Сердце пустоты - Алиса Джукич

по петляющей кирпичной дорожке к крыльцу, мой взгляд скользил по безупречным живым изгородям, глади искусственного озера и угадывающемуся вдали за домом полю с грациозными лошадьми.

Сам особняк был олицетворением викторианской эпохи: светлый кирпич, темная черепичная крыша и белоснежные наличники, обрамляющие высокие окна. И конечно, массивные колонны у входа. Их обвивал ядовитый плющ, который и привлек мое внимание, когда я поднималась по ступеням. Слишком пристально разглядывая его густую зелень, я пропустила, как бесшумно открылась массивная дверь. В реальность меня вернул вежливый кашель в кулак.

Передо мной стояла молоденькая симпатичная горничная в строгом черном платье и белоснежном фартуке.

— Добрый день. Полагаю, вы мадемуазель Белроуз? Месье Флоран ждет вас в личном кабинете. Пожалуйста, пройдемте.

Я кивнула, пытаясь придать себе как можно более деловой и собранный вид, хотя внутри все еще клокотала от ссоры с Лукой. Горничная, назвавшаяся Сесиль, мягко улыбнулась и жестом пригласила следовать за собой.

Меня провели по огромному холлу к лестнице из белого дуба. Дом Флорана наводняли слуги в форме. Они деловито шныряли туда-сюда, спеша выполнить указы хозяина.

Я следила за двумя женщинами, вытирающими пыль с подоконников цветными метелками, поднимаясь на второй этаж.

Сесиль провела меня по длинному коридору, где под ногами поскрипывал идеально вымытый паркет, пока не остановилась у крайней двери. Коротко постучав, она приоткрыла створки.

— Месье Флоран, мадемуазель Белроуз, — тихо произнесла она, прежде чем бесшумно скрыться в полумраке особняка.

Сделав глубокий вдох, я вошла внутрь.

Кабинет оказался просторным, но уютным. За большим дубовым столом, спиной к окну, вырисовывалась высокая фигура Адриана Флорана в дорогом сером костюме. Он не сидел, а стоял, деловито рассматривая виды за окном. При моем появлении он медленно обернулся. Его взгляд, тяжелый и изучающий, с первого же мгновения заставил меня почувствовать себя беззащитной бабочкой, приколотой к булавке.

— Здравствуйте, Альма. Очень рад, что вы правильно расставили приоритеты. Присаживайтесь. — Флоран указал рукой на софу рядом с книжным шкафом.

Я не стала мяться на пороге и, гордо выпрямив спину, опустилась на предложенное место. Достав из сумочки блокнот и ручку, открыла его на первой попавшейся странице, чтобы законспектировать замечания и предложения Адриана.

— Вы не оставили мне выбора. — Попыталась я донести свое недовольство внезапным приглашением между строк, добавив: — Знаете, месье Флоран, еще никто не жаловался на компетентность Натали. Обычно она решает все вопросы с клиентами самостоятельно.

Адриан не обратил внимание на замечание и, отодвинув от стола кожаное кресло на колесиках, устало в него опустился.

— Как я уже писал в сообщении, Натали — чудесна, и я нисколько не сомневаюсь в ее рабочей хватке, но все же хотел поговорить наедине с вами. С человеком, который с нуля выстроил карьеру флориста, добившись таких высот.

Фу, как приторно.

Я сделала вид, что не заметила скрытые комплименты, и сразу перешла к сути:

— Так что вы хотели обсудить?

Адриан забарабанил длинными пальцами по столу, словно подбирал слова, а я закинула ногу на ногу, будто могла таким образом спрятаться от нацеленного интереса «питона».

— Вечеринка состоится в главном холле, и мне хотелось, чтобы цветочная композиция с лестницы уместно перетекала во внутренний двор к фонтану.

Я нахмурилась. В предоставленном утром эскизе подруги данная идея уже была проработана, тем более Адриан самостоятельно дал нам карт-бланш при первой встрече в магазине.

— Натали…

Адриан вскинул руку, перебив:

— Ваша помощница предложила обыграть все пионами. Но что думаете вы?

Мои брови сильнее сошлись на переносице. Данный диалог — бессмысленнен, помимо того, что все корректировки эскиза и проекта можно было сделать онлайн, я была полностью солидарна с выбором подруги, иначе бы не согласовала смету, и Адриан это знал.

— Месье Флоран, зачем я здесь? — Я сглотнула вязкую слюну, предчувствуя неладное, и крепче вцепилась в ручку, словно та была оружием против сидевшего за столом хищника.

— Вы действительно весьма сообразительны, Альма, так что отвечу честно. — Флоран склонил голову набок, игриво приподняв уголок губ. — Мне нужно ваше экспертное мнение о саде... одного моего друга. И небольшая помощь.

— Вы про сад Дюбуа? — вырвалось у меня.

— Именно. — Взгляд Адриана стал серьезнее, а алая дымка возле его зрачков сделалась багровой. — Видите ли, Эрик болен. Боюсь, скоро он не сможет заботиться ни о саде, ни о фирме. — Меня словно прошибло разрядом тока. Сердце сжалось, и дальнейшие слова Адриана прозвучали как сквозь толщу воды — глухо и отдаленно, пока мой ум пытался осмыслить услышанное. — Уверен, мой лучший друг прислушается к вам, если вы попросите Эрика лишний раз не утруждаться и скорее выбрать того, кто присмотрит за делами Дюбуа, вдруг с ним что-то произойдет. Случайно или нет… Только представьте, если ваши труды по воскрешению цветов будут напрасны.

Я подскочила как ужаленная, выронив блокнот и ручку, которая закатилась под софу.

Адриан угрожал Эрику?

— С чего вы взяли, что можете безнаказанно говорить подобное? — Я пятилась к двери, прижав ладонь к внезапно зашедшемуся за ребрами сердцу, но Адриан продолжал вести себя так, будто наша беседа не выходила за рамки светских любезностей.

Флоран воздержался от продолжения скрытых угроз и с невозмутимым видом выдвинул ящик стола, поставив на него изящную музыкальную шкатулку. На ее крышке с поднятыми вверх руками застыла механическая балерина в нежно-розовой пачке.

— Как вы думаете, моей крестнице понравится? Мужчине сложно подбирать подарки для маленьких принцесс. — В его голосе прозвучала ехидная нотка.

Пробравший меня ужас заволок зрение черным. Я смотрела на Адриана, но видела совсем другое. Флоран завел шкатулку, прокрутив ключ сбоку, и кабинет заполнил вальс снежинок из «Щелкунчика». Балерина завертелась на крышке, а моя спина уперлась в стену позади софы, и я провалилась в прошлое.

Отец подарил мне идентичную шкатулку, когда мне исполнилось три года. С тех пор я с ней не расставалась. Параллельно с любовью к растениям я всей душой мечтала о балете. И это увлечение стоило мне слишком дорого.

В ночь нападения на семью Дюбуа я спала в своей комнате в обнимку со шкатулкой. Эрик ворвался ко мне после полуночи, чтобы увести в безопасное место, я схватила с собой только бесценный подарок отца.

Когда мы бежали в библиотеку, я случайно уронила ее. Механизм сработал, шкатулка заиграла — и это стало одной из причин гибели Константина и шрамов Эрика.

Эта мелодия до сих пор преследовала меня в кошмарах, став вечной пыткой в персональном аду. Адриан Флоран не мог просто случайно выбрать такую же игрушку. Он что-то знал о нападении…

— Как? — едва слышно вырвалось у меня.

Но