Серебряные нити Шардена. Пепел и тис - Мари Ларина

Одна жизнь или сотни жизней? Что из этого меньшее зло? Что есть справедливость, что есть долг? Что тяжелее: согрешить перед другом или перед всем миром? Что лучше — убить предателя, который тебе дорог, который тебе верит, или десятки, сотни, тысячи невинных людей, которые даже не ведают о том, что сейчас происходит? Я сжала кулон, как будто сама могла в нём удержать жизнь подруги, но знала: на самом деле здесь нет спасения, нет правильного выбора, нет доброго выбора, при котором никто не пострадает. Есть только цена, которую я уже выбрала заплатить — и последствия.

Они двинулись. Сначала неуверенно, потом быстрее, тесной массой, почти бегом. В сторону башни, в свою клетку. Эврен, ни сказав ни слова, направился вслед за ними. Я же шла рядом, и с каждым шагом меня разъедало чувство предательства и мерзости от самой себя. Они верили. Они шли домой. Они не знали, что этот дом станет их могилой.

Когда последние из них скрылись за тяжёлыми дубовыми дверьми, Хаэль кивнул лигатам, что незаметно следовали за нашей импровизированной процессией. Синие плащи разбежались, на ходу доставая клинки и выкрикивая заклинания — кто-то блокировал выходы, кто-то — окна. Рядом с нами осталось двое. Судя по всему, маги Вейлана. Для завершения нашего плана нужны были именно они.

— Дейл, на тебе восток… — тихо произнёс Хаэль. Совсем молодой парень, стоявший рядом, кивнул.

— Эллар, запад… — второй парень, Эллар, бросив взгляд на друга, вернул кивок. Они выглядели решительными, в отличии от меня. Всхлип вырвался из моей груди.

— Мирст… — начал Магистр.

— Я знаю. Давай. — прохрипела я, старательно ища где-то в голове кнопку, которая позволила бы мне просто отключить чувства, обуревавшие мой разум.

Эллар и Дейл почти одновременно подняли руки. Первыми вспыхнули деревянные ставни, и огонь побежал, опоясывая проёмы, заполняя улицу запахом смолы и палёной древесины. Башня, казалось, застонала, закашлялась, пытаясь сопротивляться, но стены уже отдавали жаром. Трещинами побежала паутина пламени.

— Тeneo Umbra, lumine devove! — вскричал Хаэль. Его чёрные волосы растрепались, безупречный обсидиановый костюм был разодран в драке, а лицо не выражало никаких эмоций. Я положила руку на его ладонь, усиливая заклинание, и сердце в груди застучало как барабан. Слёзы застилали глаза, а жар от нарастающего пожара обжигал кожу даже на расстоянии.

— Per Eterna, lux et ignis, incendium et purgatio! — мы продолжали вместе, наши голоса переплетались, как нити теней сплетались с огнём. Я сбивалась, рыдала, проклиная себя за слабость, за то, что вообще стою здесь. Серебро под кожей вспыхнуло, ярко освещая ночную тьму. Ослепительные искры, нити нашей магии, вплетённые в огонь, ползли по стенам, смешиваясь с живым пламенем, усиливая его и распространяя всё больше и больше. Башня Тихого Круга превратилась в ад на земле.

— Lux et tenebrae, conflagrare omnia! — кричала я. Мой вопль сорвался на истерический, когда послышались первые крики внутри. Отчаянные стоны, визги, мольбы, удары, треск обрушивающегося дерева были настоящим торжеством смерти, богатым подношением самой Этерне.

Сердце в груди сжалось, и я ринулась к башне, но сразу три пары рук схватили меня. Эврен дёрнул меня на себя, и я всхлипнула, вжимаясь в него спиной. Я рыдала навзрыд, ощущая в себе одновременно страх, гнев, бессилие, отчаяние. Руки сами собой поднялись, возвращая силу заклинанию. Серебристое пламя ползло по стенам, разрасталось внутри также, как разрасталась внутри боль и отвращение к самой себе.

Они помогли мне обрести смысл жизни после утраты, а теперь их глаза закрываются в огне, и этот огонь — моих рук дело.

Сейчас. Заседание Совета.

— Господин Рейлтан, — мягко сказала Ауриэль, мягко возвращая меня на землю. — Вы опасаетесь, что мальчишку завербуют. Но, позвольте заметить: куда легче завербовать того, кто брошен, оставлен один на один со своей силой. Будучи одиноким в своём несчастье, он быстро станет добычей. Под присмотром и с наставником — он станет нашей приманкой в капкане.

Она чуть улыбнулась.

— По моей легенде, Дархан младший получит привилегию — стажировку в Совете. Здесь он будет не только под покровительством Магистра, но и под защитой Совета. Мы намерены сделать его существование публичным. Пусть каждый в Иль-де-Виреле знает: Совет сошёл с ума и обучает нового теневика, нарушая все существующие законы. Слухи о том, что господин Хаэль готовит себе преемника, да ещё и не своего наследника — разлетятся очень быстро, — её тон похолодел. — И наши враги сами придут за ним. Но придут они не к беззащитному мальчику, а к приманке, окружённой ловушками.

Вот это да! Дархан-младший в Совете? Я быстро переглянулась с Эльсой, прикрыв глупую ухмылку ладонью. Подруга стрельнула глазами в сторону Хаэля и игриво повела бровями. О, Этерна, если Тенцзар действительно это сделает… от нашей Временной башни ничего не останется в ближайшее время. Как и от всей Туманной площади — Эврен и Солейл просто поубивают друг друга и разнесут всё вокруг. Элериарх слегка повернула голову, обвела зал взглядом, задержавшись на Лаэрке чуть дольше, чем следовало.

— Разве не разумнее держать ключ у себя, чем позволить врагу подобрать его на улице, господин Рейлтан?

Лаэрк нахмурился, сдвинув чёрные с проседью брови, и на его лице отразилась внутренняя борьба.

— Один теневик уже едва не обрушил Шарден. — процедил он, явно недовольный действиями Ауриэль.

— Да, — почти ласково согласилась элериах, смахнув невидимую пылинку с алого плаща Совета. Тонкие брови взметнулись вверх. — Именно поэтому необходимо принять комплекс мер. Усилить внутренние патрули и удвоить наружную охрану Башни Совета, а также — обратить внимание на подземные ходы всего Иль-де-Вирела, особенно те, которые могут вести к Башне. Доступ в архивы и Залы Совета ограничить исключительно для обладателей кольца Совета. И только для Асессоров, — её цепкий взгляд скользнул по нашей троице, задержавшись на каждом. — Господин Рейлтан, лигатам поручить усиленное наблюдение по всему периметру Иль-де-Вирела. Особое внимание уделить жилым кварталам на окраинах — там традиционно выше риск скопления… нежелательных личностей. Ввести ночные патрули с изменяемым маршрутом и временем выхода, чтобы исключить возможность предугадывания и кражи задокументированного расписания. Усилить досмотр на городских воротах и причалах, досматривать все прибывающие корабли. Комендантский час будем рассматривать как крайнюю меру.

Элериарх слегка повернулась к Эльсе, словно подводя к следующему пункту повестки:

— Асессор Верин. Ваша зона ответственности — как и всегда, гражданский сектор. Организуйте сбор и обработку сведений, поступающих от вас лично и от других информаторов в Магистрате Внутренней Безопасности. Особый