После развода. Дочки-витаминки от бывшего мужа - Ольга Тимофеева

Хотела оставить без комментариев, но куда уж теперь.

— Так что случилось? — кивает Давид, когда мы наконец остаемся наедине.

— Он тебе все рассказал.

— Ну, что-то я не особо верю, что ты прямо воровала.

— Подставили меня. Кто не знаю, да и все равно.

— А чего это все равно? Давай разберемся.

— Да ну их. Эта крыса там же все равно осталась. Он сам себя накажет тем, что этот человек все равно предаст его. Может, чуть позже просто.

— Слушай, а давай-ка мы с тобой сходим в кафе пообедать на неделе? Заодно проанализируем, как там что?

— Я не хочу там появляться. Чтобы вот так, как сегодня выслушивать.

— Ты не одна будешь, со мной. И если нам что-то не понравится, то мы это все изложим им письменно куда надо. Неужели у тебя нет желания чуть-чуть им отомстить.

Подло так играет моими тайными желаниями поджечь это место.

— По глазам вижу, что хочешь, — улыбается Давид.

— Давай сначала откроемся, наладим все, потом по кафе разъезжать будем.

— Резонно, — лезет в карман и достает телефон.

Говорит с кем-то по доставке.

— Там у них загруженность большая сейчас, только к пяти привезут все, что мы заказали. Ты вечером можешь подойти помочь расставить, просто это твоя была идея с уголком и детской, не хочу двойную работу делать.

Да уж… он там наделает. Все наоборот.

— Ты как вечером, свободна?

— Я свободна. Но со мной будет два эксперта. Если тебя это не смущает.

— Им тоже платить надо?

— Ну, там… возможно отделаешься мороженым.

— Аааа… — улыбается, — а муж не может с ними посидеть?

Муж? Ах, муж… точно…

— Муж все равно допоздна на работе.

— Рано уезжает, поздно приезжает. Когда же вы видитесь?

— Вся ночь для этого есть.

— Хорошо, приходи со своими экспертами. Будет им мороженое.

Глава 19. Медуза Грагона

— Слушай, интересно. Ты тут до этого говорила, что с мужем вечером куда-то собираетесь. А сейчас говоришь, что он допоздна на работе. Как будто где-то не договариваешь.

Вот черт.

Говорила мне мама, что вру я так себе. Потом все забываю и палюсь, как первоклассница.

— Так… отложу уже вечер ради работы.

Блин, сейчас точно что-то поймет.

Вечером, как и обещала Давиду, приходим в кафе.

Девочки резко останавливаются еще у входа.

Вита мгновенно скрещивает руки на груди.

— Ну, все. Я в это кафе не пойду.

— Мы же договорились помочь.

Амина смотрит на сестру, потом на меня, затем опять вверх. Складываются в разочарованный бантик.

— Мам, а где Витаминки?

Ах.… вот оно что.

— Девчонки, вывеску обязательно поменяют, это временно, тети Ленин муж сказал нам сделает по вашему рисунку. Просто еще не успели.

— Вау, — губки-бантики у Аминки сразу веселеют.

— А дед говорит, что когда временно, то это навсегда, — Вита тяжело вздыхает и качает головой, как маленький мудрец.

— Эту точно заменим, я сама тут работать не буду, если па… Давид, не поменяет вывеску.

— Если он не поменяет, я сама возьму маркер и напишу там "Витаминки". И пусть только попробует стереть!

— Ну что? — выходит Давид, — Решаете, а не оставить ли это?

— Нет, решаем, что если не поменяют, то придется рисунок на обоях приклеить, — натягиваю улыбку и мимо него иду в кафе.

Амина первой срывается с места и начинает носиться по залу, размахивая руками.

— Маааам, крашота! Прям как у пьинцешшы! — проносится мимо Давида.

— Амина, осторожно, не разбей ничего!

Вита молчит. Стоит у входа с таким видом, словно оценивает ремонт не по дизайну, а по уголовному кодексу. Все ли тут соблюдены меры безопасности. Точно юрист будущий.

— Что скажешь, прокурор? — Давид присаживается перед Витой и улыбается.

Она медленно оглядывается и хмурится.

— Столы слишком близко. У нас в саду так стояли, так все толкались только.

Я переглядываюсь с Давидом. Он сдерживает улыбку и поднимает брови.

— Исправим.

— И самое главное, — продолжает моя экспертша, — где игровая зона?

— Вон там, — Давид показывает угол с небольшим ковриком и парой игрушек.

Вита медленно разворачивается и смотрит на него с таким выражением лица, что я даже вздрагиваю. Откуда в ней столько суровости?

— Это не зона, это позор. Ты вообще с детьми общался когда-нибудь? Тут две игрушки и коврик. Как они это делить будут. Надо такое, чтобы все могли играть. Фломастеры там…

Я прикусываю губу, а Амина несется к нам.

— Мам, шмотри, какой миленький зайка!

— Это не зайка, это жалость одна, — вздыхает Вита.

— Ты шкалопендра, — надувает губы Амина. — Он мягкий и красивый.

— А ты… а ты… медуза грагона, — отвечает ей Вита.

— Сама грагона.

— Цыц, — пристунивает их Давид, — вон там коробки картонные видишь? — кивает Вите.

— Да.

— Выбери оттуда то, что считаешь надо положить в игровую зону.

— Я?

— Ну ты же у меня эксперт по детским кафе?

— Да!

— Беги, грагона.

Витка оживает и убегает.

— А я? — надувает губы Амина.

— И ты иди, будешь помощником прокурора. Все мне докладывай, — подмигивает ей.

Она немного по-детски, но тоже подыгрывает и щурит один глаз.

— Дай пять, — протягивает ей руку, а Амина в ответ кладет ему свою на ладонь.

“Пять” мы не даем, мы же прынцессы.

Давид подносит ее ручку к губам и целует. Разбалует мне их.

Амина убегает за сестрой.

— Аристократка растет, — Давид поднимается и разворачивается ко мне, — ну все, я со всеми договорился. Может, кофейку выпьем?

— Сколько?

— Что сколько?

— Стоит сколько?