Я не твоя невеста - Ника Лебедева

“Нет, я не должна была ему рассказывать,” — запоздало осознала я и закрыла рот рукой. “Это слишком подло. Он не должен был знать.”

Но сказанного не воротишь. Теперь Ардиан был в курсе.

— Из-за меня? — надломленным голосом повторил он. — Зачем?

— Ардиан…

— Говори, — твердо потребовал брат, стиснув челюсть.

Все силы будто покинули меня в одночасье. Я медленно опустилась на ближайшую скамейку и закрыла лицо руками.

— У меня не было другого выбора. Мне поставили ультиматум, — сказала я тихо. — Королевская семья платит за твое обучение в академии, Ардиан. Понимаешь, что было бы, если бы я отказалась? Они бы лишили тебя будущего!

К горлу подкрался ком — от стыда и накативших слез.

Я всегда считала себя ужасной старшей сестрой. У меня никогда не получалось дать Ардиану достаточно; дать ему то, чего он заслуживал.

Брат никогда не знал беззаботного детства. Никогда не мог насладиться простыми прогулками с друзьями или играми во дворе. Никогда не мог спокойно читать дома книги, носить нормальную одежду и тем более не знал изысканной еды. Когда отец обанкротился, нам пришлось часто переезжать из города в город, чтобы я могла найти работу. Прежде чем мне досталось место в королевском дворце, мы провели полгода в голодных скитаниях с долгами отца на шее.

А еще Ардиан не помнил и материнского тепла. Наша матушка умерла, когда он был совсем крохой — и я, как бы ни старалась, не могла заменить ее. В родном доме я постоянно была занята то учебой, то хозяйством, то пьяным отцом; в королевском дворце меня вечно отвлекала работа.

Академия стала единственным благом, которое я могла подарить Ардиану. Дать ему билет в надежное будущее.

“Я не имела права отказаться.”

— Ты продала себя ради меня?

Словно пощечина, слова брата ударили по мне. Я вздрогнула.

— Я не… — Мой голос звучал сипло. — К-Как ты вообще можешь такое говорить?

— Потому что так и есть! — отчаянно выкрикнул Ардиан. — Ты продала себя этому… этому людоеду! Поменяла свое имя, свою жизнь… и все ради моей учебы?

Он стал нервно ходить из стороны в сторону, зарывшись рукой в волосы.

— И ты думала, я просто это приму? Как данность?! — прошипел Ардиан. — Что моя сестра принесла себя в жертву этим манипуляторам!

— У меня не было выбора! — Мой голос сорвался, и предательские слезы опалили щеки. — Нас бы вышвырнули на улицу! Тебя отчислили бы!

— И лучше бы отчислили! — выпалил Ардиан. — Мне не нужна академия ценой твоей жизни, Энн!

Я до боли прикусила губу, чтобы не разрыдаться.

— Лучше бы мы жили в какой-нибудь хижине и голодали, — продолжил он, сжимая руки в кулаки. — Лучше так, чем позволить тебе жить здесь. Посреди северных лесов с чокнутыми повстанцами под боком! В золотой клетке, под чужим именем… еще и с этим чудовищем! Энн, ты же слышала, что о нем говорят!

— Не все слухи правда, — тут же, не задумываясь, перебила я и сама удивилась собственной уверенности. — Он не так плох, как ты думаешь.

Ардиан уставился на меня в замешательстве.

— Мы вообще про одного человека говорим? — возмущенно спросил он. — Энн, это генерал северной армии. Ты понимаешь, какими способами он сдерживает всех этих приграничных повстанцев?

— Если бы ты узнал его получше, ты бы не говорил так, — с той же уверенностью ответила я.

— Ты сошла с ума. Ты чокнулась, Энн, это не нормально, — пробормотал брат и приложил руку ко лбу. — Пожалуйста. Не надо всего этого. Я прошу тебя.

Он отчаянно заглянул мне в глаза.

— Пожалуйста, Энн, — взмолился Ардиан.

Брат сел возле меня на скамейку и снова прижал меня к себе, отчаянно зарывшись носом в мои волосы. Я крепко обняла его в ответ. Едва сдерживаемые всхлипы комом застыли в горле.

— Я буду тут неделю вместе с делегацией, — пробормотал Ардиан. — Пожалуйста, давай сбежим. Я умоляю тебя. Я не могу оставить тебя здесь, с ним.

— Но академия…

— Да плевать я на нее хотел, — перебил брат, отстраняясь, чтобы мы снова встретились взглядами. — Мне все равно. Я буду изучать магию сам. Это все неважно. Пожалуйста, Энн.

Я хотела ответить.

Слова Ардиана — его голос, полный уверенности, смелости и отчаяния — подтолкнули меня. Чем дольше мои руки сжимали его плечи, тем крепче становилась готовность сбежать прочь. Что угодно, лишь бы оставаться с единственным родным человеком. С тем, на кого я всегда могла положиться; с тем, кого я любила всем своим сердцем больше всего на свете.

Но вдруг раздался шорох. Шаги по гравию.

— Это герцог, — тут же догадалась я. — Спрячься в саду. Быстро.

Мне пришлось заставить себя развернуться и стереть с щек застывшие слезы.

Целую секунду брат стоял на месте в растерянности, прожигая взглядом мою спину.

— Иди, Ардиан! — бросила я через плечо.

Мой резкий шепот подтолкнул его. Брат наконец сорвался с места и торопливо ушел прочь, не останавливаясь. Я не смотрела ему вслед; лишь слышала его удаляющиеся шаги, которые ускорялись с каждой секундой, словно он переходил на бег.

Подняв голову, я сразу наткнулась на глаза герцога. В темноте вечернего сада они горели темным серебристым светом.

11 глава

Герцог смотрел слишком сосредоточено.

“Слышал ли он что-нибудь?” — от одной только мысли об этом мне стало стыдно и страшно одновременно.

Я отвернулась, чтобы стереть остатки слез с щек холодными пальцами. Пришлось заставить себя вглядываться в очертания заснеженных кустов сада, чтобы спрятаться куда-нибудь от этого пристального внимания. Я спрятала руки под теплую ткань пиджака герцога, который все еще носила на плечах, чтобы Хессенгард не заметил все ту же беспокойную дрожь в пальцах.

Были слышны медленные приближающиеся шаги. Герцог остановился совсем рядом, нависая высокой тенью над моей скамейкой.

Я тяжело вздохнула. Надо было собраться с мыслями, но в голове был настоящий эмоциональный беспорядок. Словно пластинка, слова Ардиана безостановочно прокручивались в голове.

“Сбежать.”

Закрывая глаза, я легко представляла такую картину. Ардиан и я, снова без надежной крыши над головой и без постоянной работы, вечно уставшие и голодные.