Дитя крови - Дарья Котова

— Я тоже рад тебя видеть, — коротко улыбнулся Шелиас, присаживаясь напротив. Удивительно, но несмотря на созданный Кэристой образ непокорной чернокнижницы, в быту она явно была таким же педантом, как и сам Верховный паладин — все вещи лежали четко на своих местах, а сама женщина отмечала ошибки в работах студентов с такой же скоростью и точностью, как ставил резолюцию на документах Шелиас.

— Я так понимаю, сам ты не уйдешь, — произнесла она, когда стопка пергаментов с опусами студентов закончилось, а Шелиас так и не сдвинулся с места.

— Ты очень умна.

— Сомнительный комплимент.

— Я считаю иначе, но твое мнение — лишь твое.

— Как там твоя подружка из Управления? — резко сменила тему Кэриста и криво ухмыльнулась, заметив удивление в глазах Шелиаса. — Не думал же ты, что о тебе не сплетничает каждая собака?

— Этот вопрос меня никогда не интересовал. В отличие от другого. Что произошло сегодня ночью? — сразу взял тролля за клыки Шелиас.

Кэриста откинулась в своем черном кресле, больше напоминая королеву, чем скромного профессора.

— Что-то, — ответила она лениво.

— Не хочешь говорить?

— Какой ты догадливый!

— Ты не хочешь говорить, потому что это касается лично тебя, потому что это может повредить другим темным или потому что тебе весело мне отказывать?

Кэриста промолчала, но он чувствовал, что она готова ответить… частично.

— Допустим, — произнесла она, буквально придавливая его своим голосом, — что когда-то кто-то не помог тебе в сложной ситуации. Потом этот кто-то получил подарок Судьбы. Что бы ты сделал, Шелиас?

Он серьезно задумался, понимая, что Кэриста не ждет банального ответа.

— Ничего. Месть не приносит счастья, тем более если этот кто-то вдруг получил подарок Судьбы, значит, до этого у него все шло плохо?

— Ты подмечаешь истину, которая кроется в деталях, — заметила Кэриста. — Тебе пора, лорд де Лантар. Ищи своих врагов, друзья придут к тебе сами.

Понимая, что большего он не добьется, Шелиас попрощался и вышел. Не так уж мало он узнал. Первое — кто-то из темных рас получил благословление Тьмы. Второе — это точно были не люди, к которым причисляла себя Кэриста. Но вот кого конкретно имела в виду чернокнижница? Ликанов? Свалгов? Немногочисленных вендиго? Таинственных вампиров, о существовании которых Шелиас знал только потому, что ему было положено о них знать? Вопросы, одни вопросы. Но все же были и ответы. К примеру, теперь Шелиас знал, что в скором времени темные покажут себя. Если Тьма даровала им силу, они не станут жить спокойно. А значит, надо было усилить патрули Ордена в людских землях.

* * *

Владыка вампиров редко покидал свои покои. Лишь иногда, когда он чувствовал необходимость прогуляться по Твердыне, он поднимался из кресла и отправлялся в путь. По этому поводу очень любила шутить Мелитэя, но чувствуя в словах сестры не только насмешку, но и сочувствие, он всегда прощал ей неуважение к собственному повелителю. Несмотря на разность характеров, Ликрас и Мелитэя всегда ладили. Брат с пониманием относился к ее вспыльчивости и резкости, а сестра старалась сдерживаться и не ранить его чувств. Даже в молодости они вполне успешно сосуществовали в Твердыне и могли пройти по коридору, не подравшись. Другое дело — Ленар…

— Ты мог бы позвать и меня! Почему опять Мелитэя? Она несдержана! Она опять нахамила Анабель, пыталась избить ее! Разве так стоит вести себя сестре Владыки?

Ликрас давно перестал волноваться, лишь иногда испытывая каплю прежних чувств — боль потери и долг убили в нем все живое. Но Ленар своими претензиями смог бы пробудить даже мертвеца.

— Я прошу тебя не вопить, подобно Мелитэе. Она все же женщина, ей простительна эта слабость, — холодно произнес Ликрас, разглядывая гравюры в новой книге, которую ему привезли из Рестании, и пригубил кубок с кровью. Властью вампира она не сворачивалась, позволяя ему наслаждаться этим прекрасным напитком.

Ленар молча проглотил упрек брата и продолжил более спокойно:

— Я всего лишь хотел получить объяснения.

Беда Ленара, как и Мелитэи, заключалась в том, что им не стоило иногда открывать рот. Младший брат очень походил на сестру — та же кукольная внешность, те же большие глаза и детская кокетливость во взгляде. Только вместо каштановых вечно растрепанных волос — светлые, как и у Ликраса. Кстати, на этом сходства братьев заканчивалось. Владыка вампиров был ищейкой, хищность проглядывалась в его облике, в каждой черточке. Прямые светлые волосы падали на плечи, длинные сильные пальцы перелистывали страницы книги — они с легкостью могли оборвать чью-то жизнь. Несмотря на некоторую неспешность, приобретенную Ликрасом в результате его высокого положения, а также многочисленных потерь, он не утратил своей грозной внешности. Если Марк пугал, то Ликрас приводил в ужас. Не зря они когда-то были лучшими ищейками Твердыни, пока не родилась Мелитэя — тогда их стало трое.

Ленар же никогда не умел производить правильное впечатление, но, в отличие от Мелитэе, под его кукольной внешностью не таилось никакой опасности. Наверное, именно поэтому он выходил из себя еще чаще, чем его сестра — в Твердыне мало кто считался с Ленаром. Он был лишь одним из вампиров, тогда как он сам был о себе очень высокого мнения.

— Ты требуешь объяснений? От меня? — вкрадчиво поинтересовался Ликрас, и Ленар тут же стушевался. Так ему. Владыке иногда приходилось щелкать по носу "особо умного" младшего брата. Признаться, Ленар стал его разочарованием. Конечно, Ликрас любил его, у вампиров не принято было отрекаться от семьи, но сути их отношений это не меняло. Став Владыкой Ликрас много времени и сил потратил на то, чтобы помочь выжить своему и без того уменьшившемуся народу. Это послужило хорошим оправданием для постоянного откладывания решения очень важного вопроса, к которому Ликрас не хотел возвращаться. Слишком сильна была боль потери, еще жили в сердце Владыки его любимая жена и сын, не мог он так просто заменить их. Но нужно было. Настала пора выбирать наследника. Никто не вечен, даже вампиры и их Владыка. Ликрасу давно пора было назвать своего наследника, который возглавит их народ после его смерти. Раньше, до Великого Нашествия, этот вопрос не возник бы. Леверис, любимый и единственный сын Ликраса, занял бы место отца. Но сейчас…

— Я не хотел оскорбить тебя, брат, — произнес Ленар, поклонившись, и после разрешения опустился в кресло. — Но поведение Мелитэи…

— Вполне оправдано, Ленар, — вроде бы равнодушно, но с намеком заметил Ликрас, наблюдая за бликами в рубине,