Сера - Калли Харт

ГЛАВА 42 – Черный рассвет

САЭРИС

— Я, блядь, ЗНАЛ это! Я знал, что эта ведьма что-то замышляет. Что я говорил? — Волосы Лоррета были мокрыми. Дождь начался как раз тогда, когда воины подошли к поместью, и Лоррет, и Дания промокли до последней нитки. На лакированных дощатых полах за ними тянулись мокрые следы, пока они, как хищники, ходили по парадной гостиной Калиша.

Вся мебель была накрыта белыми простынями. В лучах холодного света, пробивавшихся через окна, крутились пылинки, высвечивая контуры Кингфишера, стоявшего, опершись о стол. Он простонал и сжал пальцами переносицу:

— Думаю, сейчас никто не горит желанием слушать «я же говорил», брат, — проворчал он.

Ноздри Лоррета раздулись, руки сжались в кулаки, костяшки побелели… но он всё же наклонил голову.

— Ты прав. Это свинское поведение. Прости, просто они ведьмы, — сказал он, будто это объясняло всё.

— Знаю. Знаю, — голос Кингфишера звучал до ужаса устало. — С Изабель мы разберёмся позже. Сейчас меня куда больше тревожит то, что ты нам только что сказал. Пробеги ещё раз по тому, что ты видел, ладно?

— Это Дания видела, — ответил Лоррет. — Лучше услышать это от неё.

Воительница слегка поёжилась, шагнула вперёд и начала пересказывать нам всё в куда более подробных деталях.

— Некоторые бойцы заметили это два дня назад. На северо-западном склоне Омнамеррина появились чёрные прожилки. Гниль прорезала снег, будто прокладывая каналы. Она за сутки спустилась с горы и вскоре добралась до лагеря. Мы пытались заранее выжечь землю, чтобы задержать её, но это не сработало. Когда Лоррет пришёл вчера, мы попытались вернуться через теневые врата, чтобы предупредить вас о происходящем, но опоздали. Они уже закрылись. Мы сразу же выступили, чтобы предупредить всех здесь, но по пути потеряли ещё двадцать три воина, гниль пожрала их. Она движется быстро. Намного быстрее, чем прежде.

— И она достигнет Калиша через сколько? — спросил Кингфишер.

Дания покачала головой:

— Часов через двенадцать. Максимум через шестнадцать.

— Да чтоб боги вслух охуели… — просипел Кингфишер сквозь зубы.

Лоррет шагнул вперёд, засунув большие пальцы за пояс. Казалось, он не хотел говорить, но всё-таки заставил себя:

— Мы знаем о книге, Саэрис. Возможно, сейчас самое время узнать, есть ли какие-то мудрые советы у леди Эдины, учитывая, насколько мрачна ситуация.

Книга.

Конечно.

Я специально взяла её с собой вниз, но напряжение в комнате заставило меня на миг о ней забыть. Я вытащила её из-под кожаного нагрудника.

— Разумеется, проверь её, Оша, — сказал Кингфишер. — Но убедись, что это твоё решение. У меня есть ощущение, что наставления моей матери предназначались исключительно для тебя и только для тебя. — Мой спутник посмотрел на Лоррета. — Я знаю, ты не хотел ничего плохого, предлагая это, но она не должна чувствовать себя обязанной.

Воин опустил голову:

— Конечно.

— Всё нормально. Если нам когда и нужен был совет, то точно сейчас. — Я задержала дыхание, открывая книгу и перелистывая страницы до того места, где остановилась.

Призови шестого. Доверяй только волку с золотыми клыками.

Я перевернула страницу, пытаясь сфокусироваться на строчках, которые будто плавали перед глазами.

Читай дальше после Сумеречного Света.

Чёрт! Я даже не подумала проверить страницу после бала. Мне и в голову не пришло, как Эдина могла давать понять, когда именно я должна получить её наставления. Оказалось, там были прямые подсказки, и я уже пропустила одну запись. Ладони покрылись холодным потом, пока я переворачивала следующую страницу.

Не разрушай труд Зарета. Ты такая, какая есть, не просто так. Не пей из склянки. Не позволяй пить своему новому Лорду. Время придёт, но не сейчас.

Боги… По моему телу прошла волна адреналина от макушки до пят. Я ведь думала об этом всего несколько часов назад. Быть феей и только феей заманчиво, но моя полувампирская кровь нужна мне, по крайней мере пока. И Фоули тоже. К какой целью, я могла лишь гадать, но Эдина заранее знала, что нужно предостеречь нас от лекарства Изабель. Я едва не пропустила предупреждение. Слишком много. Может быть, чересчур много, но времени разбираться не было. Бумага снова зашелестела, когда я быстро перевернула страницу.

Читай дальше у белых утёсов.

Я уставилась на почерк Эдины, отчаянно пытаясь заставить изящный наклонный шрифт сказать хоть что-нибудь ещё. Хоть что-то, что помогло бы нам сейчас.

— Что там? — спросил Лоррет. — Что она пишет?

Раздражённо я захлопнула книгу:

— Она пишет, что я могу читать дальше только у белых утёсов, где бы это ни было. В книге нет ни слова о том, как справиться с гнилью.

Внимание Лоррета мгновенно переключилось на Кингфишера.

— Ну вот и всё, — сказал он.

— Вот и всё что?

— Белые утёсы, Оша, — сказал Кингфишер. — Это подсказывает нам, что делать. Нам нужно эвакуировать Калиш и собрать силы в Инништаре. Мы должны двигаться быстро. Мне нужно открыть самые огромные теневые врата, какие я только когда-либо создавал, и начать выводить войска. Мы должны доставить всех в безопасное место.

— Это план? — сказала Дания каменным голосом. — Отступление? Из-за одной строчки каракулей в книге? Я знаю, что твоя мать была могущественным оракулом, но это уже смешно.

— А что ещё мы можем сделать, Дания? Это не армия, с которой можно выйти и сразиться. Наше оружие не может убить гниль. Наша магия питает её. Каждый, кого она заражает, становится нашим врагом буквально за мгновения. Нам нужно перегруппироваться и понять, как…

— Нам нужна сера. — На секунду в комнате установилась мёртвая тишина. Грудь Дании тяжело вздымалась, когда она продолжила. — Лоррет рассказал мне, что произошло с Арчером. Он сказал, что заражённый погиб мгновенно, как только сера коснулась его. Если у нас будет достаточно серы, мы сможем остановить гниль прямо здесь, не дав ей заразить остальной, блядь, мир.

— Ладно. — Кингфишер резко оттолкнулся от накрытого стола и стремительно пересёк комнату. Он выхватил кинжал из ножен на поясе и ткнул им Дании в грудь. — Давай. Спускайся в Погребальный Костёр и начинай убивать наших друзей. Или стой. Нет. — Он забрал нож обратно. — Я сам пойду, да? Спущусь туда и выкачаю кровь у существ, которые поклялись служить и