Притворяясь придурками - Мугуа Хуан

[Вань Да]: Ха-ха-ха, пятьдесят фэней! А у меня пять юаней, теперь я чувствую себя богачом. Мне этого вполне достаточно.

...

Гу Сюэлань проводила последних новогодних[2] гостей, облегченно вздохнула и присела на диван рядом с Се Юем. За праздничным столом она почти ничего не ела, поэтому теперь с удовольствием доедала торт, делясь впечатлениями:

— Новогоднее шоу толком посмотреть не удалось. Успела увидеть только половину сценки, а что там дальше произошло с героем?

Се Юй пожал плечами, так как сам не следил за экраном:

— Разве там была сценка?

Гу Сюэлань:

— ...

Се Юй посидел с ней ещё немного перед телевизором, но праздничная программа казалась ему скучной.

Его телефон коротко завибрировал. Он незаметно опустил взгляд и обнаружил, что Хэ Чао прислал ему личный перевод.

Одноклассники могли сколько угодно перестраховываться и даже пойти на такую крайность, как удаление Се Юя из чата, но они не знали, что в итоге самый крупный выигрыш всё равно достался ему.

[Хэ Чао]: Всё, что выиграл, отдаю тебе.

За окном раздались громкие залпы новогодних салютов. Яркие разноцветные искры раскрасили ночное небо праздничными красками и медленно растаяли в темноте.

[1] красный конверт (红包, hóngbāo) — Традиционный денежный подарок в красном бумажном конверте — обязательный атрибут китайского Нового года. В цифровую эпоху также массово рассылается через WeChat.

[2] новогодний концерт (春晚, Chūnwǎn) — Ежегодный телевизионный гала-концерт CCTV в канун китайского Нового года (春节联欢晚会). Транслируется в прямом эфире; его смотрят практически все китайские семьи — это неотъемлемая часть празднования.

Глава 91

Приближался сезон Пробуждения насекомых, и воздух на улице постепенно теплел.

Торговая улица у ворот Лиянской Второй школы была украшена яркими транспарантами даже более празднично, чем на Новый год. Издалека вся улица пестрела красными вывесками: «С началом нового семестра!».

Проведя все каникулы за играми и отдыхом, многие ученики спохватились и принялись дописывать домашку лишь в последние дни. Некоторые сидели за учебниками сутками напролет, но всё равно ничего не успевали. В итоге они смирились со своей участью и решили прийти в школу в первый день пораньше, чтобы успеть списать у одноклассников.

Едва Се Юй поднялся по лестнице на этаж, как из кабинета 11-го «В» класса донесся страдальческий крик:

— И это тоже нужно сдавать?!

— А сочинение по английскому — это ещё что за бред?!

— Ребята, кто-нибудь решил рабочую тетрадь по математике? Дайте списать, я взамен отдам тесты по китайскому...

Проходя мимо заднего окна класса, Се Юй согнул пальцы и костяшками дважды негромко, но отчетливо постучал по стеклу.

Лю Цуньхао, который в качестве старосты сам возглавлял процесс массового списывания, стоял с охапкой тетрадей по китайскому языку в руках. От неожиданного стука по стеклу он испуганно подпрыгнул на месте:

— Блядь!

На улице дул сильный ветер, поэтому Се Юй шел в накинутом на голову капюшоне. Войдя в класс, он первым делом стянул его.

Ребята решили, что это Бешеный Пёс пришел с проверкой. В классе на пару секунд воцарилась тишина, а затем шум поднялся с новой силой:

— Юй-гэ, ты чуть не довел меня до инфаркта... Ты больше не тот милый Юй-гэ, которого я знал!

— Весело тебе пугать нас?

— И не стыдно так издеваться над слабыми, беззащитными одноклассниками?

— ...

Хэ Чао пришел в школу рано и дремал, уткнувшись лицом в парту. Услышав голоса, он лениво приоткрыл один глаз.

Он вернулся в общежитие на день раньше остальных.

Все ребята, решившие приехать заранее, сильно недооценили любовь директора Цзяна к радиовещанию. Их дорогой Бешеный Пёс начал вещать по школьному радио ещё до шести утра, бодро выкрикивая в динамики: «Новый семестр — новые возможности!»

Хэ Чао приподнялся на стуле, наблюдая за приближающимся Се Юем.

Обычно казенные речи руководства вызывали у него лишь скуку, но сейчас, глядя на Се Юя, он отчетливо почувствовал: начался новый семестр. Наступил новый день.

Хэ Чао тепло улыбнулся:

— Привет.

Се Юй подошел к парте, слегка наклонился и потянул вверх молнию на его куртке, которая была расстегнута почти до середины груди:

— Привет.

Солнечные лучи пробивались сквозь стекло, делая класс более уютным.

Лю Цуньхао продолжал метаться по кабинету в поисках тетрадей.

Хэ Чао достал из-под парты рабочую тетрадь по математике. Во время каникул он решил из неё несколько задач, но, следуя своему плану «постепенного возвращения в ряды отличников», намеренно допустил кучу глупых ошибок:

— Хаоцзы, давай меняться.

Лю Цуньхао молча посмотрел на него пару секунд, а затем так же молча отвернулся и продолжил расспрашивать ребят:

— Кто-нибудь ещё сделал математику?

— Эй, ты что, брезгуешь моей работой? — возмутился Хэ Чао.

— Ну что ты, как я могу! У тебя же целых сорок девять баллов по математике, — Лю Цуньхао старался говорить мягко, чтобы не ранить чувства друга, но всё же решил спустить его на землю: — Но, Чао-гэ, давай смотреть на вещи реально. Не нужно строить иллюзий, понимаешь?

— Хаоцзы, сегодня ты воротишь от меня нос, — Хэ Чао со стуком бросил тетрадь на парту, — а завтра будешь завидовать моей успеваемости.

Лю Цуньхао посмотрел на него с таким видом, словно перед ним стоял сумасшедший, и промолчал.

Се Юй, который как раз доставал ручку из рюкзака, услышав это заявление, едва не запустил ею в затылок Хэ Чао.

С началом урока в классе наконец установилась тишина.

В первый день учебы все преподаватели пытались донести до ребят одну и ту же мысль: «Ничего страшного, если прошлые экзамены сданы плохо. Главное — начать усердно заниматься с этого дня». Они надеялись, что подростки быстро забудут о каникулах и настроятся на учебу.

Особенно усердствовал их классный руководитель Лао Тан. Он превратил первый урок литературы в полноценный классный час, почти не касаясь учебной программы и посвятив всё время мотивирующим беседам.

Се Юя клонило в сон. Облокотившись на руку, он заметил, что Хэ Чао весь урок не выпускает из рук телефон:

— Играешь?

Хэ Чао быстро свернул экран и ответил шепотом:

— Ага, прохожу уровень.

Се Юй не стал расспрашивать и закрыл глаза, решив немного вздремнуть.

На самом деле Хэ Чао переписывался с Шэнь Цзе. Он отправил сообщение: «Ты что, с ума сошел?»

В последние дни он активно планировал празднование дня рождения Се Юя. Хэ