Волчий цветик-Семицветик - Ксан Крылатая

— Уймись, старая, — окликнула ее хозяйка дома. — Уж давно все сделано, и дым развеялся. А вы, молодежь, не отчаивайтесь, судьба жеш как? Она воздает каждому по заслугам. И на исправление шанс даёт. Неспроста доктор-то… Тьфу ты! Не к ночи помянутый. А если кто справляется со своим испытанием, то и награду получает. Раз уж ты спустя столько лет узнала правду, то не отступай, найдешь своих. Может быть, это они ещё не заслужили воссоединения? Так что потерпи.

— Это как? — всхлипнув, спросила я.

— Это так — будете готовы к встрече, так и случится она. Ну, эт я так, о своем.

— Ведьмачьем?

— Агась, — улыбнулась Никитична. — Давайте чай пить.

Чаю мне уже не хотелось, как впрочем и всего остального. Тим задал ещё несколько вопросов, и мы засобирались. Старушка не хотела нас отпускать, но и удерживать не стала. Сказала лишь, что всегда будет нам рада, и отправилась отпаивать чаем Федоровну, для которой новости из прошлого оказались шокирующими. Не думала она, что в их тихом поселке может такое произойти. А вот оно…

6. Второе знакомство

— Ну что, куда сейчас? — озабоченно спросил Тим, как только мы вышли на дорогу.

Я и сама не знала куда, но и оставаться не было сил. Возможно, если бы бывшая медсестра ушла…

— На окраину. Где никого нет, — ответила своему спутнику, и обхватив себя руками, зашагала прочь.

Тим не стал задавать вопросов, просто догнал в два шага, взял за руку, и потянул немного в сторону. Вороны продолжали свое карканье, но я уже почти не слышала — в голове кружила не меньшая стая мыслей, оглушая, и цепляя когтями душу.

Через пятнадцать минут стуча зубами от холода, я уже раздевалась в одном из заброшенных домов. Оборот дался легко, принеся с собой тепло и моральное облегчение. В шкуре зверя, я всегда воспринимала мир немного иначе. Проще. Более легкомысленно, что ли… Волчицу больше интересовали инстинкты, и я часто позволяла ей командовать собой, изучая мир ее глазами. Хотя при малейших опасностях, она всегда замирала и ждала, прислушиваясь ко мне. Только прямо сейчас, она почувствовала мою тоску и… протяжно завыла.

“Эй-ей! Потише,” — раздалось в нашей голове, и вой оборвался так резко, что волчица чуть не прикусила язык, резко развернулась и оскалилась.

Да мы со зверем сейчас, как одно целое, ошарашенно уставились на чёрную тень, с двумя тлеющими угольками глаз.

“Это я, Тим,” — снова послышался более рычащий, чем человеческий, голос.

Я совершенно не понимала что происходит, и как? Как я его слышу, если он тоже… волк?

“Эми, тебе нужно взять главенство над зверем, и тогда ты сможешь говорить со мной.”

Главенство?

Я моргнула, и заставила волчицу замереть. Та послушно притихла, с интересом наблюдая, и ожидая своего часа — я чувствовала, как ей хочется поближе познакомиться с этой тьмой, которая так привлекает запахом соснового леса и полыни, и не даёт себя рассмотреть.

“Тим?”

“Да, Эми, это я.”

Ух ты! Вот это плюшка оборотническая!

Тревожные мысли давящие своей тяжестью и так после оборота притупились, а от понимания нового происходящего, разлетелись, как потревоженные бабочки. Что-то такое мне попадалось, то ли в книге, то ли в фильме… То, что оборотни в ипостаси зверя могут общаться. И как же это интересно…

“Ты слышишь все мои мысли?”

“Те, что ты адресуешь мне.”

Ух! Это очень хорошо. Наверное. Хотя… мне и скрывать-то нечего. И все равно круто!

Я сделала осторожный шаг. Другой. Тьма продолжала наблюдать за нами.

“Выходи. Я хочу посмотреть на тебя.”

Попросила я, и с восхищением замерла, когда огромный зверь шагнул в лучи лунного света.

Черный. Даже не черный, а... Оказалось не легко подобрать сравнение этой тьме, поглощающей свет.

“Мрак!” — вырвалось у меня.

“Мрак? Такой… страшный?” — удивлённо спросил черный зверь, слегка дёрнув ухом.

“Мрак, потому что во мраке можно легко потеряться. Мрак привлекает своим спокойствием, и в то же время пугает неизвестностью.”

Я говорила это, прислушиваясь к себе, своим ощущениям, и не забывая обходить оборотня по кругу, изучая и… любуясь. Как же он красив… Мощная грудная клетка, крупные — я поставила свою светлую лапу рядом с его черной — вдвое больше моих, сильные лапы. Такие… ми-ми-мииилые уши, что не теряют бдительности, прислушиваясь к каждому шороху. В глазах расплавленный янтарь, в котором можно с лёгкостью утонуть. Черный нос.

Тим

“Мрак, значит…”

Повторил я, принимая доводы Эми. Прислушался к зверю, который согласно уркнул, как бы говоря, что ему нравится это имя.

Ладно.

Пусть будет Мрак.

Я продолжал стоять, пока волчица рассматривала меня. Стоял, и любовался ей. Глазами зверя, я её ещё не видел, и как оказалось, много потерял. Не хрусталь в ее шерсти. Совсем нет. Однажды, я видел образцы прозрачного топаза. Нет, дорогим он не был, даже наоборот, скорее поделочным камнем по чистоте и качеству. Но я долго рассматривал его, поражаясь красоте. Его совершенно не портили вкрапления и трещинки, а наоборот. Он завораживал игрой света и радугой, заключённой в себя. Отец не взял его в ювелирку, отобрал только самые чистые и по большей части голубые камни. Он сказал тогда, что в нашем деле важна чистота. Хм… И почему я только сейчас слышу в его словах подтекст? “Чистота камня — чистота крови.”

Ну что же, альфа, придется тебя снова разочаровать, — мысленно обратился я к отцу.

Перехватил топазовый взгляд, в котором искрилось любопытство. Заворожённый, медленно потянулся навстречу. Захотелось дотронуться носом, уткнуться в шерсть, вдохнуть ее запах... Семицветик подалась навстречу. Но в последний момент увернулась, и куснула меня за ухо. От неожиданности, я опешил. Защитный инстинкт не сработал. Да что там! Рядом с ней, он, вообще, походу, отказал. А пока я опомнился, волчица сиганула в щель от вырванной от оконного проема доски, и побежала со всех лап, накрывая меня волнами восторга.

Ах так!

Я рванул за ней, с удовольствием понимая, что девочка быстрая. Мне даже особо поддаваться не нужно, чтобы ее не догнать.

— Какой кусачий Семицветик мне попался, — подумал я так громко, что меня услышали и прибавили скорости. — Постой! Я желание ещё не загадал.

“А чтобы загадать, сперва надо поймать!”

Поймать, значит… Услышал.

Эта гонка доставляла такое удовольствие, что мне захотелось поделиться им хоть с кем-нибудь. Только здесь мы с Эми вдвоем, и… Мой зверь. А почему бы и не попробовать? Отца здесь