Избежать судьбы второстепенной героини - Канна Шорен

— Да, мадам, — улыбнулась я ей. — Я искренне надеюсь, что Ваши чудесные руки создадут восхитительные платья для моей свадьбы и для моей коронации.

Мне начало казаться, что мадам Клариссу сейчас хватит какой-нибудь инфаркт или что-то подобное. Она буквально перестала дышать, зайдясь в восхищении. Её лицо осветилось изнутри, руки начали мелко трястись, на губах расплылась благословенная улыбка, а по цекам потекли слёзы чистой радости. Она вытянула не просто счастливый билет, а золотой! Теперь, если она сделает всё верно, имя Клариссы Фэрчайлд станет эталоном качества и мастерства.

— Ах! — встрепенулась женщина. — Леди, это большая честь для меня! Я буду шить для будущей императрицы! Я… Я закрою приём всех заказов! Всех! Абсолютно! Пока моё платье не будет сидеть на Вас как влитое! Ни одна живая душа не узнает о деталях раньше времени!

Я переглянулась с Кариной и Августиной. Те одобрительно кивнули. Мадам уже наша, значит дело за малым. Это сроки и огромные объёмы работ. И это могло стать проблемой.

— Мадам, Вы должны понимать, что сроки у нас очень сжатые, — начала королева-мать, стуча по подлокотнику пальцами. — Свадьба уже восьмого сентября, подготовка уже началась.

— Так скоро?.. — шокировано пролепетала Кларисса. — Что ж… — она нахмурилась, явно раздумывая, успеет ли всё сделать. — Думаю, мы не просто успеем, а сделаем всё в точности в срок. Вы не будете против, если мы… мы используем магию? В моём подчинении находятся шесть швей-магов. И пять кружевниц. Это будет быстрее, но будет в три раза дороже.

— Не беспокойтесь о цене, мадам, — ответила ей Августина. — Платья оплачиваю я из своих личных средств.

— Очень щедро с Вашей стороны, Ваше Величество! — воскликнула мадам, лучезарно улыбаясь. — Какое платье вы хотите на свадьбу, леди? — обратилась она ко мне, забирая у одной из помощниц свой планшет.

— Узкий лиф и плавное расширение юбки к низу от талии, мягкие линии, — я смотрела, как кутюрье принялась намечать будущий силуэт платья на бумаге, пока было всё верно. — Я не могу решить, какой вырез будет предпочтительнее для моей… груди: прямой или всё же вот такой? — показала на своей груди форму выреза сердцем. — Его нужно будет скрывать кружевом, поэтому я и не могу решить.

— Вы хотите лёгкое платье… — Кларисса сосредоточила свой взгляд на моём вырезе. — Тогда лучше прямой. В нём Ваша грудь будет смотреться изящнее.

Она сделала несколько штрихов на эскизе, показывая, как это может быть. Мне пока нравилось. Я краем глаза увидела, как Августина кивнула, одобряя её выбор. Карина на всё это улыбнулась и тоже кивнула.

— Цвет какой предпочтёте? Айвори, слоновая кость? — спрашивала мадам. — Какие кружева? Драгоценные камни, жемчуг, вышивка? Шлейф длинный, но насколько?

— Белый как свежий снег в солнечный день, — ответила я с улыбкой. — Никаких драгоценных камней. Только вышивка серебром, жемчуг и кружева. Дизайн, расположение и узоры на ваше усмотрение. Длина шлейфа тоже. Но… Я хочу, чтобы перекидная фата была длиннее. Значительно длиннее.

— Насколько?

— В два раза примерно. Её будут нести мои сёстры. Также будет фамильная тиара Хайфилдов. И по краям фаты тончайшее кружево, которое… — тут я вздохнула, чувствуя накатившую тёплую грусть, ведь это почти последнее, что родные могут для меня сделать. — Которое умеет плести моя матушка.

— Это… Ах! Леди! Это будет так восхитительно! — Кларисса буквально светилась от восторга, явно представляя, какой шедевр она сможет создать. — Я запрошу визит к Вашей матушке, чтобы обсудить это. Ещё какие-то пожелания есть?

— О… Жемчужные пуговицы по спине, как Вы сделали в этом платье. До самого низа спины.

Мадам подскочила и с восторгом защебетала что-то про моё чувство прекрасного, про самый благословенный день в её жизни и даже взмолилась богине Лиос, при этом она не выпускала из рук планшет и постоянно что-то в нём рисовала. Карина сдавленно тихо засмеялась, при этом я заметила на её лице искренние слёзы, а Августина с мягкой улыбкой положила свою ладонь на мои и слегка сжала их.

— Девочка моя, — сказала она тихо с поистине материнской теплотой, а в её глазах застыли непрошенные слёзы. — Ты всё верно делаешь. Твоё платье войдёт в историю.

— Как и вся эта свадьба, — кивнула я на её слова, чувствуя, как хочу заплакать, но сдержалась.

— Шлейф… фата… кружево… жемчуг… — бормотала мадам Кларисса себе под нос. — Я уже вижу это! Ах! Это будет моё величайшее творение!

— Не сомневаемся, мадам, — произнесла Августина, кивая. — Теперь давайте обсудим коронационное.

— Конечно-конечно! — кутюрье села обратно, взяла другой лист для того, чтобы рисовать уже другое платье, и заговорила строгим тоном: — Оно должно говорить само за себя. Это Ваш триумф как императрицы. Оно должно быть величественным, говорящим о богатстве империи и внушающим трепет.

— Мадам, силуэт тот же, можно добавить объёма в юбке, недлинный шлейф. Но никаких драгоценных камней, жемчуга и кружев. Лишь парча и вышивка серебром, — сказала я, уже понимая, что мне нужно.

— Парча? — удивлённо посмотрела на меня мадам. — Какого цвета?

— Королевский синий. Платье должно быть тяжёлым. Буквально. Чтобы я почти не могла в нём ходить. Оно должно говорить о величии, да, но и о тяжести короны, которая ляжет на мою голову.

Мадам застыла, замерев с карандашом, занесённым над бумагой. И подняла на меня полный понимания и восхищения взгляд.

— Великолепно. Абсолютное великолепие… Лёгкое и невинное свадебное и тяжёлое и сильное коронационное. Леди, у Вас восхитительный вкус! Для меня величайшая честь одевать Вас!

Она склонилась над бумагой, принявшись делать наброски. Бормотала что-то о драпировке, вышивке серебряной нитью и изящных рукавах. Я увидела нарисованный силуэт, пометки непонятным для меня подчерком и зарисовки вышивки.

— А теперь, — мадам Кларисса отложила эскизы и хлопнула с улыбкой в ладоши. — Нужно снять с Вас мерки, леди!

Я послушно встала на подиум и позволила ловким рукам её помощниц раздеть меня до сорочки. Кларисса быстро и точно принялась измерять