Печать безумных. Безымянные - Екатерина Ивановна Гичко

— Хватит препираться, — бросил он ученику и хайнесу. — Вообще-то я первый обратил внимание на девушку, так что право первого ухаживания за мной.

— Мастер!

— Илиш!

Лирка, вздрогнув, посмотрела на него, и артефактчик ей подмигнул. Напряжённые плечи девушки ощутимо расслабились.

— Ещё одиннадцать лет назад, когда ты… вы, — он посмотрел на хайнеса, — её и не знали, наверное. А ты, — взгляд достался ученику, — исходил зелёными соплями.

— Хотя бы оделся сперва, перед тем как ухаживания предлагать, — фыркнул Риш, не принимая заявление мастера всерьёз. — Или ты всех на свидания зовёшь в чём мать родила?

— Зато моя будущая жена будет уверена, что берёт не кота в мешке, а настоящего мужчину, у которого есть всё, — нахально заявил Илиш, на что директор страдальчески застонал. Взгляд химеры метнулся к группе девушек-хаги, и он приметил одну, которая, раздвинув платок, смотрела на него левым глазом. Мастер тут же осклабился: — Ах, бесстыжая!

Та охнула от ужаса и, туго стянув покров, осела на землю, словно хотела утечь сквозь неё. Раздался всхлип, и мастер Лозен посмотрел на артефактчика с усталым укором. Теперь ему придётся убеждать юную дурёху, что это не она стыд потеряла, а мастер вредная химера неудачно пошутил.

— Вот перед своей будущей женой и щеголяй!

До Лирки с запозданием дошло понимание, что между хайнесом и мастером Илишем, видимо, лежит давнее знакомство.

— Ты, — Риш ткнул пальцем в Лирку, — экзамены сдала?

Та только кивнула.

— Тогда идёшь со мной!

— У меня выходной. Два выходных! — встрепенулась та.

— Идёшь со мной, — на неё уставились злые жёлтые глаза.

Орлид мялся. Было видно, что он хочет заступиться, но всё же терпение хайнеса небезгранично. Парень опасался, что заступничеством навредит не только себе, но и Лирке.

Магичка посмотрела в сторону общежития лекарей и поджала губы.

— Простите, господин. Если нужно, я готова выйти на службу завтра. Но сегодня у меня дела.

— Боги, да я с тобой только поговорю, пугливая ты птаха! — вспылил Риш.

«Птаха» напугала Лирку ещё больше, и она просто застыла на месте, глядя на хайнеса нечитаемым взглядом. Тот выругался и пошёл к ней сам, проламываясь через кусты. У Лирки внутри всё льдом покрывалось от его приближения, обламывалось глыбами и ухало в живот. Предательский холод расползся по коленям, когда Сильнейший решительно отпихнул Орлида в сторону и уже протянул к ней руку… но вдруг охнул и отшатнулся. Вздрогнувшая Лирка почувствовала, как её талию стискивают чьи-то руки, и, опустив взгляд, увидела снежно-белую макушку сына.

— Две сажени! — сердито прошипел мальчик, прожигая отпихнутого им хайнеса злым взглядом. Его руки сильнее сжались, и он ревниво зашипел: — Нельзя вам к моей маме подходить! Это моя мама!

Риш изумлённо на него уставился. Затем осмотрелся, увидел мнущегося неподалёку Мхяна, который явно не знал, как реагировать на смелость мелкого.

— Вот ревнивая поганка, — невольно вырвалось у Риша. Плохого настроения как не бывало, улыбка неудержимо начала расползаться по лицу. — Мне сказать-то пару слов надо.

— Мне говори, — мальчик неуступчиво прищурился. — Я главный мужчина в семье!

— А если я хочу что-то тайное сказать? — Узээришу доставляло особое удовольствие злить мелкого медвежонка. Тот так потешно защищал маму, ревновал её, что напоминал Ришу его самого, когда тот маленьким был.

