Колечко в новогоднюю ночь - Нелли Войт

не захотела и приказала нам с Тито незамедлительно вернуть их дочь. А нам, что было делать? Оставаться без копейки за такой риск? Нет уж! Я приказала Тито избавиться от Изольды, а после и его отравила. Мне лишние свидетели не нужны. Тебя я на время отдала одной старухе за хорошее вознаграждение, а дочка герцогов жила со мной, пока шли все эти разборки. Но никто ни о чем даже не догадывался. Жили мы в деревне, ни тебя, ни ее я никогда никому не показывала. А после забрала тебя у этой старой карги и подбросила герцогам. Так и знала, что ты явишься рано или поздно. И вот что хочу сказать: если хоть капля совести у тебя есть, то не дашь мне на старости лет сгинуть без средств к существованию за мою услугу.

— Это ты-то про совесть заговорила? — громкими раскатами рассмеялась Мариана. — А что ты собиралась сделать с дочерью герцогов? И почему она оказалась в таком бедственном положении?

— Ее я собиралась вернуть, только чуть позже. Цену набивала, подороже хотела провернуть операцию, все же риски колоссальные. Да и нужно было, чтобы они к тебе привыкли, и не сдали в приют. Ведь я тебя из приюта забрать не смогла бы, мне жизнь свою надо было устраивать. Уехали мы с ней далеко, да только такой начался переполох! Жандармы стали каждого ребенка проверять по фотографиям, которые от отчаяния предоставил полицейским герцог. Так и бросила ее на вокзале, а сама еле ноги унесла. Ее тут же цыганский табор прибрал к рукам, прям на моих глазах.

— Так что же они ее не сдали в полицию тогда за вознаграждение?

— Кто бы им поверил! Посадили бы всех за кражу ребенка! Кстати, я так и не смогла спилить золотой браслет с бриллиантами и ее именем у нее на руке. Они его видно и прикарманили.

— Я слышала, что ее удочерили из детдома, — задумалась Мариана, — получается, цыгане сдали ее туда.

— Через пару лет после этого полиция разогнала целое цыганское поселение недалеко отсюда, возможно они всех малышей отобрали у этих попрошаек.

— Значит, получить выкуп не вышло? — ехидно заметила Мариана. — Но у меня есть работка для тебя!

— И какова будет плата? — поинтересовалась тетушка.

— Скорее это будет твоя плата за преступления, совершенные тобой! — взорвалась девушка.

— Что ты, родная моя, смотри, как мы с тобой похожи, как две капли воды, только ты моложе, — стала подыгрывать племяннице Лукреция.

Мариана и сама сразу же заметила внешнее сходство, но промолчала, так как именно это обстоятельство ее совсем не радовало.

— Эта Элина, дочка герцогов сейчас живет у одного художника и работает в его лавке. А сам художник уехал на выставку. От тебя требуется разыскать его, подмешать это зелье в чай и обманным способом заставить переписать на себя все его имущество. И проследи, чтобы он попал в психбольницу, а сама возвращайся и требуй с его подопечной, чтобы она освободила квартиру и магазин, причем очень быстро, сию минуту, чтоб у нее даже времени подумать не было. Припугни полицией. Убивать никого нельзя, так ведьма наказала, тюрьма в этом случае маячит на горизонте! — повелела Мариана.

— Ах вот почему я тебе выложила все как на ладони! Ты воспользовалась черной магией! — взбеленилась тетушка, но было уже слишком поздно.

* * *

Прежде чем вернуться домой к своим приемным родителям герцогам Рашель, Мариана решила посетить городок, где находилась усадьба графов Ленских, но, а также и лавка художника. Это было не слишком далеко от места, где проживала ее тетка, и девушка проехалась в этом направлении. Она все же хотела удостовериться в словах ведьмы и проверить, все ли так, как она обрисовала. Укутавшись в платок и надев солнцезащитные очки, она рассчитывала быть неузнанной. Ведь Элина видела ее на новогоднем празднике и могла узнать. Но в саму лавку девушка решила не заходить, соблюдая крайнюю осторожность, а лишь понаблюдать издалека.

Было обеденное время, зимнее солнце приятно припекало, растапливая понемногу наметенные сугробы. Мариана остановилась на противоположной стороне улицы возле афиши, делая вид, что внимательно изучает ее, а сама уставилась в сторону лавки художника. На двери висел замок и надпись «закрыто», по-видимому, был перерыв на обед, поэтому она неторопливо разглядывала анонс, бросая взгляд в сторону лавки.

И вот, наконец, она заметила, как молодая парочка подошла к двери. Девушка легко открыла дверь своим ключом, а парень прошел за ней. Они так мило разговаривали и смеялись, выглядя счастливыми и беспечными, что Мариана даже позавидовала их задору.

«Это она! Я узнала ее! — торжествовала юная герцогиня. — Но скоро ты лишишься всего этого и окажешься на улице! И кто же этот молодой человек?», — не оставляло ее любопытство, и девушка решила понаблюдать за ним.

Через несколько минут парень вышел из художественной лавки и направился в книжный магазин напротив. Он также открыл дверь своим ключом и прошел внутрь. Мариана тут же последовала за ним, чтобы разузнать как можно больше.

Парень снял пальто и шапку, встав за прилавок. Мариана вошла в магазин, сделав вид, что безумно заинтересована первой попавшей ей в руки книгой, которая стояла при входе на стеллаже.

— Могу я чем-нибудь вам помочь? — услужливо произнес Филипп, разглядывая незнакомку.

Мариана сняла затемненные очки, шелковый платок соскользнул с ее волос, и она расстегнула шубку, чтобы поправить его. Волосы рассыпались по ее плечам черными локонами, она поправила их рукой, стараясь обратно набросить платок. Филипп смотрел на нее во все глаза, не смея отвести их.

— Вы очень красивая девушка! — вдруг выпалил он. — Кто вы? Как вас зовут? Я не видел вас раньше.

— А вы знаете всех девушек вашего города? — вдруг кокетливо рассмеялась Мариана.

— Не всех, конечно, — засмущался он, — но примелькались многие!

— И та, что работает напротив? — пытливо задала вопрос Мариана.

— Ах! Это Элина! Она продает картины одного художника совсем недавно! Мы просто друзья с ней! — воскликнул он.

— Просто друзей между парнем и девушкой не бывает! — укорила его Мариана.

— Зря вы так! — словно обиделся он. — Бывает! Так вы не сказали, как вас зовут?

— Мариана, — вдруг неожиданно даже для себя самой выдала она, утопая в его синих глазах, — я дочь герцогов Рашель.

— Молодая герцогиня, значит? И чтобы вы хотели приобрести в нашем магазине, ваша светлость? — заигрывая, спросил он, смотря ей прямо в глаза.

— Вот эту книгу заверните в подарочную бумагу, — повелела она и положила книгу, которую держала в руках, на прилавок.

— Будет сделано, моя госпожа! — воскликнул парень. — Немного терпения.