Столкновение - Бал Хабра

Вернув свое внимание к Коннору, я покачала головой.

— Нет. Только я.

8 | ЭЙДЕН

Утро у меня начинается с того, что шестилетние дети врезаются в борта. Контраст между моей жизнью всего несколько недель назад и сейчас — удручающее откровение.

— Как девушка? Уже вывел ее из себя?

Голос тренера доносится из его кабинета, когда я прохожу мимо после занятий. Он сидит за своим столом, опустив очки на переносицу, и работает на компьютере. Я не знаю, то ли у моих товарищей по команде большой рот, то ли Саммер пожаловалась на меня.

Рассказала ли она ему о траурных цветах?

После плавания наступило неприятное затишье. Не по моей инициативе. Не знаю, чего она стеснялась. У всех бывают неудачные дни, и этот телефонный звонок как раз пришелся на один из них. Я бы соврал, если бы сказал, что мне не интересно, кто ей звонил.

Может быть, это тот бывший хоккеист, которого она ненавидит?

Знаю ли я его?

Если да, то я с радостью проясню ему ситуацию, чтобы он больше никогда ей не звонил.

От ее налитых кровью глаз и сопения у меня защемило в груди, и мне это не понравилось.

Совсем.

— Она не утопила меня. Я думаю, это хороший знак.

Тренер издал горловой звук.

— Пусть так и будет. Меньше всего мне нужно, чтобы Дин Хатчинс дышал мне в затылок.

Я делаю осторожный шаг в его кабинет.

— Вы не пробовали поговорить с ним о том, чтобы уменьшить количество моих часов на общественных работах?

Он наконец-то встречает мой взгляд, и морщины на его лбу становятся еще глубже.

— Конечно. Я спросил его на нашей ночевке после того, как мы хихикали над нашими любовными увлечениями.

Я расцениваю это как "нет".

Тренер отворачивается к экрану компьютера, отстраняясь от меня.

Выход с арены и дорога домой — единственное спокойствие, которое я ощущаю за всю неделю. Ветерок охлаждает мою разгоряченную кожу, а вечернее небо создает умиротворяющий фон. Но это ощущение исчезает, как только я переступаю порог дома.

Мои соседи по комнате столпились у кухонного стола. Дилан видит меня первым и прижимает палец к губам. Я замечаю на столе зеленый сгусток, внутри которого зажат телефон.

Коул пролетает мимо меня и задыхается от ужаса.

— Чертовы засранцы! — он выставляет вперед кулак, чтобы вытащить телефон из желейного квадрата, но Киан перехватывает его удар.

— Это заняло несколько часов, ты не испортишь это. Наслаждайся красотой науки.

— Да пошел ты со своей наукой, Ишида, — Коул выкапывает свой склизкий телефон, оставляя повсюду беспорядок.

Шутить с Коулом — любимое занятие всех, наверное, потому, что они с Себастьяном — единственные младшекурсники в доме.

— Приятно знать, что именно этим вы все занимаетесь в свободное время, — я беру напиток из холодильника.

— Не свободное время. Это решающие часы перед сегодняшним вечером, — говорит Киан с полным ртом желе.

— Что происходит сегодня вечером? — спрашиваю я, совершенно незаинтересованный.

— Вечеринка в тогах5? Та, что наша любимая женская организация устраивает каждый год? Боже, где ты был?

Он имеет в виду свое любимое женское общество. Они относятся к нему как к знаменитости, потому что он слишком щедр на их ежегодной автомойке. Можно сказать, что у них взаимовыгодные отношения.

— Веселитесь, ребята.

Киан смотрит на меня.

— Ты, наверное, шутишь. Это же Beta Phi. Эти девушки — как твои личные болельщицы.

— Не могу. Я встречаюсь с Саммер позже.

Он моет руки в раковине.

— Перенеси. Тебе пора перестать держать на себе груз вины за историю с Йелем. Это была и наша вина тоже.

Дело не в чувстве вины. Вся эта история лишь подчеркнула то, чего я пытался избежать как капитан: что я не умею балансировать между различными аспектами своей жизни. В детстве это были хоккей и учеба, и благодаря моим родителям это было сбалансировано. В старших классах это было горе, с которым я не справился, а теперь это моя личная жизнь. За все эти годы в моей жизни была только одна постоянная вещь — хоккей. Именно он помог мне пережить подростковый возраст и привел меня в команду первого дивизиона NCAA. Разрушить мои шансы играть было бы огромным провалом.

— Саммер не позволит мне перенести встречу из-за вечеринки.

Киан достал свой телефон.

— Я напишу ей. Все равно я ей больше нравлюсь.

— У тебя есть ее номер?

Мысли о том, что они переспали, приходят мне в голову, но я не могу даже представить себе это. Даже если это может объяснить, почему она ненавидит хоккеистов. Впрочем, если бы это было так, я бы ожидал, что это был более придурковатый парень из команды, а не наш собственный золотистый ретривер.

— С младших курсов. Мы друзья.

Конечно, друзья. Я поднимаюсь наверх, чтобы принять душ, и к тому времени, как я выхожу, он присылает мне скриншот ее ответа.

Окей. Я перенесу встречу.

Похоже, он действительно нравится ей больше, чем я.

Когда я уже наполовину спустился по ступенькам, я приостановился, увидев Киана в тоге. На нем корона из золотых листьев и брошь, скрепляющая их вместе.

— Ты же знаешь, что одеваться не обязательно?

Он проносится мимо меня по ступенькам.

— Просто даю девушкам то, что они хотят. Дилан и тебе достал, — он указывает на тогу, наброшенную на перила.

С неохотой я отправляюсь в ванную, чтобы переодеться в белое одеяние. Лучше не спорить, когда у Дилана есть свое видение костюмов. На Хэллоуин я был Белоснежкой, а они — моими гномами. Получилось на удивление удачно.

Мы приезжаем в Beta Phi в море белого цвета. Я приветствую нескольких человек, играющих в пивной понг в гостиной. Киан уходит, как только мы переступаем порог, а Дилан вливает Patrón в рот каждому прохожему, прежде чем выпить очередную бутылку. Парни из братства подбадривают его, скандируя "Двойной D!", и мне удается проскочить мимо них. Эли, как обычно, нигде нет, а младшекурсники, видимо, курят на улице, где я их не вижу.

После нескольких раундов игры в пивной понг и наблюдения за тем, как Дилан умудряется то протрезветь, то еще больше напиться, Киан натыкается на меня, задыхаясь.

— Черт, — прохрипел он. — Ты меня за это возненавидишь, но я думаю, тебе стоит спрятаться.

Когда он пытается вытолкнуть меня из кухни, я останавливаю его.

— О чем ты говоришь?

Он сглатывает, глаза бешено вращаются вокруг.

— Помнишь, я сделал для тебя доброе дело, попросив Саммер перенести встречу?

Я медленно киваю.

— Ну, я