Поместье для Вдовы, или Это моя дочь, Дракон! - Рика Лав

себя как дурак, это факт, — пробормотала в дерево. — Специально вызывая ревность Кайласа всеми этими… Ты знал, что делаешь. Но если быть до конца честной, Райнор… — Я подняла голову, всё ещё не глядя на него. — В итоге, если смотреть на всю картину, виновата во всём — я сама. Только я.

— Мика, ты не…

Я подняла руку, останавливая его возражения:

— Не надо сейчас, правда. Не сейчас, — наконец обернулась, встретившись с ним взглядом. — Мы встретимся за ужином через час, обсудим план на завтра. А сейчас мне нужно… мне просто нужно кое-что сделать.

Райнор помолчал, изучая моё лицо, потом поджал губы, поднимаясь:

— Хорошо. Как скажешь. До ужина, значит, до ужина.

Его шаги удалились к двери, она закрылась за его спиной, оставив меня в одиночестве с моими мыслями и нарастающей тревогой.

Я осталась одна в быстро темнеющем кабинете. Постояла ещё с минуту, собираясь с духом, потом решиельно вышла. В холле почти сразу столкнулась с Сарой. Увидев меня, она присела в книксене, не роняя при этом из рук корзины с какими-то перевязанными белыми желтоватыми палками. Присмотревшись, поняла что это свечи.

— Леди, добрый вечер.

Но тут из столовой показался Райнор, и лицо Сары мгновенно преобразилось — стало холоднее зимней пурги, губы сжались в тонкую линию. Я поспешила отвлечь её, пока она не швырнула всё содержимое корзин ему в лицо:

— Сара, у меня к тебе поручение. Пожалуйста, выдели господину Никалусу, нашему новому законнику, кабинет для работы. Желательно в том же крыле, что и мой кабинет, на первом этаже. Может быть, есть свободное помещение за кабинетом Пирта или рядом с ним?

— Конечно, госпожа, сделаю сегодня же вечером, — девушка кивнула, но взгляд её всё равно скользнул мимо меня к удаляющемуся Райнору. Я удивилась, как он не загорелся от одного этого взгляда.

Я прошла дальше, мимо столовой, откуда доносились весёлые голоса — две девочки из старших приютских щебетали о чём-то девичьем, одновременно усердно вытирая обеденный стол после ужина детей. Заметив меня в проёме, обе синхронно замолчали и неумело присели в приветствии.

Кивнула им в ответ, выдавив улыбку, и пошла дальше, к главному выходу.

Если ты считаешь себя взрослым человеком — то иди и расхлёбывай последствия своих собственных поступков. Не прячься и не убегай. Я жила таким принципом и изменять себе не намерена.

Толкнула тяжёлую дверь и вышла во двор.

На улице уже основательно темнело. Я поёжилась, обхватив себя руками — ничего не накинула поверх платья, а волосы всё ещё оставались влажными после утреннего ливня, который промочил меня до нитки.

Под ногами приятно и знакомо захрустел гравий. Остановилась, удивлённо глядя вниз. Воины Кайласа сделали ровный щебнёвый настил практически по всему двору, выровняв все дорожки, засыпав ямы и выбоины, после дождя не было луж, которых я опасалась…

Даже не заметила, когда они успели. Была слишком погружена в свои проблемы.

Миновала постройки и направилась в сторону лагеря, разбитого на заднем дворе. Перешагнула через невысокую ограду из заострённых кольев, отделяющую лагерь от остальной территории.

С каждым шагом вглубь становилось всё неуютнее…

Впереди виднелись палатки, расставленные ровными рядами, между ними горели костры. Силуэты воинов двигались в оранжевом свете пламени, их голоса едва доносились до меня.

Я шла по памяти в направлении палатки генерала, когда…

— Пришла, парласса, — раздалось вдруг грубое у меня за спиной, заставив вздрогнуть.

Стремительно обернулась. На меня смотрели несколько воинов, сгрудившихся у ближайшего костра, их лица были мрачными и враждебными. Один из них, тот самый рыжеволосый детина со шрамом, демонстративно поднялся, опираясь на колено, его рука легла на рукоять меча, висящего на поясе.

— Что… что вы сказали? — я нахмурилась, делая шаг назад. Стало жутковато…

Рыжий неприятно усмехнулся, вытаскивая клинок из ножен. Металл противно зазвенел в наступающей тишине. Воин шагнул в мою сторону, и ещё двое воинов рядом с ним тоже поднялись, их руки согласованно потянулись к оружию.

Вот тебя и вырежут, барынька. Вот тебе и хэппи энд. Струхнула я знатно, аж в солнечном сплетении сжало, ни вдохнуть, ни выдохнуть. Попятилась ещё, но спиной наткнулась на что-то… твёрдое.

Обернулась и увидела прямо перед собой мускулистую грудь, перехваченную перекрещивающимися ремнями. Подняла взгляд выше, встречаясь с лицом.

Дерек. Тот самый мужчина, видимо, друг Кайласа, который всегда был рядом с ним. Он стоял прямо за моей спиной, а теперь сделал плавный шаг, обогнув меня и преградив воинам путь своим внушительным телом. Массивные руки скрестил на груди, на губах его заиграла лёгкая усмешка.

— Не делайте и не говорите того, братья мои, — негромко произнёс он, — за что потом придётся расплачиваться собственными головами.

Рыжий воин сплюнул себе под ноги с отвращением, но клинок нехотя вернул обратно. Остальные фигуры тоже отступили на пару шагов, хоть и с плохо скрываемой ненавистью.

Дерек невозмутимо указал рукой в сторону возвышающейся палатки:

— Сюда, леди.

Мы двинулись мимо костров, мимо настороженных групп воинов. Я остро чувствовала эти взгляды, полные неприкрытого презрения и затаённой злобы, впивающиеся в мою спину, словно невидимые ножи.

— Спасибо вам, — выдавила почти шёпотом, когда мы отошли.

Дерек коротко кивнул, не оборачиваясь, не замедляя широкого шага, за которым мне приходилось почти бежать. Молчание между нами затягивалось, становилось всё более тягостным. Я не выдержала первой:

— Я хотела бы… мне нужно извиниться перед вами, Дерек, — пробормотала, запинаясь.

Он приподнял одну тёмную бровь, усмехнувшись краешком губ:

— Вы мне не сделали ничего, леди, за что я мог бы или должен был бы принять ваши извинения.

Ветер резанул с моря, я поёжилась сильнее, греясь о собственные руки:

— Уверена, что вы понимаете, о чём я. Из-за чего хочу извиниться. — Я прикусила губу. — И я обязательно принесу свои извинения генералу лично. Но мне кажется… мне показалось, что своим поведением утром я могла обидеть и вас тоже. Ведь вы же, вроде как, близкие друзья с ним?

Дерек остановился и повернулся ко мне. Несколько долгих секунд изучал моё лицо проницательными глазами, потом почти рассеянно посмотрел куда-то в сторону, туда, где между палатками плясали языки костров.

— Мы и правда друзья. Братья по оружию и по крови, — спокойно подтвердил он. — Но поверьте мне на слово, леди Микэль, ни мне, ни Кайласу вы не должны извинений. Не должны.

Я непонимающе уставилась на его профиль, освещённый светом ближайшего огня. Но воин молча возобновил путь.

Мы почти дошли до палатки генерала. Остановились совсем рядом с плотно закрытым входом. Дерек вдруг отвёл взгляд от моего лица и приложил широкую ладонь