Король-охотник - Джаггер Коул

— Ты уже признала поражение. — Его губы изгибаются. — Как жалко.

Ярость ревет внутри меня, воспламеняя огонь в моих венах.

— Пошел ты, — рычу я.

Он улыбается. Он, блять, улыбается, как красивый псих.

— Вот оно.

Мои губы изгибаются в усмешку.

— Вот что, мудак?

— Твое топливо. Используй его.

Я дрожу от того, как его глубокий, рокочущий и слегка хрипловатый голос дразнит мою кожу и проникает в уши.

— Ты монстр, ты гребаный...

Я задыхаюсь от слов и падаю назад, когда он нависает надо мной.

— У тебя нет ни малейшего чертового понятия, кто я, — бормочет он темно, все еще тонко улыбаясь.

Он наклоняется еще ближе, лишая меня способности дышать, или бежать, или кричать. Его рука поднимается, и его большой и указательный пальцы касаются моего подбородка и поднимают его, заставляя меня дрожать.

— Но смею предположить, в тебе достаточно ума, чтобы в глубине души понимать: когда я говорю тебе бежать… — его глаза темнеют от скрытого огня, — тебе действительно стоит бежать.

Мой звенящий пульс гудит в ушах. Моя кожа пульсирует, покалывая от жара.

— И? — хрипло шепчу я.

— И то же самое, что я сказал вчера. Если ты пройдешь за границу участка, ты свободна.

Я сглатываю.

— Это какая-то больная игра.

Он пожимает плечами, разводя руками.

— Это, или ты сидишь злая и кипишь в своей комнате, как в тюремной камере.

— Как долго?

Он не отвечает.

Я делаю медленный вдох.

— А если ты поймаешь меня? — хриплю я.

Его глаза вспыхивают, но он ничего не говорит.

— Три.

Мой пульс зашкаливает, сердце мгновенно учащается и подпрыгивает к горлу. Больной, извращенный восторг ползет по мне, скользя по коже, пока я быстро натягиваю кроссовки на босые ноги.

— Два.

Я разворачиваюсь от него и начинаю бежать.

Я врезаюсь в линию деревьев, бросаясь сквозь ветви, которые тянутся, чтобы зацепить и удержать меня. Я виляю в одну сторону, целясь между двух деревьев и проскальзывая между ними, прежде без предупреждения сменить направление.

Паника начинает взрываться во мне. Но с каждым шагом и с каждым задыхающимся, безумным вдохом эта паника начинает трансформироваться и меняться.

Она начинает превращаться во что-то другое. Что-то... волнующее.

Я слышу грохот того, как он бежит за мной по лесу — хруст его шагов, размеренный ритм его дыхания. Но он не так близко, как в прошлый раз, когда мы делали это.

Я становлюсь лучше.

У меня может быть шанс.

Я сворачиваю вправо, вонзая пятки своих новых кроссовок в грязь, прежде чем броситься быстрее, чем раньше. Моя кровь ревет, как дизель, в ушах, бурля и сжигая, бросая меня вперед. Я продираюсь сквозь подлесок и серый утренний туман, который вьется между черными деревьями. Я клянусь, что слышу, как его шаги отстают позади меня, и знание того, что я побеждаю, дает мне второй прилив энергии.

Безумно усмехаясь, моя кровь в огне, а кожа пульсирует от сырого, больного возбуждения, я лечу сквозь рощу деревьев. Я целюсь в то, что выглядит как просвет или поляна впереди, устремляясь вперед, в секундах от...

Я визжу, когда он материализуется из леса прямо рядом со мной — хищник, который загнал меня точно туда, куда он хотел, чтобы я пошла. Крик вырывается из моего горла, прежде чем его рука грубо сжимается вокруг него. Горячее, злое возбуждение воспламеняется в моем нутре, когда он кружится, дергая меня с рычанием на губах, чтобы грубо прижать меня к дереву за спиной.

Я задыхаюсь, хватая воздух, глаза вылезают из орбит, кожа пульсирует.

Соски ноют и твердеют под моей рубашкой. Мои бедра скользкие и дрожат от ужасного, мятежного желания.

Я набрасываюсь на него, но он быстро хватает меня за запястья и заламывает их над головой. Одна рука удерживает их там, другая остается обернутой вокруг моей мягкой, вздымающейся шеи, когда он нависает прямо надо мной. Эти глаза пронзают меня, разрезают меня, проникают под мою одежду и барьеры, пока он не может видеть не только мою наготу, но и темные, грязные секреты в моей душе.

Он может видеть, что это возбуждает меня.

Время останавливается. Наш пульс стучит вместе — его пальцы на моей шее, когда момент затягивается.

— Ты называешь это бегством?

Мои губы изгибаются, глаза сужаются от насмешливой интонации в его голосе.

— Иди...

— Я даже не вспотел. Как будто ты хотела, чтобы тебя поймали...

Я понятия не имею, как это происходит. Но одну секунду я прижата к дереву с его рукой, крепко держащей мои запястья и шею. А в следующую я кружусь и выворачиваюсь из его хватки. Я кружусь, толкаю его грудь назад, и затем внезапно моя рука с силой шлепает его по лицу.

Всё замирает. Всё холодеет, когда мое сердце падает вместе с челюстью. Мое лицо бледнеет, глаза расширяются.

О Боже, что я только что...

Он надвигается на меня, как сила природы. Его рука сжимает мою шею, толкая меня назад, пока я не оказываюсь прижатой к дереву. Его глаза вспыхивают ледяным голубым огнем, когда он нависает надо мной.

А затем внезапно, и все же неизбежно, его рот врезается в мой.

Без предупреждения. Без пощады.

И без сомнения это, самый горячий, самый электризующий момент в моей жизни.

Глава 10

ТАТЬЯНА

Молния взрывается в каждой части моей психики — электризуя и обжигая меня. Его губы прижимаются к моим, его язык требует входа, как и раньше.

И, как и раньше, я позволяю ему взять всё.

Я киплю, когда его язык танцует с моим. Его огромное, каменно-твердое тело грубо прижимает меня к дереву, и когда я чувствую, как его бедро раздвигает мои, я нетерпеливо скулю в поцелуй.

Мои ноги раздвигаются.

Огонь пожирает меня, когда я цепляюсь за него, плывя по волне расплавленного желания, пока он целует меня так сильно, что остаются синяки. Его бедро трется о мой центр, скользя по моей киске сквозь мешковатые, мягкие спортивные штаны.

Мой пульс улетает на околоземную орбиту. Все мое тело пульсирует жаром. Мои ноги дрожат, когда я голодно и бесстыдно стону в его губы.

Кристоф рычит в меня, нажимая сильнее, тверже. Его руки скользят к моей талии, приподнимая футболку достаточно, чтобы палец провел по голому бедру. Мои глаза закатываются, дыхание становится прерывистым, когда один большой палец очерчивает пояс спортивных штанов спереди, прямо под моим пупком.

Палец скользит под резинку.

Я задыхаюсь в его поцелуй, хватая ртом воздух, чувствуя себя парящей. Или,