Вторая семья генерала дракона - Кристина Юрьевна Юраш

— Ты лгала, — мой голос прозвучал иначе. Ниже. Вибрирующим рыком, который я даже не пытался скрыть.

Она молчала. Глотнула воздух. Сейчас она смотрела на меня затравленным зверьком, которого поймали в ловушку охотники.

— Все это время, — продолжил я, медленно проводя большим пальцем по её нижней губе. Они были мягкими. Полными. Не теми тонкими кривыми нитями, что я видел раньше. — Ты позволяла мне думать…

Я не закончил. Мысль была слишком тяжелой.

«Ты позволяла мне думать, что я выше этого. Что я контролирую ситуацию!» — пронеслось в голове.

Но я не контролировал ничего. Контролировала она.

Дракон внутри сгорал от желания. Он видел истинное лицо своей пары. Теперь он требовал другого. Пометить. Заявить права. Скрыть от других глаз. Он требовал обладания ею. Сейчас же, немедленно. Забрать ее всю. Целиком.

Я сжал пальцы чуть сильнее, не чтобы сделать больно. Чтобы почувствовать реальность.

— Почему? — спросил я.

В её глазах мелькнула тень.

— Потому что я устала бросать все и бегать на смотрины во дворец, потому что не хотела выходить замуж за престарелого барона или толстого графа… — голос её дрогнул, но не сорвался. — Я хотела раскрыть правду, когда мы приедем. Как только мы войдем в дом, я готова была снять иллюзию.

Мои глаза расширились от ужаса.

— Но тут появилась вторая семья генерала, и я передумала! — жестоко произнесла она, а я не мог надышаться ею. В ней все было прекрасно. Настолько, что сердце едва не сломало мне ребра изнутри.

Ее слова ударили меня больнее, чем я ожидал. Я назвал её инструментом. Я сказал ей, что она вещь.

— Увидела, как вы целуетесь. И решила не снимать ее. Никогда. Ты не заслужил правды, — заметила она, а в голосе звенели болезненные льдинки.

Гнев смешался с чем-то темным, липким. Виной? Нет. Генералы не чувствуют вины. Но сейчас я ее чувствовал, проклиная судьбу.

Я убрал руку. Резко. Будто обжегся.

Нужно было восстановить дистанцию. Вернуть контроль. Если я сейчас потеряю голову, я проиграю. А я не привык проигрывать.

Я опустился на колено. Не в порыве страсти. Как хищник, загоняющий добычу.

Поднял медальон с пола. Цепочка была тонкой, хрупкой. Магия в камне угасла, оставив лишь мертвый груз.

— Это твое, — сказал я, сжимая медальон в кулаке. Металл впился в ладонь. Мне не хотелось его отдавать. Я боялся, что она снова наденет его, скрывая красоту, от которой у меня кружилась голова.

Я поднялся. Теперь я смотрел на неё сверху вниз, но это не давало преимущества. Она стояла в свете луны, прекрасная, соблазнительная и опасная.

Я сделал шаг к ней, заставляя её отступить назад, пока её спина не коснулась стены. Я уперся ладонями в стену по обе стороны от её головы, запирая её в клетку из своих рук.

Глава 31. Дракон

Глава 31. Дракон

Я не сразу заговорил. Я позволил тишине повиснуть, тяжелой и вязкой. Наклонился ниже, чтобы мои губы почти коснулись мочки её уха. Вдохнул глубоко, жадно. Теперь, без иллюзии, её запах бил в нос, как удар хлыста. Озон, гроза, женщина.

— Ты обманула короля. Обманула меня. Обманула весь дом, — произнес я, сжимая медальон в кулаке. — За обман есть цена, Ноэлия.

Я медленно провел костяшками пальцев по её шее, туда, где недавно была цепочка. Кожа под моими пальцами пульсировала. Я чувствовал, как часто бьется её сердце. Оно колотилось в унисон с моим.

Я чувствовал, как внутри закипает желание. Не то холодное обязательство, которое я планировал исполнить сегодня. А голод. Настоящий, звериный голод, который нельзя утолить одной ночью. Чтобы утолить этот голод нужна вечность. Вечность ее стонов подо мной. Вечность ее сладких спазмов, которые я почувствую. Вечность прикосновений к ее коже.

— Ты думала, я отпущу тебя теперь? — спросил я тихо, и в моем голосе прорычал зверь. — Ты принадлежишь дракону. А драконы не отдают свое добровольно.

Она подняла подбородок.

— Смотри, как запел! — усмехнулась она, а в ее усмешке была горечь. — Всем вам красавицу подавай. На блюдечке с золотой каймой. А еще с жирным приданым. Так вот, приданое ты получил! А вот все остальное…

Она посмотрела на меня, а потом перевела взгляд на часы.

— Сколько там еще времени осталось на меня? Ах, четыре минуты? Давай. У тебя есть четыре минуты. А потом ты развернешься и уйдешь отсюда к своей «второй семье». Завтра утром я планирую уехать.

— Давай все обсудим, — я провел рукой по её волосам. Они были мягкими, тяжелыми, живыми. — Давай не будем торопиться, Ноэлия…

Я произнес её имя так, словно пробовал его на вкус. Оно подходило ей.

И тут в ее глазах вспыхнул тот самый огонь, который я видел в ее комнате.

— Господин генерал. У вас есть три минуты, чтобы исполнить супружеский долг. Вас там ждут в спальне. Ваша вторая «жена», — произнесла она насмешливо. — Я жду! Вам как? Спиной встать? Или ноги раздвинуть?

Глава 32

Глава 32

Внутри меня все дрожало. Мелкая, предательская вибрация бежала по костям, словно где-то глубоко под кожей забилось в паническом ритме сердце.

Но снаружи я оставалась статуей. Холодной, неподвижной, вырезанной из льда.

Я видела его глаза.

В них не было прежней пустоты.

Там горел огонь.

Жадность. Голод. Его грудь вздымалась тяжело, ритмично, словно он пытался надышаться мной, втянуть мой запах до головокружения. Озон сгустился в комнате, электризуя воздух. Каждый его вдох казался слишком громким в тишине.

Мое тело откликалось на этот жар.

Низ живота свело сладкой, опасной судорогой. Я испугалась этого ощущения больше, чем его гнева. Если он сейчас обнимет меня по-настоящему, без той холодной отстраненности, что была раньше… Если он коснется меня так, как смотрит… Я не устою. Я растаю. А растаять сейчас означало проиграть. Стать еще одной вещью, которую он захотел и взял.

— Две минуты, — строго произнесла я.

Голос вышел ледяным, ровным, несмотря на бурю внутри. Я хотела, чтобы он услышал в нем сталь, а не дрожь.

Астор не двигался. Он словно оценивал расстояние между нами, вычислял момент броска. Его зрачки были расширены, поглощая васильковую радужку.

Я отвернулась. Не в силах выдержать этот взгляд. Посмотрела на старинные часы на каминной полке. Стрелка ползла медленно, словно вязла в густом времени.

— Минута, — сказала я.

Уголки губ дрогнули в нервной улыбке. Получилось криво. Болезненно.

Он сделал шаг. Тень накрыла меня. Его руки поднялись, чтобы обнять, заключить в кольцо своих мышц. Я почувствовала