Мы вместе ради кукурузы - Юлия Борисовна Жукова

это означало, что придётся остаться здесь. Когда эта мысль Риндора только посетила, он пригорюнился: жизни без леса он не представлял. По дороге сюда он насмотрелся на безжизненный ландшафт и просто не понимал, как можно тут было поселиться. Даже в долинах меж гор рос только берёзовый стланик и не звучало ни одной птичьей песни, а уж на скалистых склонах вообще кроме колючек и мха ничего не выживало.

Однако гора Азмараэз оказалась весьма зелёной, и теперь, глядя на ровный ковёр яблоневых крон, Риндор начал думать, что, может, не так уж всё и плохо. Да и такими хоромами, как здесь, в Финэрине он бы никогда не разжился, а все эльфы падки на красивое. Да и воздух тут как-то легче, несмотря на зачарование от ветра.

Риндор поймал себя на том, что испытывает даже некоторое восхищение морримами: в их жестоких условиях, в этом безжизненном краю создать такую красоту — это как надо было постараться! А они ведь вовсе не ходили на Запад и не видали даже того, как живут высокие эльфы за горами, не говоря уж о тех, что за морем. То есть всё придумали сами. И это впечатляло.

Риндор всё бродил между колонн и любовался пейзажем, когда одна створка двойных дверей приоткрылась, и внутрь шмыгнул какой-то моррим. Он показался смутно знакомым — для Риндора тёмные в основном были на одно лицо. Но вроде бы это был тот самый, что велел стражникам его пропустить. Однако почему он явился без стука?

Но не успел эльф спросить, как моррим внезапно бросился перед ним на колени, вцепился в край туники и надрывным шёпотом запричитал:

— Владыка, молю, спаси меня из этого ужасного места! Я буду служить вам верой и правдой до конца своих дней, только пожалуйста, давайте сбежим!

Риндор оторопело моргнул.

— Ты же тут работаешь. Разве нет?

Моррим закивал, не поднимая лица.

— Всё так, я управляющий у Её высочества. Но поймите, меня жестоко обманули! Принцесса только поначалу кажется такой любезной и понимающей, она мягко стелет, но спать потом очень жёстко! Эта эльфийка лживая и насквозь гнилая! Когда она звала меня на эту должность, что расписывала всё золотыми розами, улыбалась, а потом, когда обратного пути уже не было, я выяснил, что двух предыдущих управляющих она казнила!

— За что?! — изумился Риндор.

— Да ни за что! Просто повели себя как-то не так или не туда грушу посадили! Разонравились ей, в общем! И я уже чувствую, что тоже начинаю терять её фавор — она то и дело натравливает на меня своё чудовище, и рано или поздно я стану обедом! Я просто не могу так и дальше жить в постоянном страхе, молю, владыка, давайте уйдём прямо сейчас! Поймите, если я сбегу один, она пошлёт за мной войско, и меня убьют, я не смогу оторваться. Но вы — иноземный принц, и вас она не посмеет убивать! Пожалуйста, дайте мне шанс! Вы не пожалеете!

Риндор пытался осознать услышанное. С одной стороны, эльфишек вроде этого управляющего он повидал. Трусоватый, обещает верность до погребальной ладьи, однако Азмараэз он тоже, наверное, что-то такое пообещал, а теперь намылился бежать.

Однако то, что описал этот управляющий, очень хорошо ложилось на собственные представления Риндора о морримах. И в то, что Азмараэз ни с того ни с сего воспылала к нему страстью, Риндор не верил. Страсть — это не про морримов. А вот что принцесса расставила силки, положила приманку и потирает коварные когтистые ручки в ожидании того, когда у Риндора не станет пути назад, и можно будет над ним всласть поиздеваться — вот это было больше похоже на правду.

Однако какой у него выбор? Никакой другой морримской принцессы Риндор не знал, да и даже где искать их дворцы — не представлял. Если Азма отказалась помогать ему в поисках подходящего супруга, а вызвалась сама, то Риндор с этим ничего поделать не мог. А не жениться он тоже не мог — кому он нужен с гейсом? Так хоть какой-то шанс на нормальную жизнь. В конце концов, чудовища он точно не боялся. Ну и если что, можно сбежать уже после свадьбы. Но точно не до.

— Вот что, — сказал он, борясь с желанием надавать по цепким пальчикам, комкающим подол его туники. — До свадьбы никак. После — можно будет подумать. Но, наверное, не сразу. Так что если у тебя есть другие варианты, попробуй их.

— Но владыка! Молю! Что если вы не переживёте свадьбу?!

— С чего это? — опешил Риндор.

— Говорю вам, она опасна! И этот её подземный алтарь… Оттуда не возвращаются! Подземелья кишат голодными чудищами, вы не справитесь с ними один!

Моррим наконец поднял лицо и состроил умоляющую мину, но в следующий момент с диким воплем отпрыгнул в сторону и взлетел по колонне до самого потолка. Вконец обалдевший Риндор глянул на себя в ростовое зеркало на одной из стен — что такое увидел в его лице моррим, что так испугался? И понял, что у него из-под волос снова вылез Гвиник. Похоже, представление о чудовищах у этого парня какие-то мелкокалиберные…

— Если ты будешь так орать, у нас с тобой конспирации не получится, — заметил Риндор. — И ты зря думаешь, что паук за тобой на столб не залезет. Давай убирайся, пока я его отвлекаю.

Всхлипывая и бранясь, управляющий сполз по колонне и вымелся за дверь. Риндор её плотно закрыл. Хватит с него гостей.

Но вообще это интересно. Хоть морримы и живут в горах или даже под горами, как считалось, в случае опасности всё равно первый инстинкт — не в пол забуриться, а залезть на что-то стоячее и цилиндрическое. Надо думать, всем эльфам исконно присуща тяга к деревьям…

***

Утром вошедший без стука слуга принёс Риндору свадебное облачение — белую шёлковую мантию, вышитую золотом. К счастью, под мантию предполагалось надеть штаны — широченные, в складочку, с волочащимися сзади удлинёнными краями штанин, но несомненно — штаны. Только это спасло Риндора от конфуза, когда посреди его переодевания в дверь без стука вошли две какие-то морримки.

Нет, решил Риндор, тут, конечно, красиво, но вот тема дверей в Эредморе точно не раскрыта. Настолько, что после свадьбы Риндор, пожалуй, съездит домой и закажет какому-нибудь финэринскому мастеру нормальные двери из железного дуба и с таким засовом, чтобы моррим скорее об эту дверь бы