Сердце пустоты - Алиса Джукич

ее ждало разочарование. Зациклившись на Альме, а точнее на ее прекрасных зеленых глазах, в которых, как в зеркале, отражалась наша общая надежда на что-то большее, я не смог сосредоточиться на другой. Поэтому без лишних объяснений дал понять девушке, что сегодня настроен только на отдых, которому, как выяснилось, состояться было не суждено.

Мои любовницы всегда безоговорочно потакали всем прихотям, надеясь на подачки из моего «кошелька», так что спорить Августа не стала, тихо засопев рядом.

Ничего не ответив, я встал с кровати, и пока девушка не увязалась следом, направился в душевую. Меня трясло, а кислорода в легких оставалось все меньше. Паника всегда удушала, а сердце набатом рвалось из грудной клетки наружу. Захлопнув за собой дверь, я на ходу стянул с себя брюки и боксеры, слепо отбросив их в дальний угол под раковину.

В моем распоряжении было пару мгновений, и пока в глазах не потемнело, я распахнул стеклянные двери душ-кабины и, прокрутив кран, пустил холодную воду.

Встав под колющие иглами ледяные струи, я сполз по стене на пол. Сидя на корточках, обхватил колени руками и закачался взад-вперед, безнадежно пытаясь сжаться в комок, стать меньше, исчезнуть.

В последнее время выписанные мне препараты стали помогать все хуже, а приступы — становиться ярче. Врачи разводили руками, говоря, что возвращение в Париж стало катализатором подсознательных страхов, но мне была известна правда.

Я боялся повторить печальную судьбу родителей. Накликать беду на тех, кто дорог. Поэтому отказался от большого количества прислуги, чтобы минимизировать круг входящих в дом людей, доверив охрану тревожной кнопке и круглосуточному видеонаблюдению.

Но самовнушение, что я в безопасности благодаря новейшим системам, рушилось каждый раз, когда я вспоминал стеклянные глаза родителей и понимал, насколько хрупка человеческая жизнь.

Сердце заныло, я прижал ладонь к груди, силясь скорее успокоиться. Паническая атака никого не убивала, но в моем случае вызванное ей сильное сердцебиение могло стать летальным.

— Эрик, можно я войду? — раздался приглушенный водой и дверью голос Августы.

Почувствовав, что онемели пальцы, я потянулся и с трудом переключил воду на теплую. Резкий перепад температуры помогал гасить в крови адреналин.

— Нет, убирайся! — Я никому и никогда не позволял видеть себя в момент слабости. Парижане давно сложили мой «портрет» из страха и уважения, и я не хотел добавлять к этим сильным качествам жалость.

За дверью послышался раздраженный вздох и шелест удаляющихся шагов.

Убедившись, что Августа не ворвется в душевую, я коснулся затылком стены, подставляя лицо под струи воды. Они стекали по телу, унося с собой тревожность, а я глубоко дышал, возвращая самоконтроль.

В такие моменты всегда хотелось кричать, но я разучился настолько бурно проявлять эмоции. Лишь легкий соленый привкус смешивавшихся с водой слез отражал бушующую внутри агонию.

Глава 9

Роза

Шкатулка

Мы с Лукой мчались на зеленом мопеде мимо красивейших фонтанов на площади Согласия. Я крепко обвивала его талию, пока мелкие брызги барабанили по визору, а дорога уводила нас из сияющего центра в спальные районы Парижа.

Когда представление закончилось, мы с Натали не задерживаясь отправились домой, чтобы я могла провести остаток вечера с парнем. Но Лука вернулся от брата ужасно уставший, поэтому так и не воплотил связанное с платьем обещание. Я не стала настаивать на близости, а понимающе свернулась рядом с ним калачиком, поглаживая его по легким кудрям.

Утро принесло нам парочку срочных заказов на доставку букетов, включая один из фирмы Дюбуа, и чтобы немного проветрить голову перед поездкой в особняк и подольше побыть с Лукой, я напросилась с ним.

Всю ночь мне не давала покоя встреча с Дюбуа в холле Гарнье. Он так смотрел на меня, точно желал впитать. А моя душа ответно рвалась к нему из клеток ребер, но куда бы она угодила? В хитроумную ловушку парня, желающего добиться от меня правды любыми способами?

К подобному плаченому выводу я пришла ночью, не зная, как еще объяснить резко вспыхнувший ко мне интерес самого Дюбуа. Ведь когда я жила в приюте, надеясь и веря, что вот-вот Эрик проведает меня, он не приходил.

Нам недовольно посигналил усатый старик, выглянув из окна старого Рено, когда Лука его подрезал на светофоре и поехал дальше по мостовой. Позади меня лежал огромный букет белых роз, который было необходимо доставить к одиннадцати утра в Brach Paris.

— Когда-нибудь и я смогу подарить тебе что-то подобное, — кивком Лука указал на букет стоимостью шестьсот евро.

Я приподняла визор, чтобы сказать, что ценность человека определяется далеко не деньгами, а тем более не подарками, но сразу об этом пожалела. В лицо налетела дорожная пыль, так что перед ответом пришлось прочистить горло:

— Лука, совсем не обязательно из кожи вон лезть, чтобы удивить меня. Ты можешь поднять мне настроение и более обыденными вещами. Прогулка по парку или… — Все мышцы парня напряглись, и я осеклась на полуслове.

— Адриан Флоран дарит своим любовницам машины и бриллианты. Не хочу, чтобы из-за моей никчемности ты — невероятная девушка, довольствовалась какими-то прогулками.

Мы резко ушли влево, сворачивая к подъездной дорожке помпезного отеля, лицевая часть которого была выполнена полностью из панорамных стекол.

Меня насторожила речь Луки и его глубокие знания о личной жизни Флорана, а его выпады насчет моей карьеры сменились самобичеванием, и с этим нужно было что-то делать.

— Лука…

Меня прервало резкое торможение. Бойфренд заглушил мопед на парковке, а раздавшийся звонок телефона окончательно оборвал нить мыслей.

Я сунула руку в сумку, достав телефон, и с недоумением уставилась на светящийся экран. Неизвестный номер. Промедлив пару секунд, нехотя ответила.

— Альма Белроуз? — раздался в трубке приторно-сладкий женский голос. Он показался мне отдаленно знакомым, что было неудивительно, ведь в магазине мне приходилось общаться с десятками людей.

— Да… Чем могу помочь?

Девушка на том конце провода высокомерно заворчала.

— Фирма Дюбуа сделала у вас заказ. Сейчас без пяти одиннадцать, а цветов нет!

Дама явно встала не с той ноги.

— Ваш букет будет у вас через несколько минут. Можете не беспокоиться, я лично его доставлю, — вежливо парировала я, но в ответ услышала лишь короткие гудки.

— Что-то случилось? — Лука снял белый шлем, откинув с лица удлиненную челку.

— Ничего серьезного. — Я перекинула ногу через сиденье и спрыгнула с мопеда. — Просто какая-то наглая девица, которая не может дождаться своих цветов. — Отряхнув одежду от дорожной пыли, принялась отстегивать ремни, удерживающие букет на багажнике.

— Ты правда сама пойдешь? — Лука скептически изогнул бровь, наблюдая за моими попытками