— Всё равно мне говори! — злые чёрные глазёнки засверкали любопытством.

— Мне что, даже на полшажочка нельзя подойти? — продолжал веселиться Риш.

— Даже на волос. Все мужчины… все взрослые мужчины… — Ханён осёкся, припоминая, что там дядя Ёрих говорил, и продолжил: — .. собаки! Так и норовите чужих жён укусить.

— Ханён! — охнула Лирка.

— Да ладно, я с детьми не воюю, — успокоил её Риш и уже Ханёну: — Так у мамы твоей нет мужа.

— Но будет! — уверенно заявил мальчик. — Она будущая жена.

— А я, может быть, претендую!

— Нет! — маленький защитник оскалился и зарычал как взрослый. — Нет, тебе не отдам!

И страх окончательно отпустил Лирку, сменившись умилением. Она склонила голову, принюхиваясь к волосам сына и пряча улыбку. Руки сами обняли мальчика, прижимая его теснее к телу, закрывая маленького защитника от опасностей и бед.

— И тебе тоже нет! — окрысился Ханён и на Орлида, ощутив поддержку матери.

— А я? — возжелал узнать мнение о себе мастер Илиш. — Детям я нравлюсь.

Мальчик уставился на него горящими глазами. Видимо, он порывался яростно отвергнуть и его, но не мог, потому что восхищение от увиденной ранее химеры всё ещё теснило грудь и в сердечке пух искренний восторг.

— Эй, ты ещё раз подумай, — посоветовал оскорблённый Риш, когда молчание маминого защитника затянулось. — Я-то хайнес!

Нахалёнок бросил на него исподлобья злющий взгляд, ранив этим трепетного сова. Тот тут же отыгрался на разумной половине, которая даже птенца обаять не может.

— Как зовут самого смелого оборотня? — мастер Илиш присел перед мальчиком.

Повязанный на бёдра кафтан разошёлся, открывая жилистую левую ногу едва ли не до паха. Лирка старалась туда не смотреть.

— Ханён, — не очень охотно, но уже не столь яростно ответил мальчик.

— А меня Илиш, — мастер протянул руку для рукопожатия и с улыбкой посмотрел в чёрные глаза. Мальчик поспешил перехватить его руку и от души сжать. Мужчина добродушно рассмеялся, а затем резко подался вперёд, поражённо всматриваясь в глаза ребёнка. — О, да мы с тобой почти тёзки!

Лирке на голову словно глыба льда упала. Она судорожно вцепилась в плечи сына, едва сдерживаясь от того, чтобы не закрыть Ханёну глаза ладонями. Уже поздно! Движением она только привлечёт чужое внимание. Но внимательный мастер Илиш отметил её дикий взгляд и побелевшие пальцы. Криво усмехнувшись, он тряхнул детскую ладонь и протянул, обращаясь будто бы к Ханёну:

— Можешь не переживать насчёт меня. Я в чужую жизнь не лезу.

Глава 51

Неучтенная кровь

— Хочешь ко мне в гости? — спросил мастер Илиш Ханёна.

Тот на миг замешкался. Побывать у такого интересного оборотня ему страсть как хотелось. Но мальчик переживал, что это ловушка и мастер-химера заманивает маму. Хоть он и говорил, что маме нужен муж, выступал на стороне дедушки Наэша, но, когда доходило дело до реальных ухажёров, ему становилось очень тревожно. Сейчас мама была почти вся его, а если у неё помимо него появится ещё один мужчина, нуждающийся в любви и заботе, хватит ли маму на обоих?

— Возьмёшь своего друга, — мастер бровями указал в сторону непривычно тихого Мхяна.

Это преломило ситуацию в пользу артефактчика. Ханён самонадеянно решил, что уж вдвоём с Мхяном они справятся с мастером и маму отобьют. Ну или пока один будет держать оборону, второй сбегает за