После развода. Медовый босс для пышки - Светлана Синицына

Я оставил это в прошлом. Не хотел тащить за собой в будущее. Вообще не брал её во внимание, поэтому не проверил соц.сети Шмелёва.

– А если бы проверил и узнал Наташу, сказал бы мне? – тихо спрашивает Лея.

– Конечно, – киваю. – Потому что Рогова способна на разные пакости. Она изменяла мужу, тот об этом узнал. Она пряталась то тут, то там, потому что такие, как её бывший супруг не любят, когда их обманывают. Так что Наталья – та ещё стрекоза.

– Лето красное пропела, – усмехается Лея.

– Прости, – повторяю. – После того, как я поймал Наталью на вранье, и понял, что она из себя представляет, я перестал верить женщинам. Всем, кто мне попадался, нужен был только мой кошелёк. Они мгновенно начинали передо мной заискивать, расставлять сети, плести интриги. А мне нафиг это всё не надо. Я хотел заниматься бизнесом. Спокойно. Создать семью. Настоящую, крепкую, в которой муж и жена смотрят в одном направлении. Хотел стать отцом. А потом встретил тебя…

– Я облила тебя мёдом, – напоминает. – И вообще, едва к чёрту не послала!

– А я влюбился в тебя с первого взгляда, – говорю просто. – Лея, ты самый необычный человек, которого я когда-либо встречал. Я люблю тебя!

Подхожу к ней, опускаюсь рядом на колени, обхватываю её натруженные умелые пальцы, цел ую подушечку каждого.

– Люблю, – произношу тихо. – Люблю.

Лея мгновение смотрит на меня, а затем протягивает руку и проводит ладонью по моим волосам.

– Рома, – выдыхает. – Я люблю тебя.

Целую её в губы, припадаю к родинке.

– Красивая моя, – голос осип. – Любимая моя...

Я хочу, чтобы Лея стала моей женой.

И, чёрт возьми, во мне ещё жив романтик, который хочет, чтобы всё было волшебно!

Потому что я хочу жениться раз и навсегда.

Только на Лее.

Эту ночь я не выпускаю её из объятий.

Я люблю её.

Я хочу её.

Видеть.

Радовать.

Каждый день. Все дни.

Которые летят со скоростью света. Когда мы с Леей полюбили друг друга, казалось, что до открытия целый месяц, и вот уже приехали важные гости.

Я обивал пороги, заводил знакомства, использовал все связи. Грезил идеей открыть свой ресторан.

Хотел порадовать родителей.

И вот – открытие.

Я торжественно перерезаю ленточку под вспышки фотокамер, и двери ресторана распахиваются.

Нас встречает Лея.

Румяная, красивая, в жемчужном кокошнике и с блюдом, на котором возвышается пышная стопка блинов.

Мои мама и папа стоят рядом с губернатором и представителями администрации в первом ряду.

Беру микрофон, на миг сжимаю бархатную коробочку в кармане.

– Я хочу поблагодарить всех, кто вложил частичку себя в открытие «У Медведя», – произношу, глядя на гостей, которые уже уселись за столики и сделали заказы. – Моих родителей, которые дали мне жизнь, вырастили меня и поддерживали. А ещё, – пауза, – Пелагею Шмелёву. Моего шеф-повара. Мою любимую женщину.

Все охают.

У моей мамы, как и у многих, глаза на мокром месте.

– Я люблю тебя, Лея, – произношу, глядя на любимую. – Я хочу, чтобы ты стала моей женой.

С этими словами я подхожу к ней и достаю коробочку.

Внутри – золотое кольцо с россыпью жёлтых бриллиантов.

Словно крошечное солнышко скользит на палец Леи.

Она смотрит на кольцо, поднимает на меня взгляд и произносит:

– Это всё потому, что я облила тебя мёдом. И… да, Роман Юрьевич, я согласна. Да!

Лея краснеет, смущается.

А я просто привлекаю её к себе и целую под гром аплодисментов и чьи-то весёлые возгласы:

– Горько!

Глава 15

Пелагея

Год спустя…

Две полоски.

Две яркие малиновые полоски на тоненькой белой пластинке.

Выдыхаю.

Кладу тест на раковину.

Беременна.

Я беременна.

Чувствовала это ещё неделю назад, но боялась открыться самой себе.

У нас с Ромой будет ребёнок.

Сегодня у нас выходной. Мы работаем в бешеном ритме, но устраиваем себе выходные. Шутка ли: открытие ещё двух ресторанов «У Медведя» – в Новокузнецке и Мариинске – на носу.

Мне нравится работать шефом в нашем с Ромой ресторане. Потому что любимый подарил его мне.

Боже, у меня свой ресторан!

И никто не скажет, что я бью баклуши. Каждый день я стараюсь отточить работу, порадовать гостей, привнести что-то новое.

Мою работу ценят, меня уважают.

И Рома говорит, что «У Медведя» произвёл фурор только благодаря мне.

К слову, теперь ресторан называется «У Медведей».

Потому что нас двое.

А скоро станет трое.

До этого мгновения работа была моей жизнью. А теперь всё моё существо сосредоточено на двух полосках.

Мне тридцать два года, и я беременна от своего любимого мужа.

Мы поженились через два месяца после того, как Рома сделал мне предложение во время открытия ресторана. Нам помогли с записью на торжественную регистрацию.

И вот я сказала «Да!», стоя в кремовых кружевах в мраморном зале ЗАГСа.

Я подружилась с Роминой мамой. Она приняла меня, как родную дочь. И я от всего сердца зову её так – мама.

Моя мама тоже пришла на свадьбу. После того разговора я чётко очертила границы, за которые ей нельзя заступать. И она приняла моё право быть самой собой. Мы с ней не стали подружками, но напряжение ушло, чему я очень рада.

– А Миша-то, – сказала мама, – дурачок. Тащит эту захребетницу-Наташку. Вот уж точно: лох не мамонт и не вымрет.

Да, Миша, оказывается, способен на искренние чувства. Или просто боится остаться один.

Квартиру в «Альфе» он так и не дождётся, но продолжает судиться. После того, как он выплатил мне компенсацию за мою половину совместно нажитого имущества, у него ничего не осталось.

Дом он сдаёт, сам живёт вместе с Наташей в съёмной «гостинке» за десять тысяч рублей в месяц и администрирует привокзальное кафе.

Его «слава» предателя и крохобора идёт впереди него, так что никакие приличные заведения не хотят иметь с ним дело. Бывший муж попал в ту яму, которую вырыл для меня.

Ни Миша, ни Наташа ко мне не приближаются. Наташа, правда,