Переступить черту - С. Дж. Сильвис

пол. Кросс откидывается назад и складывает руки на груди с понимающей улыбкой. Очевидно, ему нравится меня провоцировать, но я слишком зла, чтобы сохранять спокойствие.

— Ты совсем, блядь, с ума сошел, если думаешь, что я буду делать за тебя домашку. Я тебе не служанка.

— Станешь ей, если хочешь, чтобы твой грязный секретик остался при мне, — отрезает он.

Я мгновенно замолкаю и смотрю на него сверху вниз.

Мне бы очень хотелось заявить, что это блеф, но я знаю — он не шутит.

Кросс хватает мой стул за ножку, ставит его и указывает на сиденье:

— Садись.

Я подчиняюсь. Перехватываю его насмешливый взгляд. Он лезет в сумку и швыряет мне лист бумаги.

— Сдать нужно в четверг, — лениво бросает он. — И постарайся, чтобы там была «пятерка».

Вместо того чтобы разразиться оскорблениями, как мне того хочется, я накрываю ладонью бумагу и притягиваю ее к себе. Он встает, закидывает рюкзак на плечо и нависает надо мной.

— Умница. — Ублюдок подмигивает и хлопает меня по голове.

Я готова его укусить, но пока прихожу в себя, он уже выходит из библиотеки.

11. Кросс

— СТОП!

Тренер разнимает нас со спарринг-партнером. Я разворачиваюсь, и он идет следом за мной в дальний угол ринга. Опираюсь на канаты и пытаюсь дышать ровно, но это сложно, когда внутри кипит иррациональная ярость. Плечи напряжены. Восстановление идет не так быстро, как хотелось бы, и меня бесит, что я сам подставился под удар.

Впрочем, пара отбитых ребер — это лучше, чем сотрясение мозга, которое будет аукаться всю оставшуюся жизнь. По крайней мере, я продолжаю твердить себе именно это.

— Лопес. — Тренер трясет меня за плечо. — Слышал, как босс тебя зовет?

Я выпрямляюсь и вытаскиваю капу изо рта.

— Пропустил.

Ныряю под канаты и спрыгиваю с помоста. Бойцы, работающие на грушах или в парах по краям огромного зала, игнорируют меня. Иллюзия моей непобедимости разрушена. Репутация подмочена.

Стоит ли это двадцати тысяч долларов?

Нутро говорит «нет», но деньгам я применения так и не нашел. После того как их обнаружила Скарлетт, я купил сейф и засунул коробку из-под сигар туда, чтобы больше никто на нее не наткнулся... или, чего доброго, не украл.

— Живее, парень, — кричит Стэнли, высунувшись из своего кабинета на втором этаже.

Я ускоряюсь и взбегаю по лестнице; тело лишь слегка отзывается болью. Синяки уже зацвели зеленым и желтым, но футболка их скрывает.

Дверь в кабинет открыта. Внутри у окна, выходящего на тренировочный зал, стоят братья Уэббер. Я вечно забываю, кто из них кто — слишком уж они похожи.

— Кросс, — приветствует один. — Отличная работа на днях. Ты устроил чертовски убедительное шоу.

Я вскидываю подбородок.

— Значит ли это, что вы выставите меня в клетку против Фокса?

Второй морщится. Едва заметное движение губ и бровей, но вся моя карьера бойца — если ее можно так назвать — строится на умении читать противника.

— Еще один, — говорит первый. — Еще один бой, и тогда... да. Ты получишь шанс против Уилмера Фокса, как мы и обещали.

Я напрягаюсь. Неужели придется слить еще один бой?

— А если я откажусь?

— Ой, да брось, — Стэнли закидывает руку мне на плечи. — Ты же не собираешься отказываться, верно, Кросс?

Я прочищаю горло, подавляя дикое желание послать их нахер и уйти, хлопнув дверью. Каким-то чудом сдерживаюсь и медленно качаю головой.

Братья Уэббер одновременно расслабляются. Один делает шаг вперед и протягивает карточку.

— Напиши на этот номер завтра в восемь вечера. Получишь подробности по бою.

Я прячу карточку в карман, даже не взглянув. Стэнли убирает руку и хлопает меня по спине.

— Молодец, — шепчет он мне на ухо. — А теперь — марш тренироваться. И никаких отговорок.

— Да, сэр, — бормочу я.

По коже ползут мурашки, и я поскорее убираюсь оттуда.

Что самое худшее может случиться, если я не сдам следующий бой? Заставят вернуть двадцать штук? Легко — я не потратил ни цента. Эта мысль помогает сглотнуть ком в горле и расправить плечи. Я не так зажат в тиски, как они пытаются внушить.

На середине лестницы замечаю входящего Тайлера. Он придерживает дверь для кого-то, и у меня перехватывает дыхание.

Какого хрена здесь делает Скарлетт Уоллес?

Порыв ветра заталкивает ее внутрь и бросает волосы ей на лицо. Она убирает их обеими руками, привычным движением поправляя очки на переносице.

Заметив меня, она тут же хмурится.

Взаимно, солнышко.

Она идет через зал и встречает меня у подножия лестницы, не сводя глаз. Взгляд испуганный, пальто плотно запахнуто. Чего бы она ни ожидала, точно не этого.

За это я Тайлера просто придушу.

Мой так называемый лучший друг стоит прямо за ней и пожимает плечами, типа он понятия не имеет, как она здесь оказалась.

— Что это за место?

Я перевожу взгляд на Скарлетт, не меняя враждебного выражения лица.

— А на что похоже? Спортивный зал.

Она оглядывается.

— Здесь люди дерутся...

— Тренируются, — вставляет Тайлер.

— Исчезни, — рявкаю я ему.

Хватаю Скарлетт за руку и оттаскиваю в сторону. Краем глаза замечаю, что Стэнли и братья Уэббер наблюдают за нами из окон кабинета. Только этого не хватало — лишних свидетелей нашей связи.

— Ты что здесь забыла? — требую ответа, сильнее сжимая ее локоть. — Ты что, следишь за мной, Уоллес?

Она фыркает.

— Простите, мистер «пуп земли», я всего лишь пытаюсь выполнить свою часть сделки.

Я прищуриваюсь.

Она вырывается, открывает сумку и начинает рыться внутри, пока наконец не достает маленькую флешку. Почему у женщин в сумках всегда столько барахла? Это же буквально черные дыры. Я видел, как мать прятала в своей все что угодно, а потом спокойно закидывала ее на плечо, будто та не весит тонну.

Ладно, сейчас не об этом.

Она тычет флешкой мне в голую грудь и на секунду замирает, касаясь пальцами моей кожи.

Мне вдруг становится жарко.

Я перехватываю флешку и ее руку заодно. Ее губы приоткрываются, зрачки расширяются. Она судорожно вдыхает и резко отстраняется. Флешка остается у меня в ладони, прижатая к коже.

— Твоя часть сделки, — повторяю я.

— Домашка, — отрезает она.

Невысказанное «тупица» так и висит в воздухе.

И раздражает меня до чертиков.

— Сколько дерзости, — бормочу я. — Поубавь тон, Уоллес. Твоя привычная жизнь висит на волоске.

По ее лицу проносится вспышка гнева. Но, что интересно, она сдерживает колкость... похоже, и старую собаку можно научить новым трюкам.

Я снова беру ее за руку и разворачиваю к выходу.