Аленький цветочек. Снять заклятие Яги - Елена Ха

всего восемь лет, и четыре года своей короткой жизни она лиса. И все из-за меня. Я обрек свою единственную дочь на эти мучения, и я убил собственную жену… Вот такое я чудовище!

Мужчина вскочил и зашагал к выходу, бормоча себе под нос:

— Я должен ее найти, не могу допустить, чтобы она попала под руку охотникам или в лапы Бабы-яги…

Он вышел, хлопнув дверью. Аленка поднялась с пола. Ее ноги дрожали, горло пережало от страха и непонимания.

«Не мог Матвей убил жену… Нет. Он не мог! Он добрый, заботливый, нежный, — мотая головой, думала Аленка, — Я должна ему помочь найти Алису. Это же я виновата, что упустила глупую упрямую девчонку. Так вот почему она меня так невзлюбила. Не хотела, чтобы ее отец снова женился. Это понятно, для нее мама самая лучшая, и только она может быть рядом с отцом».

Аленке было жаль бедную девочку, все недовольство проказами лисички вмиг испарились. Хотелось обнять рыжую занозу да втолковать в ее упрямую головушку, что Алена никогда не будет претендовать на роль ее мамы. Но мужчине нужна рядом женщина, а маленьким девочкам не помешает иметь взрослую подругу, которая научит печь пироги.

Выскочив на улицу, Алена обнаружила черный камзол Матвея на траве возле крыльца.

«В ворона обернулся», — догадалась девушка.

Она заботливо подняла камзол, встряхнула, очищая от травинок, и ахнула: прямо к ее ногам упало перо, переливающееся всеми цветами радуги. Оно сияло почти так же ярко, как солнце, освещая вечерний сумрак леса.

— Подарок Жар-птицы? — предположила Аленка, и сердце пронзила холодная игла ревности, но сомнения девушка решила отложить. Сначала нужно найти Алису.

— Помоги найти мне лису, — попросила она перо без особой надежды.

Неожиданно подул легкий ветерок, и прекрасное сияющее зарево вырвалось из рук девушки, закружилось и полетело в лесную чащу. Алена побежала следом, стараясь не отставать. Спотыкаясь о поваленные деревья и кочки, девушка шла долго. Луна уже поднялась высоко, звезды вовсю водили хороводы, а путница все шла за парящим пером. Когда коленки уже отказывались сгибаться, а от сбившегося дыхания стало колоть в боку, Аленка вышла на маленькую опушку, посреди которой стояла небольшая избушка. Из трубы шел дымок, в окошке горел огонек свечи. Перо опустилось к ногам девушки и больше не подавало признаков жизни. Алена вздохнула:

— Неужели это домик самой Бабы-яги? — прошептала измученная путница.

Рядом завыли волки, громко заухала сова. Идти в логово старой колдуньи было страшно, но оставаться в ночном лесу — страшнее. Аленка спрятала перо под рубашку и несмело постучалась в дверь.

— Кого черт принес? — раздался ворчливый окрик.

— Я лису ищу… — начала, запинаясь, девушка.

Дверь тут же распахнулась, и на Алену уставились два маленьких пронзительных глаза под насупленными кустистыми бровями. Потом уставшая путница смогла рассмотреть крупный крючковатый нос, старческий, почти стертый морщинами и временем рот и седые пакли волос, торчащие из-под грязно-серой косынки.

— А тебе лиса зачем? Кто ты такая? И как нашла мой домик? — накинулась с расспросами хозяйка, продолжая держать незваную гостью на пороге.

— Я Алена, уже больше месяца в услужении у Матвея. Из-за меня Алиса убежала. Верни ее нам. Она глупый ребенок…

— Сама-то ты недалеко от нее ушла, — ехидно заметила Ягиня.

— Мне уже восемнадцать, и я взрослая.

Бабуся повела носом и кивнула:

— Чую, что взрослая, а умом дитя неразумное. Надо же было с этим олухом связаться…

— Матвей хороший! Вы за что на его семью заклятие наслали, и как можно было маленькую девочку в лису превратить?! — не смогла сдержать свой гнев Аленка.

Баба-яга еще раз внимательно осмотрела девушку с ног до головы и сердито сказала:

— В чужой дом пришла и смеешь его хозяйку упрекать? Не боишься, что я тебя в жабу превращу?

Девушка сглотнула, голову опустила и тихо повинилась:

— Прости, бабушка, меня за мою несдержанность. Можешь превращать меня в кого угодно, только Алису расколдуй, пожалуйста.

— Даже так! — радостно потирая руки, воскликнула Ягиня, — А как нашла-то ты меня, на все согласная?

— Меня перо Жар-птицы привело, — честно призналась Аленка.

Тут бабуся замерла на миг, потом схватила девушку за руку и затащила в избушку приговаривая:

— А чой-то мы на пороге лясы точим. Заходь, за чайком все и обсудим…

Глава 7. Уговор

В доме Ягини царил хаос. На полу валялись щепки и куски коры, зола и хлебные крошки, на столе остатки еды перемешались с травами и корешками. Перевернутая плошка и кружка демонстрировали жирные заляпанные бока. Через окно даже в солнечный денек навряд ли проникал свет, ведь оно все было в пыли и паутине, а на серую тряпку, когда-то именуемую занавеской, даже смотреть было страшно, не то, что в руки брать.

— Так как ты, говоришь, меня нашла? — нетерпеливо спросила Ягиня.

— Я не тебя искала, бабушка, я ищу дочку Матвея, которую ты превратила в лису. Меня привело сюда перо Жар-птицы. Алиса здесь? — строго спросила Аленка.

Она очень боялась Бабы-яги, но еще больше сожалела, что причинила столько горя Матвею. Он был так добр и нежен с ней. Да, Алена понимала, что он ее не любит, просто одинокий мужчина увлекся молодой и симпатичной девушкой, с которой жил в одном доме. Но на чувствах самой девушки это понимание никак не отражалось. Она любила всем своим молодым сердцем, страстно и беззаветно. Она была готова победить даже эту вредную ведьму, лишь бы он перестал печалиться.

— Ну, правильно твое перо тебя привело. Здесь твоя лиса, — проворчала Ягиня и вытащила из-за печки клетку с Алисой. Зверек явно нервничал, крутился в узком замкнутом пространстве как волчок, поскуливал.

— Отпусти ее! Она же невинный ребенок! За что ты с ней так! — опять не удержала в себе гнев Аленка.

— Ах ты глупая и дерзкая девчонка! — рассердилась Ягиня, топнув ногой, и тут же скривилась от боли, — Да я ее спасла! Она бежала прямо на охотников. Еще немного, и ее подстрелили бы. Или она, как и ее мать, оказалась бы в их силках. Живой бы не ушла в любом случае.

Алена всплеснула руками, на глазах появились слезы.

— Ягиня Берендеевна, я вас молю, отпустите Алису к отцу, он сможет о ней позаботиться. Это я виновата, что она убежала, дверь не закрыла.

Лисичка в клетке замерла и уставилась на Аленку с надеждой.

— Это уже второе доброе дело будет. Я ее спасла, а теперь еще и отцу вернуть должна?.. Для меня, пожалуй, это чересчур! — с сомнением проговорила Ягиня.

— Матвей вам за жизнь дочери