Дитя крови - Дарья Котова

права — Ленару повезло, что Ликрас переживал из-за вымирания вампиров, а будь их, как раньше, три сотни, даже брат правителя бы не спасся. Есть вещи, которые никто из вампиров не смог бы понять. Даже молодое поколение помнило заветы родителей, как они жили до Великого Нашествия. Никому из них и в голову не приходило последовать примеру Ленара и Анабель — хоть в этом старшим повезло. Наверное, именно возраст и незнание так повлияли на пару юных вампиров — они потеряли эту связь поколений, не смогли усвоить правильные для своей расы взгляды… А теперь было поздно.

Ликрас злился, но терпел. Что делать с братом, он так и не решил. Но что хуже, он не знал, как быть с наследником. Ленар не подходил теперь еще больше, чем Мелитэя. К тому же с каждым столетием все острее вставал вопрос рождения детей. Вампиров словно прокляли, ни у одной из пяти пар так и не появился ребенок. Ликрас не раз спрашивал у Тьмы совета, просил о помощи, но их могущественная госпожа молчала. То ли это был рок, то ли стечение обстоятельств, но вампиры действительно оказались на грани вымирания. За прошедшие два тысячелетия ни один ребенок не родился в Твердыне, зато два глупых мальчишки погибли. Теперь вампиров было всего шестнадцать: вдовец Ликрас, пять супружеских пар и семь свободных мужчин. Даже бессмертные дети Тьмы не могли жить вечно, когда-нибудь они погибнут, один за другим. Войны, демоны, Орден Света, который внезапно вспомнил о своем предназначении и стал убивать темных — все они могли погубить расу вампиров. Всего шестнадцать…

Так стоило ли вовсе выбирать наследника, если шансы вампиров, как расы, выжить почти не существовали?

Стоило

Ликрас вздрогнул и осознал, что он не должен отступать. Будущее неизвестно, а предать свою госпожу, Тьму, вампиры не могут. Они буду продолжать жить и хранить ее величайшие тайны.

* * *

Его клыки легко скользили по ее бледной коже, заставляя женщину дрожать от предвкушения. Они любили постельные игры ничуть не меньше охоты на людей. Это возбуждало также сильно, дарило ни с чем не сравнимое удовольствие. Сегодня их вел Марк, а значит, Мелитэе придется потерпеть, чтобы получить то, что она так страстно желала. Любимый супруг был куда сдержаннее нее и не отказывал себе в удовольствии поддразнить нетерпеливую супругу.

— Ты опять нарушаешь правила, — заметил Марк, перехватывая руки Мелитэе и прижимая ее запястья к постели. В прямой схватке он был сильнее нее, зато она — коварнее. Однако сегодня она собиралась подыграть ему.

— Я лишь стимулирую тебя, — прошептала она и тихо рассмеялась, заставляя его глаза разгореться пламенем желания. Ее изящная ножка в ажурном чулке скользнула по его бедру. Он перехватил ее, и тут же она, пользуясь тем, что он отвлекся, вырвалась из захвата. Он настиг ее у самого края постели, всем телом прижимая к себе. Она принялась извиваться, сводя его с ума своими движениями. Он тихо зашипел на нее, касаясь легкими поцелуями шеи. Она любила ласку, жаждала ее всегда. Вот и сейчас Мелитэя отвлеклась от своих провокаций, замирая под чувственными губами и руками мужа.

— Марк… — простонала она, и он тихо застонал, не в силах терпеть желание, которое они делили на двоих.

* * *

— Он мне не доверяет! Относится ко мне как к мальчишке! — разорялся Ленар, маршируя по комнате и взмахивая руками.

Анабель сидела на милом маленьком диванчике и листала скучную книгу о любви, периодически вставляя фразы в монолог мужа.

— Это Мелитэя его настраивает, я-то знаю, — проронила вампирша, и глаза ее загорелись злобой, при упоминании соперницы.

Ленар резко остановился и поджал губы, едва не всадив в них клыки.

— Не думаю, что Ликрас послушал бы Мелитэю, его не так просто настроить… Нет, я верю, что он не думает то, что говорит. Он всегда относился ко мне с отеческой заботой, после смерти Левериса я заменил ему сына. Кто у него еще есть, кроме меня?

— И все же он преступно невнимателен к тебе, — с обидой за любимого заметила Анабель.

Ленар вздохнул, думая о брате не самым лучшим образом. Иногда Ликрас перебарщивал со своими стариковскими причудами. В этом смысле все старшее поколение "удивляло" — стоило только послушать, что говорили Марк с Мелитэей! А как к ним относились! Ну, ладно, сестра, а Марк? Его же все боготворили, заглядывали ему в рот, слушали с придыханием. Как же! Великая ищейка! Ладно еще Валери и Дейр с Диамом, они тоже ищейки, но остальные? Да и почему столько восторгов по поводу охотников? Это ведь просто призвание, да еще какое! Ленар бы постеснялся гордиться тем, что ему нравится загонять людей, как дичь! Великие убийцы! И перед ними преклоняются, их слушают, их благодарят!

Ленар любил Мелитэю, она была неплохой сестрой, но он никогда не мог понять, чем она постоянно гордится. Сражаться с демонами отправилась вся Твердыня, а то, что Марк с Мелитэей вернулись, доказывает не их мастерство, а только умение выживать. К тому же мир спасли не они, а Боги! Так чем тут гордиться? Тем, что выжили? Или тем, что сражались за мир? Так Ленар бы и сам отправился, а не отсиживался в Твердыне, как Ликрас, прикрываясь поручением отца. Но молодого вампира попросту не пустили. Еще ребенок! Какое глупое утверждение! Ленар до сих пор не мог от него избавиться, брат упорно видел в нем несмышленое дитя. Ликрас даже к Анабель относился серьезнее, чем к нему. Как же это бесило!

* * *

Горгульи были вечными слугами, воинами и спутникам вампиров. Испокон веков они жили рядом со своими повелителями, не желая иной судьбы. Огромные, покрытые жесткой шерстью создания с перепончатыми крыльями, они были лучшими из возможных воинов и защитников. Жили горгульи очень долго, пусть и не были бессмертными, как вампиры. Сейчас в Твердыне осталось очень мало тех, кто помнил времена до Великого Нашествия, но, в отличие от вампиров, горгульям удалось сохранить преемственность поколений, они верно служили своим повелителям — как два тысячелетия назад, так и сейчас.

Дарру был одной из старейших горгулий, его отец охранял Твердыню во время Великого Нашествия и многое рассказал своему сыну. Теперь сам Дарру наставлял молодняк, чтобы господину Марку не стыдно было брать их на тренировки с юными вампирами.

— Шевели своей мохнатой задницей, Агру! — рявкнул он и, тут же обернувшись, накинулся на парочку бездельников: — Сарш, Огну, хватит болтать, сейчас пятьдесят кругов над Твердыней отправлю летать, будете знать, как