством. Элриан ждал меня в ректорате — небольшом кабинете, заваленном книгами и артефактами. Кроме него, в кабинете сидела женщина — строгая, в очках, с седым пучком на голове. Это была госпожа Марта, секретарь факультета. — Абитуриентка Берта, — сказала она, глядя на меня поверх очков. — Зачислена по личной рекомендации ректора. Заполните анкету. Я заполнила. Имя, возраст, место рождения, наличие магических способностей. В графе «раса» написала «полуорчанка». Госпожа Марта прочитала, поджала губы, но ничего не сказала. — Теперь форма, — произнесла она. — Цокольный этаж, комната семнадцать. Я спустилась в цоколь. Комната семнадцать оказалась чем-то вроде склада: стеллажи с тканями, коробки с обувью, вешалки с мантиями всех цветов. За столом сидела женщина — дородная, румяная, с сантиметром на шее. Увидев меня, она всплеснула руками. — Ой, мамочки! Это что ж такое? Тебя чем кормили? — Кашей и борщом. — Борщом? — она заморгала и забегала вокруг меня с сантиметром. Обмерила плечи, грудь, рост — и с каждой минутой мрачнела всё больше. — Самый большой женский размер — четвёртый. На тебя нужен шестой. Шестого нет. — Как нет? — Не шьют. Женщины такого роста в Академии — редкость. Мужская форма шестого размера есть. Но это мужская. У неё плечи шире, крой прямой. — А какая разница? — спросила я. — Мне главное, чтобы налезло.— Разница большая! Женская мантия приталенная, с выточками. Мужская — прямая, как мешок. Ты ж студентка, а не мешок! — Давайте мужскую, — вздохнула я. — Плечи у меня и так широкие. А капюшон я сама перешью. Женщина покачала головой и выдала мне мужскую мантию шестого размера. Серая, из плотной ткани, с гербом факультета — метёлка и котелок, скрещённые на фоне солнца. Я надела. Мантия была почти впору. Почти. Рукава чуть коротковаты, плечи чуть широки. — Спасибо, — сказала я. — Пойду пугать однокурсников. Женщина только вздохнула. Дальше было заселение в общежитие. Комнатка маленькая, но своя: кровать, стол, шкаф, окно во внутренний двор. Соседок пока не было. Я бросила мешок на кровать и огляделась. Не хоромы, но для учёбы сойдёт. Потом мне выдали учебники. Целая стопка: «Основы бытовой магии», «Управление предметами для начинающих», «Теория магической энергии», «Нагрев, охлаждение и консервация», «История магии». Я взвесила стопку в руках — килограмма три, не меньше. Вздохнула и понесла в комнату. Вечером буду читать. А ближе к обеду я пошла в столовую. И вот тут началось самое интересное. Столовая оказалась огромным залом с колоннами и сводчатым потолком. Столы стояли длинные, деревянные, человек на двадцать каждый. Кормили по расписанию: завтрак, обед, ужин. Студенты сидели по факультетам: алхимики в зелёных мантиях, боевики в красных, целители в белых, артефакторы в синих, бытовики в серых. Я со своим подносом прошла к столу бытовиков, и тут на меня уставились. За столом сидело человек десять. В основном девушки, но было и трое парней. Все в серых мантиях. Все с интересом разглядывали мою зелёную физиономию, клыки, рост. Я уже привыкла к такому вниманию и не смущалась. — Это что, новенькая? — спросила одна девушка, светленькая, с веснушками, вздёрнутым носиком и двумя рыжеватыми косичками, торчащими из-под капюшона. Она смотрела на меня с откровенным любопытством, без тени страха. — Ты на бытовой? — На бытовой, — подтвердила я, ставя поднос. — Берта. Полуорчанка. Кузнец. Можно на «ты». И вот тут случилось то, что потом повторялось ещё не раз. За соседним столом — там сидели старшекурсники с артефакторского, в синих мантиях — кто-то громко фыркнул. Я скосила глаза. Высокий парень с зализанными волосами и надменным лицом смотрел на меня и ухмылялся. — Кузнец? — переспросил он громко, чтобы слышали все вокруг. — В юбке? На бытовом факультете? Это что-то новенькое. За его столом заржали. Я не ответила. Только медленно повернула голову, посмотрела на него — и улыбнулась. Так, чтобы клыки было видно. Он осёкся. Его дружки замолчали. А я села на лавку и приступила к супу. Светленькая девушка, что заговорила со мной первой, прыснула в кулак. — Я Лина, — представилась она. — Человек. С севера. У нас там полуорчанок не водится, так что ты для меня — экзотика. А это Мира, — она кивнула на соседку. Мира была тоненькая, с