Агроном, друид в академии - Виктория Крафт

— нападение. Начали. Я опустилась на колено и вызвала изгородь. Ростки выстрелили вверх, переплелись, образовали стену. Ларс встал за ней и выставил щит. Со стороны Изабель ударил огонь — яркий, жаркий, с искрами. Он бил в мою изгородь, и я почувствовала, как листья сохнут и скручиваются. Это был не учебный огонь. Это была атака в полную силу. — Эй! — крикнула я, но Рейн уже заметил. — Леди Изабель! — рявкнул он. — Умерьте пыл! Это тренировка, а не дуэль! — Простите, магистр, — пропела она сладким голосом, — я всего лишь проверяла прочность друидской изгороди. Говорят, друидка из Ольховки — сильный маг. Я хотела убедиться. В зале повисла тишина. Я медленно поднялась с колена и посмотрела на неё. Она улыбалась — вежливо, холодно, как змея. — И как, убедились? — спросила я спокойно. — Пока нет, — ответила она. — Может, проверим по-настоящему? — Леди Изабель, — предупреждающе начал Рейн, но я перебила: — Если магистр разрешит — я готова. Рейн посмотрел на меня, потом на неё. В зале нарастал гул. Студенты перешёптывались, предвкушая зрелище. Магистр вздохнул. — Ладно. Учебный поединок. Без серьёзных травм. Феи не участвуют.Изабель вышла в центр зала. Я встала напротив. Ларс тихо сказал: «Верба, она третьекурсница», — но я покачала головой. Я должна была это сделать. Мы сошлись. Она ударила огнём сразу — мощно, прицельно, не оставляя мне времени на защиту. Я бросилась вбок, перекатилась по полу, и моя изгородь выстрелила из земли, закрывая меня. Но Изабель уже атаковала с другой стороны. Она двигалась быстро, как пламя на ветру, и её фея, хоть и не участвовала, подбадривала хозяйку громким писком. Тогда я сделала то, чего она не ожидала. Я не стала защищаться. Я ушла в землю. Опустилась на колено, прижала ладони к каменному полу и попросила землю под плиткой помочь мне. И она отозвалась — не ростками, не изгородью. Плитка под ногами Изабель треснула, и из трещины хлынула вода. Не грязная, не мутная — чистая, родниковая, которую я нашла глубоко под фундаментом и подняла на поверхность. Изабель взвизгнула и отскочила. Вода залила пол вокруг неё, и огонь, который она готовилась выплеснуть, зашипел и погас. Она поскользнулась, взмахнула руками и села прямо в лужу. Её фея, алая, с золотыми искрами, возмущённо заверещала и бросилась на меня — но Бриония уже была тут как тут. Они сцепились в воздухе: Бриония шипела, как рассерженная кошка, а алая фея визжала и сыпала искрами. — Хватит! — рявкнул Рейн. — Феи, разойтись! Обе! Бриония и алая фея нехотя расцепились, продолжая сверлить друг друга взглядами. Изабель поднялась с пола — мокрая, злая, с тёмными разводами на дорогой мантии. — Ты... ты... — она задыхалась от ярости.— Я всего лишь проверяла, насколько хорошо твой огонь справляется с водой, — ответила я её же тоном. — Говорят, огневики сильны. Я хотела убедиться. В зале кто-то прыснул. Кора хохотала в голос, не скрываясь. Даже Ларс улыбался. Изабель побледнела, развернулась и вышла из зала, оставляя за собой мокрые следы. Её фея летела следом, что-то возмущённо пища. — Леди Верба, — медленно произнёс Рейн, — следующую тренировку проведём без подземных вод. — Хорошо, магистр, — ответила я, вытирая мокрые руки о мантию. После занятий я сидела в гостиной с Лианной и Эйлир и пыталась понять, что только что произошло. Бриония сидела на столе и мрачно чистила крылья. — Она меня чуть не подпалила! — возмущалась фея. — Ты видела? Эта алая зараза чуть не подпалила мне крыло! — Ты её тоже клюнула, — заметила я. — И что? Она первая начала! — Бриония, — сказала я, — ты не могла бы на минуту забыть про свои крылья? Я хочу понять, почему Изабель на меня взъелась. — А то ты не догадалась, — хмыкнула Эйлир, помешивая чай. — Зависть.— Зависть? К чему? Я деревенская друидка, у меня даже мантия ещё толком не обмялась. — У тебя дар сильнее, чем у неё, — сказала Лианна, не открывая глаз. Она лежала на диване, и её ноги, босые и зеленоватые, свешивались с подлокотника. — Она это чувствует. И боится. — Кроме того, — добавила Эйлир, — есть ещё одна причина. Ты её не знаешь, но она положила глаз на Элдрика. А он сегодня на истории смотрел на тебя. Долго. Я заметила. Я поперхнулась чаем. — Что? Элдрик? Смотрел на меня? Я даже не заметила! — Вот именно, — Эйлир усмехнулась. — Ты не заметила. А она заметила. И теперь ты — её враг. Я откинулась на спинку дивана и застонала. — Я не хочу быть её врагом. Я вообще ничьим врагом не хочу быть. Я просто хочу учиться. — Поздно, — резюмировала Бриония. — Ты уже побывала в учебном поединке, облила её водой и унизила перед всей группой. Теперь ты — её личный враг номер один.— Чудесно, — пробормотала я. — Ничего, — Лианна открыла глаза и улыбнулась своей тихой, лесной улыбкой. — Мы с тобой. Если что — вырастим ей живую изгородь вокруг кровати. Пусть попробует выбраться. — Я не хочу войны с ней. Я просто хочу, чтобы она отстала. — Не отстанет, — сказала Эйлир. — Но ты можешь сделать так, чтобы ей было нечего тебе предъявить. Учись хорошо. Будь лучшей. И не обращай на неё внимания. Я кивнула. Хороший совет. Я так и сделаю. А вечером, когда я уже ложилась спать, в дверь постучали. Я открыла — за порогом никого не было. Только на полу лежала записка. Я развернула её и прочитала: «Друидка, ты меня задела. Я этого не забуду. Готовься». Буквы были выведены изящным, аристократическим почерком. Я усмехнулась, скомкала записку и бросила в камин. — Бриония, — сказала я, — кажется, у нас появилась традиция. — Какая? — спросила фея с подушки. — Мне угрожают, а я не обращаю внимания. В Ольховке был охотник, здесь — аристократка. Ничего нового. — Только там ты защищала зверей, а здесь — себя, — заметила Бриония. — Одно и то же, — ответила я, задувая свечу. — Я просто хочу жить и делать своё дело. И никому не позволю мне мешать. Завтра новый день. И новые уроки.

Глава 10.

В то утро меня вызвали