Танцор - Элин Пир

Я написала Хантеру короткое сообщение, в котором сообщила, что прибыла в Северные земли, отправив ему фотографию с большого беспилотника.

«Снова отправляюсь на экскурсию. Скоро увидимся».

Хантер прислал мне в ответ фотографию из своей раздевалки, на которой видны его грязные бутсы.

«Последняя тренировка в этом сезоне. Два часа под проливным дождем. Вместо этого мне следовало стать танцовщицей».

Я уставилась на фотографию, увеличивая задний план, на котором переодевался один из его товарищей по команде. Я не могла разглядеть его лица, но он был голый, и это меня немного взволновало. Я огляделась, чтобы убедиться, что никто этого не видел.

«Удали это», — шептала правильная моя часть, живущая на Родине, но северянка во мне продолжила. Мне нравились крупные, мускулистые мужчины, и я на секунду задумалась, так ли выглядит Соломон сейчас.

«Не думай о нем», — приказала я себе и откинулась на спинку стула. Это новое начало. Это мой шанс оставить новые воспоминания о Северных землях. Обещание веселого приключения впереди заставило меня улыбнуться. Это было прекрасно. Сколько я себя помню, я всегда чувствовала беспокойство. Часы, которые я проводила, танцуя в местном театре, и уроки, которые я иногда давала детям, были моими самыми яркими моментами.

У меня были хорошие и заботливые друзья, но мало кто из них понимал сарказм и иронию, которым я научилась, живя в Северных землях. Некоторым из них было любопытно узнать о годах, проведенных мной в школе, но я никогда не могла объяснить это правильно, да и внимания у них хватало ненадолго.

Печальная правда заключалась в том, что мне было двадцать два года, и я постоянно испытывала неопределенное чувство беспокойства и потерянности.

Я повернула голову и увидела, что один из полицейских пристально смотрит на меня. Он отвел взгляд, но моя женская гордость была разбужена. На Родине мужчины не смотрели на меня так, и, хотя он был не в моем вкусе, до меня дошло, что это будет мое первое путешествие в Северные земли без брата в качестве защитника. Я была одинокой женщиной, въезжающей в страну с десятью миллионами мужчин. Одна только мысль об этом пугала и возбуждала одновременно.

Когда охранник оглянулся снова, я не смотрела на него, но на моих губах заиграла легкая улыбка.

Глава 8

Кингстон

Соломон

Я стоял у отеля, ожидая, когда приедут Лео и Етти с певчей птичкой, с которой мы будем нянчиться следующие четыре недели. Шел дождь, и я уже был раздражен сложившейся ситуацией. Какой-то мужчина перешел на другую сторону улицы, вместо того чтобы пройти мимо меня. Я привык к тому, что другие находят меня пугающим, и с таким мрачным выражением лица, наверное, выглядел так, будто обдумываю что-то недоброе.

Это было не так.

В моей голове бушевали мысли о том, каким несчастным я буду, если целый месяц буду таскаться за какой-нибудь маленькой жительницей Родины. Я предпочитал держаться подальше от больших скоплений людей, а теперь мне придется смириться с тем, что она будет выступать со своими концертами перед тысячами людей. Больше не придется спать на воле или бегать по лесу. Я вздохнул и переступил с ноги на ногу. Лео, Етти и я должны были найти способ разделить часы между нами. Если бы я не занимался спортом и не проводил время в одиночестве, я был бы чертовски раздражен.

Мой браслет издал звуковой сигнал, и я принял сообщение.

«Посмотри вверх, ублюдок».

Я запрокинул голову, но не увидел в небе никакого беспилотника.

Громкий свист заставил меня сделать шаг вперед и обернуться, чтобы посмотреть вверх. Етти махал мне руками на высоте пяти этажей.

«У них есть парковка на крыше».

Я помахал ему в ответ. Вот и все, что Лео сказал мне, чтобы я встретил их у входа в отель. В последний раз глубоко вздохнув, я вошел внутрь и подождал в вестибюле, пока Лео и Етти не вышли из лифта, сопровождая мужчину и женщину.

— Привет, скунс. Рад видеть, что ты решил присоединиться к нам. — Етти улыбался.

— Что ты сделал? — Я нахмурился, увидев, насколько по-другому он выглядел.

— Ничего, — прошептал он, когда совсем незаметно перевел взгляд на женщину, в которой я узнал Сальму Роуз по фотографии.

— А-а-а. — Я не стал указывать на то, что у Етти, чья борода еще вчера доходила ему до ключиц, теперь осталась только щетина, а его волосы были заплетены сзади в косу, отчего мой друг казался прирученной версией человека, которого я знал. По крайней мере, он все еще был одет в свою темную форму, как и я.

— Это Бен и Сальма. — Лео взмахнул рукой и посмотрел на двух жителей Родины. — А это и есть тот самый печально известный Соло, о котором мы говорили.

Они оба откинули головы назад и немного разинули рты, глядя на меня снизу вверх.

— Приятно познакомиться с вами обоими.

Сальма Роуз сначала взяла себя в руки и протянула ко мне руки, но затем передумала и отдернула их.

— Извини. Уиллоу велела мне не прикасаться к тебе.

Я был ошеломлен.

— Что вы сказали?

— Мы прилетели сюда с экспертом, и она рассказала о ваших строгих законах. Она велела мне не прикасаться к тебе.

Мое сердце бешено колотилось.

— Уиллоу Дарлингтон?

— Да. Танцовщица.

— Почему ее не было в списке? — Етти бросил на Лео обвиняющий взгляд.

Я сосредоточился на Сальме, ткнув себя пальцем в грудь.

— Уиллоу специально просила вас не прикасаться ко мне?

— Ты знаешь Уиллоу?

— Да. Мы были… хм… одноклассниками.

Бен и Сальма расплылись в широких улыбках.

— Как чудесно. Она будет так рада снова тебя увидеть. Она с большой теплотой вспоминала о своем пребывании здесь, в Северных землях.

— Итак, я так понимаю, она говорила не обо мне конкретно, а обо всех мужчинах Севера? — Я снова спросил, потому что от мысли, что Уиллоу каким-то образом чувствовала себя собственницей по отношению ко мне, у меня закружилась голова.

— Да, это была общая рекомендация. Она сказала, что если я прикоснусь к кому-нибудь, это может привести к недоразумению и кому-то может быть больно.

— О, — мои плечи опустились. — Понимаю. Да, она права. Не трогайте никого. Так будет лучше.

— Как я и сказал. — Лео хлопнул меня по плечу, глядя на жителей Родины. — Вы в надежных руках у Соло, Етти и меня.

Сальма держалась поближе к Бену, но склонила голову в вежливом поклоне:

— Спасибо, Лео.

— Конечно. Давайте