Измена. Малыш от предателя - Влада Одинцова

накануне в кафе, где я обедал. А на следующий день после обеденного перерыва я впервые поцеловал ее возле кафешки, а потом и на улице. Там же мы встретили Тоню.

Ничего не было.

Ничего, кроме поцелуя, который разбил хрупкое сердце моей жены.

А когда я узнал, что она беременна, почувствовал себя последним подонком.

Как же, черт побери, я сожалею о своих идиотских поступках! Как хочется биться головой о стену! Если бы это помогло вернуть доверие жены и все исправить, я бы, не задумываясь, с разбегу влетел в эту стену!

Еще и Лиза эта…

Сталкерша какая-то.

Вообще утречко вышло насыщенным.

Я вышел из дома, чтобы заехать за цветами, фруктами и поехать навестить жену.

Но возле подъезда меня ждала Лиза…

— Как ты нашла меня? — рявкнул я, хватая ее за локоть и отволакивая подальше от дома.

— Ромочка, я переживала, что ты не звонишь. Попыталась отправить сообщение, но мне выскочило оповещение, что ты ограничил для меня эту возможность. Ты меня заблокировал, что ли?

— Я же еще тогда на улице сказал, что между нами ничего не будет. Потом по телефону повторил. Что непонятного? — со злостью процедил сквозь зубы. — Если я раз что-то говорю, то свое мнение не меняю.

— Ты извинился, — напоминает она.

— Да. За то, что ввел в заблуждение, будто мы можем построить отношения.

— Никто не извиняется перед человеком, если плевать на его чувства. Я подумала, что тебе не плевать, поэтому пришла. Ты же хочешь быть со мной. Просто твоя жена нам мешает.

— Лиза! — рявкнул так, что она вздрогнула. — Я все сказал! Ты мне не нужна! — грубовато отшил ее и, выпустив локоть из своей хватки, рванул назад в подъезд.

Ох, и выбесила она меня. До сих пор трясет от ярости.

Дома успокоился, выпил кофе и спустился, чтобы все-таки поехать к Тоне. У нее как раз должен был закончиться обход. После него в больнице есть пара часов на посещение пациентов. Я бы успел…

Если бы не Мамонов, который как раз отъезжал от своего дома. Тормознул, вытащил из тачки и набил ему морду. Он, правда, тоже, неслабо так приложил меня своими кулаками. Но ему досталось больше.

А самое главное не это, а то, что он наконец признался, что выдумал про их отношения с Тоней. Якобы он подкатывал к ней, она не повелась. Это задело его мужскую гордость. Хотя откуда там взяться чему-то мужскому? Такая гнида не может называться мужиком. В общем, он сочинил эту историю.

А я все равно дурак.

Как мог поверить?

Встав, тащусь в ванную, чтобы посмотреть, насколько критично испорчено лицо.

Зеркало показывает мне совсем не радужную картинку.

Под глазом назревает синяк. Там уже надулась небольшая шишка.

Губа рассечена, как и бровь.

Соседка Мария Степановна, конечно, подшаманила немного. Потом еще и притащила ко мне домой нашего участкового врача, которая еще раз промыла раны, заклеила их медицинским клеем. Но все равно выглядит так себе.

Ну и как мне предстать перед женой?

Еще до того, как я успею все рассказать Тонечке, она успеет разволноваться, а ей нельзя.

— Ой, дебил, — вздыхаю и тащусь назад на кухню.

Может, подождать пару дней? Все равно Тоня просила не приезжать.

Но как я смогу это время пережить, если знаю, что моя малышка там одна?

Телефон на столе вздрагивает и издает короткий звуковой сигнал о входящем сообщении. Перевожу на него взгляд и сразу разблокирую экран, когда вижу, от кого пришла весточка.

Тоня: “Можешь проведать меня сегодня вечером”

Глава 16

Спускаюсь вниз на лифте. Сегодня врач разрешила мне недолго прогуляться на улице. Застегнув в холле куртку, выхожу на улицу. Ночью проморосил первый снег, и теперь на улице скользко. Так что я хватаюсь за перила и медленно спускаюсь по ступенькам.

На предпоследней ступеньке мои осенние сапожки все же скользят, и я чуть не лечу с лестницы, но меня подхватывают мужские руки.

— Тише, так же и упасть недолго.

— Спасибо.

Поднимаю взгляд и сталкиваюсь им с…

— Вы? — спрашиваю, широко распахнув глаза.

— Я, — усмехается мужчина.

Тот самый, который спас меня от падения в день, когда я узнала об измене мужа. Почему-то я даже не запомнила его лица. А вот глаза врезались мне в память.

— Вы всегда такая рассеянная? — с улыбкой спрашивает он.

— Нет, — качаю головой. — Просто скользко.

— Согласен. Может, вас подвезти? Боюсь, иначе я не смогу вас спасти от очередного падения.

— Спасибо, но я… никуда не еду. Я тут лежу в больнице.

— Оу, — произносит, бросив взгляд на здание. — Моя сестра тоже. Вот привез ей вкусняшки, пока ее муж добирается из-за границы из командировки.

— Вы очень заботливый брат, — улыбаюсь.

— Возможно, — усмехается он. — Так вас… куда-то проводить?

— Спасибо, я справлюсь, — раздается справа голос Ромы, и он торопится к нам. Берет меня за руку и сжимает ее, а вторую протягивает для пожатия этому мужчине. — Роман. Муж Тони.

— Чей? — спрашивает мужчина, слегка нахмурившись, но отвечает на рукопожатие. — А-а-а, вас Тоней зовут? — переводит на меня взгляд, отпуская ладонь Ромы.

— Да. Приятно познакомиться.

— Мне тоже. Я Сергей. Что ж, пойду, сестра ждет. Роман, следите за Тоней, она любительница падать.

Развернувшись, он скрывается за дверями больницы, а Рома притягивает меня к себе и зарывается носом в мою макушку, сдвигая капюшон назад.

— Не дам тебе упасть, — обещает он. — Больше никогда. Ты не ушиблась?

— Я не упала. Сергей вовремя подхватил.

— Не выходи больше раньше времени, ладно? Я сам буду забирать тебя из здания. Побережем тебя и нашего малыша.

— Ладно, — произношу тихо.

Наконец поднимаю голову и рассматриваю лицо мужа. Касаюсь пальцами синяка на щеке, рассеченной губы.

— Все хорошо, — говорит Рома.

— Я знаю, что произошло.

— Кто тебе сказал? — хмурится он.

— Мария Степановна меня навещала.

— И тут тебя нашла, — усмехается Рома. — Она мне час назад пирожки с картошкой принесла, чтобы я с голоду не помер, — смеется. — Но ничего не сказала по поводу своего визита к тебе.

— Она и мне натащила вкусняшек. Половину пришлось отдать, я же столько не съем.

— И я принес, — говорит Рома и поднимает руку с бумажным пакетом. — Твои любимые суши, макаруны из кондитерской в центре, а еще фрукты.

— Ром, это слишком много. Особенно учитывая, что…

Мнусь, не зная, как сказать ему. Вроде все уже знаю. Верю мужу, что не спал с той Лизой. А поцелуй все равно простить не могу. Да и кто знает, как бы все сложилось, не застань я их