Без промедления - Лейни Лоусон

Стена безопасности, которой было тело Уоррена, движется к противоположному концу стола от его сестры, где он начинает расставлять стаканчики в форме треугольника и наливать немного воды из кувшина в каждый из них.

Осторожно я делаю шаг к Блайт и позволяю ей притянуть меня к себе. Пока она расставляет наши стаканчики, я ищу, на чем бы сосредоточиться, чтобы не думать о том, какой я ужасный игрок и как она будет разочарована, когда это обнаружит. Мой взгляд падает на группу, сидящую на огромном угловом диване перед каменным камином, который не горит. Они все взрываются смехом, когда парень с рукавом татуировок рассказывает историю.

— Это Трипп, — говорит Блайт со смехом. — Он немного безумный, но симпатичный. Отличный парень.

Опять что-то в ее голосе заставляет меня верить ей. Задача по восстановлению моей репутации снова всплывает в голове, и я делаю мысленную пометку, возможно, держаться подальше от этого парня, Триппа, сегодня вечером, если смогу. Если его так любят, они обязательно послушают его, если он скажет обо мне что-то негативное.

— Ладно, суть такова. Никто никогда не обыгрывает этих парней, — говорит она, сверкая глазами через стол, где стоят Уоррен и другой мужчина. Я хихикаю, видя, какие они сосредоточенные. Они, очевидно, относятся к этому серьезно. — Уоррен любит закидывать с отскоком, так что следи за этим. А Хестон — отбиватель. Пусть его молчание тебя не обманывает, он быстрый. И…

Ее прерывает свист и всплеск, когда шарик для пинг-понга приземляется прямо в передний центральный стаканчик на нашей стороне. У нее отвисает челюсть, и рука идет на бедро.

— Ах ты маленький засранец, — шипит она.

Уоррен один раз хлопает в ладоши и откидывается назад смеясь. Я не могу не смотреть. Рукава его рубашки тугие вокруг бицепсов, но не настолько, чтобы выглядело, будто он пытается покрасоваться. Его бедра заполняют джинсы так, что у меня потеют ладони. И каким-то образом свет вокруг него ярче, чем в любом другом месте комнаты.

Это почти достаточно гипнотично, чтобы заставить меня забыть о том, что он сделал.

Почти.

Парень, стоящий рядом с ним, который, как я думаю, и есть Хестон, небрежно подбрасывает свой шарик, и тот отскакивает от края одного стаканчика и падает в другой. Его тело почти не двигалось, ему хватило одного простого движения запястья, чтобы сделать идеальный бросок. Если честно, я нахожу его присутствие немного пугающим. В его холодном взгляде есть что-то, что заставляет меня думать, что он мог бы легко разломать этот стол пополам в любой момент, если бы это не было пустой тратой его времени.

Блайт топает ногой и стонет от разочарования.

— Это два, дамы. Дно вверх, — напевает Уоррен. Он обеими руками опирается на стол и наклоняется к нам с озорным выражением лица.

Блайт и я убираем стаканчики, в которые попали шарики, отставляя их в сторону. Затем она поднимает свое пиво передо мной. Она явно раздражена тем, что уже проигрывает два стаканчика в самом первом раунде, но в ее глазах все еще теплится радость.

— За нас! — говорит она с улыбкой, чокаясь своим напитком с моим, а затем запрокидывает голову и делает глоток.

Я не знаю, сделала она один глоток или два, но я делаю два своих на всякий случай, чтобы покрыть то количество, которое мы должны выпить. Вытерев рот тыльной стороной ладони, я беру шарик на своей стороне и готовлюсь промахнуться. Как раз когда я собираюсь перебросить его на другую сторону, Блайт наклоняется и шепчет мне на ухо.

— Приготовься. Как только я переброшу свой, перебрасывай свой сразу за моим, не жди.

Я сжимаю маленький оранжевый шарик в руке и киваю, полная решимости следовать ее плану действий. Уоррен сверлит меня взглядом с прищуром, будто знает, что Блайт что-то задумала. Она опускает руки по бокам, показывая, что еще не готова бросать, и я копирую ее расслабленную позу.

— О боже, — ахает Блайт. — Что Хэтти здесь делает?

Лицо Хестона становится белым, как бумага, и он чуть не падает через свои ботинки, разворачиваясь к двери. В тот же момент Блайт сильно наклоняется вперед, закусив нижнюю губу. Ее рука вытягивается, и в мгновение ока ее шарик отскакивает от центральной линии. Прежде чем он приземляется в стаканчик, я закрываю один глаз и бросаю свой с максимально возможной точностью. Почти одновременными шлепками наши броски попадают в два стаканчика в переднем ряду. Мои глаза расширяются.

— ПОПАЛИСЬ! — визжит Блайт, подпрыгивая вверх-вниз несколько раз. Комната размывается, и я понимаю, что она взяла меня за руки, и я прыгаю вместе с ней. Смех вырывается из меня случайно, но я не могу не присоединиться к ее заразительному ликованию.

Я не знаю, кто такая Хэтти, но она, должно быть, является кем-то для Хестона. Маленький план Блайт сработал, как по маслу. Мы задыхаемся, когда перестаем прыгать, и я кладу руку на щеку, чувствуя там тепло.

Странно, когда такая энергичная и веселая девушка празднует со мной, как будто мы старые подруги. Что-то болит в груди, и я тереблю прядь волос, чтобы выйти из этого странного состояния, с которым не знаю, как справиться.

Хестон качает головой, понимая, что его только что развели. А у Уоррена обе руки на бедрах, губы плотно сжаты. Бросив на нас раздраженный взгляд, он поворачивается и бьет Хестона по руке.

— Шарики обратно, — кричит Блайт и протягивает руку над стаканчиками.

— Это просто позор, — бормочет пугающе высокий мужчина с темной коротко подстриженной бородой, проходя мимо стола. Несколькими длинными шагами он вторгается в наше пространство и поднимает Блайт с земли, так что она оказывается с ним на уровне глаз.

— От тебя пахнет дымом, — говорит Блайт, целуя дорожку вверх по его шее. Это, должно быть, Гейдж.

Мне теперь неловко, и, вероятно, следует отвести взгляд, но я просто не могу. То, как он держит ее, похоже на мертвую хватку, а ее ноги обвиты вокруг него так, что даже если бы он разжал руки, она бы все равно держалась. Я опираюсь на край стола одной рукой, загипнотизированная ими и подслушивающая их разговор.

— Я готовил на гриле, — произнося эти слова в ушную раковину, он сжимает ее под бедрами. Его голос понижается, и теперь он шепчет ей на ухо, но достаточно громко, чтобы я услышала. — Ты закончила здесь, или