Испытание гордости. Северная леди - Ярослава Баженова

Двинулись мы лишь спустя два часа.

Как раз в тот момент, когда наш экипаж вновь начал набирать ход, к нам забрался мужчина в бежевой расцветке. Это был не лекарь, так как у того движения были более резкими и стремительными, а голос певучее. Незнакомец попытался заговорить с нами, но явно вспомнив, что благородных собеседников в наших лицах не отыщет, уселся рядом с входом, полностью расслабившись и, казалось, закрыв глаза

Мы с леди Элионор недоумённо переглянулись. Она устало покрутила пальцем у виска, я страшно округлила глаза, хотя не уверена, что в такой полутьме женщина была способна это разглядеть. Так бы мы, наверное, и продолжали обмен жестами, если бы внезапно не повеяло прохладой. Долгожданной, оттого необходимой, как глоток воздуха. Я изумлённо обёрнулась в сторону мага в тот момент, когда он отвязывал остатки ткани, чтобы полностью закрыть вход, погрузив нас во тьму. И тогда стало действительно прохладно. Конечно, не так, как на родине, но приближённо.

Небеса, кто бы знал, какое это великолепное чувство. Похоже, это и имел в виду Герберт, когда говорил о том, что мне легче будет пересечь пустыню.

Отодвинувшись в свой угол с подушками, блажённо съехала на спину, зажмурившись. Уснуть, конечно, не уснула, но явно задремала. Так, стоило мне открыть глаза и оглядеться, я поняла, что неизвестного мага в экипаже уже нет, зато прохлада осталась. Усевшись и размяв затёкшую шею, невольно задумалась о том, что раньше никогда так много не спала. Возможно, это из-за резкой смены климата? Организму необходимо привыкнуть к подобной температуре, а с моим будущим привыкать придётся раз и навсегда.

Путешествие оказалось больше утомительным, нежели опасным занятием. За остаток дня я успела закончить вышивку и взяться за другую, извести себя мыслями о неизвестном, а после ещё и помолиться. В общем, занять себя всеми доступными средствами, чтобы окончательно не впасть в уныние.

Отвратительная привычка человека: уничтожать себя изнутри, стоит лишь остаться в одиночестве.С Гербертом довелось поговорить ближе к вечеру, когда солнечный диск тяжело навис над горизонтом, окрашивая края в розовато-бежевые оттенки. По ощущениям похолодало, и нечто мне подсказывало, что произошло это не из-за магии.

— Герберт, — протянула, удостоверившись, что леди Элионора сладко спала, похоже, не одну меня постоянно клонит прилечь, — вы не могли бы мне сказать, как долго мы будем добираться до места?

— Пустыня закончится уже утром, — будничным тоном отозвался мужчина, осадив тварь, на которой ехал.

— А вечером мы будем в столице, по стране ведь вязь порталов работает, не волнуйтесь.

— Утром?

— Ах, да, вам ведь неизвестно, — спохватился мой собеседник. — Пески не полностью укрывают наши земли, их у нас не так уж и много, если на то пошло. В основном пустыни расположены по протяжённости на границах.

— И они… природного происхождения? — поинтересовалась, мысленно изумляясь. Неудивительно, что их Империю никто толком осадить не может, не то, что попытаться завоевать.

— Большая часть чистая магия, но есть и природные. Наша страна имеет всё то, что есть у других, — пояснил Гебрерт. — У нас много лесов и полей, степи не редкость, а столица вообще находится на берегу внутреннего моря.

— Красиво, наверное.

— Вечерами и ранним утром особенно, — подтвердил Герберт, и мне показалось, что он улыбнулся. Как жаль, что нам не посчитали необходимым во время учёбы рассказать о таких нюансах. Ведь знания географии других стран не нужны юным леди.

— Скажите, Герберт, мой супруг, — я замолкла, не зная, как бы это сказать. — Как его зовут?

— Вы… не знаете? — поражённо поинтересовался собеседник, застыв. Я промолчала, не говорить ведь ему, что такой информацией меня не обеспечили, а в книгах по истории имена не употреблялись, лишь названия родов. — Дариан. На нашем языке это значит «слушающий».

— Спасибо, — искренне поблагодарила, разжав ладонь, позволяя ткани вернуться на место, вновь занавесив проход.

С тихим стоном повалилась на пол, закрыв лицо руками. Какой же я дурой, наверное, выглядела в его глазах. Это ведь нужно было спросить, как зовут будущего мужа. Но разве моя вина в том, что мне было банально не откуда черпать подобные знания? По сути, я была ограничена в книгах. Кста-а-ати, книги! Небеса, я ведь хотела спросить у Герберта про какое-нибудь чтиво, да хотя бы карту пустыни посмотреть, масштаб прикинуть.

Но момент был упущен, не кричать ведь ему в спину «вернитесь». Придётся терпеть до следующей остановки.

Глава 5

— Столица! Леди Раммон, впереди столица!

Я резко отодвинула ткань в сторону, спрыгнув на деревянные полозья, больше не собираясь слушать докучливые речи леди Элионор. Она пыталась вбить мне в голову какие-то идеалы нашего королевства, чтобы я при встрече начала окучивать здешнего Повелителя и расширила список льгот для нашей страны. Небеса, как же болела голова от её разговоров и замечаний, которыми она одаривала меня, стоило лишь на секунду отвлечься на нечто иное. А ведь выглянуть хотелось ещё с самого утра, когда я почувствовала качку.

Качку, словно едешь в карете, которая движется на колёсах по дороге. Помню, ещё не смогла сдержать любопытства и выглянула наружу, чтобы понять, что пустыня закончилась. Полозья, на которых и передвигался наш «экипаж» всё это время, поднялись наверх, трансформируясь в своеобразные ступени, на смену им пришли колёса, увеличивая высоту. Однако поражало не это. Поля. Вокруг были поля и трава, не так много и не такая сочная, но ведь была! Правда, на тот момент любоваться мне так и не дали, леди Элионор взял шефство.

Но сейчас, чувствуя порывы ветра от быстрой езды и сочный запах цветов, я могла поклясться, что никто и ничто больше не заставит меня вернуться в эту коробку. Этот опьяняющее чувство свободы было мгновенно и рассеялось в ту же секунду, стоило нам подняться на холм. Потому что я изумлённо застыла на месте, совершенно глупо открыв рот, понимая, что влюбилась. Вот так просто и быстро, а главное без оглядки.

Впереди растиралась долина. Настолько огромная, что одним взглядом охватить её виды было нереально, но моё восхищение устремялось намного… намного дальше. Вед дальше была