Любовь в облаках - Байлу Чэншуан

Он ведь — лучший боевой культиватор Му Сина! Он тот, кто должен привести город в число Верхних Трёх! Так что плохого в том, что он осторожен? Он убил столько людей — кто знает, сколько из них теперь мечтают о его смерти и плетут ловушки?

Да, в её поведении было много странностей — он лишь на мгновение усомнился, и что? Неужели не имел права? Она сама ни в чём не призналась, ни словом не обмолвилась! А если сравнивать — он надёжнее, чем Сыту Лин в сто раз!

Цзи Боцзай сжал кулак, резко опёрся о кузов повозки и с силой выдохнул, словно выталкивая из себя яд злости. Затем, будто ничего и не случилось, плавно, с прежней невозмутимостью, опустился на сиденье.

Не стоит спешить. Всего лишь Юаньшиюань — ну и что. Впереди целая жизнь, она ещё успеет хлебнуть трудностей. А тогда… тогда она сама к нему вернётся.

Звериная повозка тронулась с места. Не Сю, сидящий на облучке, наконец облегчённо выдохнул: похоже, господин наконец-то успокоился.

Но стоило повозке завернуть за угол, как изнутри раздался глухой треск — «крак» — и ещё одна поперечина повозки с треском лопнула.

Не Сю: «……»

Он никогда не видел господина таким. Цзи Боцзай всегда был холоден, сдержан, непроницаем. Для него имело значение только одно — месть. Всё остальное словно не касалось его. Порой даже казалось, что он уже почти отрёкся от мира, как бессмертный на пороге Дао.

А теперь… теперь этот почти бессмертный — чуть повозку не сломал пополам.

Всё-то эти полгода… и словно человек в нём пробудился. Господин, обычно хладнокровный, как лёд на вершинах гор, вдруг начал по-настоящему… злиться. И, что самое странное — в этом гневе появилось что-то по-человечески живое. Даже… немного милое.

Сдерживая смех, Не Сю осторожно повёл повозку к задним воротам резиденции.

— Сестра Мин, — пробормотал Сыту Лин, уже изрядно хмельной, моргая с наивной серьёзностью. — Если ты так и не встретишь того самого — ты что, совсем не выйдешь замуж?

Мин И, слегка пьяная, покручивала в пальцах чашу и улыбнулась, лениво и чуть насмешливо:

— Даже если встречу — всё равно не выйду.

— А? — Сыту Лин недоумённо склонил голову.

— Замуж ведь не обязательно идти, чтобы жить, правда? У меня есть своё дело, своё мастерство. Есть путь, который я сама выбрала, — сказала она и залпом допила остатки вина. Затем, слегка покачнувшись, встала и обняла за плечи Синь Юнь. Кончиком пальца она мягко ткнула ту в лоб. — Влюбляться до головокружения и плыть по реке чувств… — она хихикнула. — Это оставим юным девушкам вроде неё.

Словно слова попали прямо в цель, Синь Юнь тут же вспыхнула до корней волос, замахала руками, заикаясь:

— Ч-что ты говоришь, какой ещё сердечный… Н-нет у меня никого! Совсем!

Мин И весело рассмеялась, перехватила Синь Юнь за щёчки и, чуть щурясь, сказала:

— Если нет никаких преград — значит, если сердце занято, то и прятать не нужно. Зачем прятать то, что даётся не каждому? В мире куда больше тех, кто не может признаться даже себе…

Шатаясь, она пошла было дальше, но Синь Юнь поспешно подхватила её под руку, прижав к себе. В этот момент ей стало совсем не до признаний и стеснения — только бы удержать Мин И на ногах.

— Я отведу её отдохнуть, — быстро сказала она Сыту Лину. — Завтра ведь ещё переезд.

— Конечно, — кивнул тот и проводил их взглядом до самого входа в гостевой флигель.

Фу Юэ стоял рядом, молчаливо наблюдая за ними. Через пару мгновений он негромко произнёс:

— Говорит она… правильно.

Сыту Лин чуть опустил взгляд, уголки губ дрогнули в неясной улыбке.

— Не совсем, — сказал он. — Если ты точно знаешь, что тот человек… не любит тебя, тогда даже если в сердце кто-то есть — лучше уж молчать. Иначе не только любви не будет — и дружбу потеряешь. Разве не так?

Глава 109. Второй путь

Наступило лето. Палящее солнце стояло в зените, и Юаньшиюань Му Сина, и без того неспокойный, в такую пору стал ещё более бурным. Боевые культиваторы сбегались со всех сторон, и столкновения случались почти на каждом шагу — стоило лишь ступить на тренировочный плац, как над ним уже клубились волны юань, сталкивающиеся в слепых вихрях.

Но было и нечто новое: сила этих столкновений возросла в разы. Даже ветер от пронзающих воздух ударов поднимал полу одежды Цзи Боцзая.

— Мне кажется, эта «Синьхэ Ложжи» куда удобнее, чем «Лэйтинь ваньцзюнь», — с воодушевлением воскликнул один из бойцов.

— Ха! Да это потому, что у тебя юань мягкая, не можешь справиться с «Лэйтинь ванцзюнь». Берегись!

Огромный сгусток фиолетовой юань сорвался с руки и полетел прямо в лицо Цзи Боцзаю. Тот, не меняясь в лице, просто слегка отклонил голову. За его спиной стена из камня с грохотом рассыпалась — в ней зияла свежая дыра.

Чу Хэ и Фань Яо аж подпрыгнули от испуга, поспешно отозвали свои силы и, стараясь скрыть неловкость, пробормотали:

— Ты сегодня как-то уж слишком рано пришёл…

Цзи Боцзай скользнул холодным взглядом по плацу. У нескольких боевых культиваторов в руках сверкали новенькие, высшего класса, шэньци.

Он сжал губы и негромко произнёс:

— На турнире Собрания Цинъюнь лишь в испытании зала Шэньци разрешено использовать артефакты. Не стоит так полагаться на игрушки.

— Знаем-знаем, — отмахнулся Фань Яо, перебрасывая шэньци из руки в руку. — Но разве можно отказаться от такой штуки? Удобная, лёгкая, юань усиливает в разы. Как Мин И только до такого додумалась — ума не приложу. Настоящий талант. В Чаояне она бы точно сделала себе имя.

— Да уж, — подхватил Чу Хэ, — по-моему, она даже цену занижает. Продаёт почти по себестоимости. Вот как только она разберётся со всеми заказами, я обязательно ещё пару штук у неё закажу — но уже в обход общей очереди.

Цзи Боцзай молча выслушал их, лицо его не дрогнуло ни на миг. Затем он развернулся и молча зашагал в сторону кузницы.

Так как Мин И была женщиной, Цинь Шанъу по её просьбе поставил вокруг мастерской особый защитный барьер из юаня — никому из учеников не позволялось приближаться без разрешения. Потому многие, кто с нетерпением ждал свои артефакты, могли лишь влезть на стену и с тоской заглядывать внутрь, надеясь увидеть хоть что-то.

Мин И больше не носила лёгких полупрозрачных платьев. На ней был простой, небесно-синий рабочий халат, волосы подняты в