Там, где мы настоящие - Инма Рубиалес

Я счастлива даже тогда, когда, как только Логан заканчивает, Коннор поднимается с кушетки и показывает мне тыльную сторону руки.

– Нравится? – Он набил себе шесть обнимающихся силуэтов – они изображают каждого члена его семьи и его самого. Я улыбаюсь и киваю. Это очень красиво. – В следующий раз, когда приеду, набью себе кактус.

Лия хмурится:

– Почему кактус?

Коннор пожимает плечами:

– А почему нет?

И даже в этот момент я счастлива.

Несколько часов спустя мы ужинаем в любимой бургерной Логана и Лии, расположенной у реки Уилламетт, в окружении вишневых деревьев. Всего нас за столом шестеро: мы четверо и еще двое приглашенных друзей. Девушка, Саша, очаровательна, и у нее один из лучших макияжей, что я когда-либо видела. Я не расслышала имя ее парня – Кенни? Ленни? – но он мне симпатичен. Он постоянно шутит про числа. Я рассказала Лии, что Сиенна – фанатка ее книг, об этом я узнала недавно, и мы уже какое-то время планируем устроить ей сюрприз: хотим организовать видеозвонок-знакомство или что-то в этом роде. Сиенна понятия не имеет, что я знакома с ее любимым автором. И хотя они с Альбертом очень заняты обустройством детской, малыш появится примерно через полтора месяца, я уверена, что нам удастся выкроить немного времени для знакомства Сиенны и Лии. Особенно если мы заручимся тайной поддержкой Альберта.

За столом раздается взрыв смеха после того, как Кенни придумал рифму к числу тринадцать, и тут же у меня звонит телефон.

Ладонь Коннора лежит на моем колене. Он слегка сжимает ее, когда наши взгляды встречаются:

– Все в порядке?

Я киваю.

– Это Нора. Сейчас вернусь.

Я встаю и, пока отхожу, чтобы поговорить наедине, не могу сдержать улыбку, видя, как Коннор наклоняется вперед и говорит что-то, от чего все остальные снова начинают смеяться.

Едва я прикладываю телефон к уху, как из динамика раздается взволнованный голос Норы:

– Пожалуйста, скажи, что у тебя есть минутка поговорить.

– Конечно. Что стряслось? – Я хмурюсь.

– Прежде всего, хочу, чтобы ты знала – мне безумно жаль беспокоить тебя в поездке. Не то чтобы случилось что-то плохое, понимаешь? Ну то есть случилось, но это не ужасно. Хотя нет, это все-таки ужасно! И срочно. Очень срочно. Настолько срочно, что у меня будет нервный срыв, если я не решу это до пятницы. – Она говорит так быстро, что мне с трудом удается ее понять. Она делает паузу, чтобы глубоко вдохнуть. – Я плачу за квартиру вперед.

– И? – Я ничего не понимаю.

– Сэм свалил.

– Что?!

– Да, я знаю, что ты скажешь. Он гад. Я в курсе. Я пришла домой и увидела, что он выносит свои вещи. Он меня бросил, понимаешь? Но это не главное. Дело в том, что…

– Он не может так поступить, – отвечаю я, возмущенная как никогда.

– Ну, он уже так сделал. Хозяйка придет за деньгами в пятницу, и мне нужно найти кого-то к этому времени. Я исчерпала все варианты. Сама я не потяну. Просить денег ни у кого не буду. И уж тем более не пущу в свой дом незнакомца. Я в отчаянии. Я бы не спрашивала тебя, если бы все было не так, но…

Я знаю, что сейчас услышу, еще до того, как она закончит. Хотя ситуация серьезная и сложная, мне вдруг приходится сжать губы, чтобы не рассмеяться. Удивительно, какие повороты иногда совершает жизнь именно тогда, когда меньше всего этого ждешь.

– Ты, должно быть, шутишь.

Нора обреченно вздыхает и спрашивает:

– Ты не знаешь, Лука все еще ищет квартиру?

Благодарности

Всегда есть что-то грустное и ностальгическое в том, чтобы поставить точку в романе. Идея «Там, где мы настоящие» пришла мне в голову в середине 2022 года, когда я задумалась о том, насколько огромен мир и как мало я видела, а также о желании с головой окунуться в проект, который стал бы для меня настоящим вызовом. Иногда истории возникают целиком, словно вспышка. В других случаях приходится выискивать каждую деталь пазла и долго-долго размышлять, пока не найдешь, как их сложить. Эта история из числа вторых: из тех, где идей так много, что приходится обклеивать всю комнату стикерами и часами сидеть над блокнотом, все планируя.

Первой найденной деталью стало место действия. С самого начала мне было ясно, что я хочу поместить историю в особенное место. Я провела недели в исследованиях, не в силах определиться, пока однажды, совершенно случайно, моя подруга Бланка (если ты это читаешь, Бланка, огромное тебе спасибо) не рассказала мне о своем путешествии в Финляндию. Я ничего не знала о Финляндии, даже никогда там не была, но вдруг интуиция подсказала мне, что история должна разворачиваться именно там. В тот же вечер я зашла в Google Maps, взяла человечка и «отпустила» его в случайную точку на карте страны. Он приземлился в маленьком, неизвестном и отдаленном поселке – именно таким я и представляла себе дом семьи Коннора. Это показалось мне чем-то волшебным. Словно знак судьбы. И мне все стало предельно ясно. Это будет Финляндия. Мне придется изучать материал. И учиться.

Следующей появилась идея списка. Полагаю, на первый взгляд, «Там, где мы настоящие» может показаться романом о смерти. Я же считаю, что на самом деле он о жизни. О значимости мелочей, о счастье, которое кроется в них, и о том, как важно ценить каждое мгновение.

Написать эту книгу было бы гораздо сложнее, если бы не все те замечательные люди, которые сопровождали меня в этом процессе. Я хотела бы поблагодарить:

Мою семью, как всегда, в первую очередь. Связь Коннора с родными – это отражение нас. На этот раз мне посчастливилось работать плечом к плечу с моей мамой, Инмой Валеро, психологом, специализирующимся на серьезных проблемах ментального здоровья и предотвращении суицида, которая стала моей самой первой бета-читательницей и читала этот роман с самого начала. Спасибо, что поделилась со мной своими знаниями и всеми вашими методическими материалами по этой теме (всем, кто хочет узнать больше, всегда буду рекомендовать профиль Feafes Extremadura: @feafesextremadurasaludmental) и что была рядом, поддерживала, успокаивала и помогала взглянуть на вещи под другим углом, когда мне это было нужно. И за то, что одолжила U2[8] в качестве любимой группы Коннора, и за маргаритки.

Моего отца, Хосе Хуана, который позволяет мне часами говорить о моих романах, даже если я