Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

— Вы у меня все писать выучитесь, — прищурившись, пообещал Нарий.

Нежная трепетность момента была нарушена, и мужчины досадливо закряхтели и закашляли. Только Лирка насмешливо сморщила нос.

— Рада, что наша семья только крепнет, — протянула женщина. — Но что нам делать с маленькой оплошностью вилария?

Тот опять виновато понурился.

— Предлагаю пока молчать об этом, — предложил Нарий. — Решения у нас нет. Раскрытие может дорого обойтись всем. Нужно подумать, как выйти с наименьшими потерями. Так что никто ничего не слышал. Хорошо?

Все согласно закивали.

Лирка ухватилась за низ кровати и, приподняв её одной рукой, строго посмотрела на Ханёна.

— Всё понял?

— Я что, дурак? — обиделся сын.

— Смотри у меня, — и Лирка осторожно, чтобы не приложить мальчишку по голове, опустила постель. — Хайнес наверняка прознает. У него есть связи с господином Маришем. Нужно подготовиться и на этот случай.

— Надеюсь, больше никто не скрывает ничего столь же интересного? — Нарий обвёл всех проникновенным взором.

Неловко замялся только Ёрих.

— Про меня вроде всё знаете.

Воровская деятельность Ёриха на фоне вилария меркла и была простительна. Самоотверженной службой прощение уже должен был выслужить.

А вот Лирка ощутила лёгкий холодок. У неё-то тайны похлеще вилариевых. Она не удержалась от взгляда на кровать и вновь посмотреть на Нария не осмелилась. Тот, слава богам, не заметил ничего странного в её поведении.

— Осталось дождаться только Лешия и Исешки. Когда они там выехали? — Нарий вопросительно взглянул на вилария.

Тот тут же собрался и принял свой обыкновенно серьёзный и степенный вид.

— На пару дней раньше нашего. Но нам повезло, мы крюк большой не делали, а им так и так придётся.

— А Эдар? — обеспокоилась Лирка.

— Ещё раньше отбыл. Но он сперва по службе послание доставить должен и только после этого до столицы собирался. Верно, нескоро будет.

— Лирка, можешь прощупать почву у хайнеса? — поинтересовался Нарий. — Насчёт вилария. Чтоб мы знали, чего ждать.

— А чего Лирка-то? — возмутился Хабдир. — Бросаете девочку в самое пекло…

— Её придворным магом отрядили при хайнесе службу нести, — поморщился вредитель. — Так сможешь?

— Смогу. Но не завтра и не послезавтра. Я на отдыхе. Ах, завтра ещё этот экзамен… — Лирка поморщилась и неохотно объяснила: — Для восстановления в школе. Только я его не сдам…

— Ещё ты давай скатывайся на дно необразованности, — рассердился Нарий.

Женщина вздрогнула и уязвлённо на него посмотрела. Вехна уже открыл рот, чтобы сказать что-то, судя по лицу, возмущённое, но Ёрих за спиной Нария яростно замахал руками, призывая молчать и не злить вредителя ещё больше. Странная забота рыжего уже пугала, и Мхян опасливо посматривал на Нария.

— Ну ты, Лирк, постарайся, — нарушил неловкое молчание виларий.

Та нехорошо на него посмотрела.

«Да ладно! Наэш поможет».

«Наэш не поможет, — холодно отозвался бывший хайрен. — Это нечестно».

«Да что вы сегодня все такие противные⁈»

Глава 49

Две сажени

«Ладно, и так сойдёт», — решил Иррес.

Но Лирка упрямо дописала абзац и заново вчиталась в написанное.

«Ты ошиблась. Переделывай», — недовольно потребовал господин Наэш.

«Опять⁈ — возмутился дух. — Где теперь-то?»

Но бывший хайрен упрямо молчал. Он и так сделал слишком многое. Ошибку Лирка пусть сама выискивает и исправляет. Та, сцепив зубы, напрягла память и вновь прочитала ответ, пытаясь понять, что не так.

Экзамен для восстановления оказался не таким сложным, как женщина успела навоображать. Бросившим учёбу и решившим её продолжить требовалось сдать три предмета, являвшихся главными для их отделения. Три практических предмета. А со службой на приграничной заставе у Лирки не было шанса позабыть артефактологию, зельеварение и науку боевых заклятий. Кое-что она всё же не помнила, из разряда очень специфических знаний, которые нигде, кроме школы, больше и не пригодятся. Что-то помнила в недостаточной мере. Но в целом провалиться ей не грозило. Увы.

Может, не исправлять?

Молчание господина Наэша ощутимо отдавало укоризной. Пришлось с тяжёлым вздохом всё же вывернуть память наизнанку и сообразить, что в формуле Роо̀ша вместо обозначения сопротивления материи стоит обозначение плотности для жидких сред. Тьфу ты! Этими обозначениями наверняка ни один маг после выпуска не пользуется. Проще своими словами обозвать, чем вспомнить закорючку-символ!

«Теперь сойдёт», — одобрил господин Наэш, но в голосе сквозило недовольство.

Лирка подозрительно оценила ответ и исправила решение в предыдущей задаче. Ошиблась-то на единицу, даже досадно от самой себя стало.

Всему виной несобранность. После бурного завершения дня она так и не смогла уснуть, продолжая обдумывать проблему с воровской казной. Решение, увы, так и не пришло в голову. И сейчас, находясь далеко от остальных членов отряда, Лирка не могла собраться и переживала, всё ли у них хорошо. Ханёна в доме главного мага рядом с Маришем она оставлять побоялась и взяла его и свободного от службы Мхяна с собой.

И теперь уже нервничала и переживала, как бы эта парочка не разнесла что-нибудь. У обоих в силу возраста мозги ещё не наросли, а сил и возможностей вредить хоть отбавляй.

Лирка бросила взгляд на преподавательский стол. Тут же столкнулась с поразительной прозрачности голубыми глазами мастера Илиша и торопливо уткнулась в собственный ответ. Перед мастером как раз сидел молодой, крепко сбитый оборотень, старательно шпаривший что-то про теорию Доа̀фф. Восстанавливались в этом году только они двое, и в коридоре словоохотливый малый без всякой просьбы выложил незаинтересованной Лирке про себя всё. Приехал он аж и самой Дреи, учился раньше на артефактологии, собирается восстанавливаться туда же и поведал о страстной надежде, что мастер Илиш больше не преподаёт. Подошедший незаметно мастер с большим удовольствием разрушил его мечты.

«Готовился парень», — с досадой и завистью протянул Иррес, часто испытывавший потребность быть первым во всём.

«Он уже допустил пару существенных ошибок, — Лирка не знала, как выглядел господин Наэш при жизни, и представила тёмный силуэт с длинными волосами, укоризненно качавший головой. — С него, как с бывшего ученика отделения артефактологии, спрос строже».

Словно услышав его, мастер Илиш поморщился и недовольно воззрился на вмиг побледневшего парня.

— И ты считаешь это дерьмо хорошим ответом? — от звука шершаво-хриплого голоса преподавателя невыносимо сильно захотелось выпрямиться и счесать с кожи стаю застывших мурашек.

Как-то Майяри высказала мысль, что все мастера-артефактчики схожи меж собой вредным характером. Лирка иного преподавателя не знала… Хотя… Если припомнить саму Майяри, страстно увлекавшуюся артефактологией, зерно истины в словах подруги узреть можно.

— Но я готовился… — обиженно протянул парень.

— Готовился паршиво сдать? — вскинул тонкие