Измена дракона. Ненужная жена больше не плачет - Ангелина Сантос

чем можно скрыть повязку, но не метку.Служанка испуганно кивнула и бросилась к шкафам.Эйран сказал:— Зачем не скрывать метку?— Потому что если враг уже знает о ней, прятать поздно. Пусть все видят: я не стыжусь права, которое проснулось во мне.Орден произнес почти с уважением:— Леди Эстера сказала бы так же.Марина посмотрела на шкатулку.— Надеюсь, у нее был лучше аппетит.Ферн сунул ей в руку чашку.— Пейте. Иначе я сам привяжу вас к креслу и скажу Совету, что леди Дрейкхолд временно победила разум, но проиграла телу.Марина послушно выпила горький настой.Через двадцать минут Мира помогала ей застегивать темно-серое платье. Платье было не роскошным, но строгим, с узкими рукавами и серебряной вышивкой у воротника. Повязку сменили на чистую, тонкую, поверх запястья надели широкий браслет леди Эстеры — черненое серебро в виде сложенного крыла. Метка осталась видна ниже браслета: черная, острая, живая.Марина посмотрела в зеркало.Из отражения на нее смотрела Ливия Дрейкхолд.Бледная. Слишком худая. С темными кругами под глазами.Но уже не сломанная.Не прежняя.Мира тихо сказала:— Миледи, вы красивая.Марина усмехнулась.— Сейчас важнее, чтобы я выглядела опасной.— И это тоже.Они обе на миг улыбнулись.Потом дверь открылась, и вошел Эйран.Он переоделся. Черный парадный камзол, серебряная цепь главы рода на груди, волосы убраны, лицо жесткое. Великий дракон Севера вернулся на место.Только теперь Марина знала: под этой броней полно трещин.Он остановился, увидев ее.Взгляд скользнул по платью, по бледному лицу, по метке на руке. Задержался чуть дольше, чем требовалось.— Что? — спросила Марина.— Вы похожи на хозяйку этого дома.— Неприятность за неприятностью.— Для некоторых — да.Он подошел и протянул руку.Марина посмотрела на нее.— Я не прощаю вас.— Я не просил.— И не доверяю.— Знаю.— Если вы попробуете закрыть мне рот перед Мариусом…— Не попробую.Она медленно вложила пальцы в его ладонь.Горячую. Сильную. Опасно надежную, если забыть, кому она принадлежит.Марина не забыла.Но оперлась.Потому что иногда врага используют как перила на лестнице, если лестница ведет к еще большему врагу.В большой зал они вошли не в кресле.Эйран настоял бы на кресле. Ферн проклял бы ее до седьмого колена. Мира, наверное, расплакалась бы.Но Марина выбрала другое.Она шла сама.Медленно. С опорой на руку Эйрана. С Мирамиными испуганными глазами за спиной и недовольным Ферном чуть поодаль. Каждый шаг отдавался слабостью, но зал видел не это.Зал видел законную леди Дрейкхолд рядом с главой рода.Зал видел метку на ее руке.Зал видел, что после измены, крови и слухов она не спряталась.В большом зале уже собрались люди.У черного камина стояла Ровена. Лицо ее было непроницаемым.У колонн — Кай Дрейкхолд, младший брат Эйрана. Марина узнала его из памяти Ливии: темноволосый, чуть легче чертами, с насмешливым взглядом, в котором сейчас не было ни капли насмешки.Селесты не было.Зато в центре зала стоял Мариус Вирн.Он оказался именно таким, каким всплыл в памяти: высокий, седой, благородный. В темно-зеленом плаще с серебряной застежкой, с аккуратной бородой, с глазами внимательного человека, умеющего слушать так, чтобы собеседник сам выдал лишнее. Рядом с ним — двое свидетелей Совета в серых мантиях.Мариус поклонился.Глубоко.Почтительно.Слишком правильно.— Лорд Дрейкхолд. Леди Дрейкхолд. Рад видеть вас в добром здравии, миледи. До Совета дошли тревожные вести.Марина остановилась рядом с Эйраном.— Как быстро они дошли. У ваших вестей хорошие ноги, лорд Вирн.В зале стало тихо.Кай у колонны чуть приподнял бровь.Мариус улыбнулся мягко.— В такие времена важно действовать без промедления.— Особенно если промедление дает жертве время заговорить.Свидетели Совета переглянулись.Эйран не остановил ее.Мариус посмотрел на него, потом снова на Марину.— Вы расстроены. Это понятно.— Нет, лорд Вирн. Я очень спокойна. Поэтому выбирайте следующие слова осторожнее.Улыбка Мариуса осталась на месте, но глаза стали холоднее.— Совет крыльев получил сообщение, что у вас проявился знак, который может указывать на опасное вмешательство в брачную клятву. Также есть сведения о вашем неустойчивом состоянии после вчерашнего несчастья.— Несчастья?— Так было сказано.— Кем?Он развел руками.— Сообщение пришло без подписи.— Как удобно. У нас в доме сегодня много удобных безымянных вещей: записки, слухи, вина.Мариус чуть склонил голову.— Именно поэтому Совет поручил мне немедленно оценить положение и, если потребуется, назначить слушание.Эйран произнес:— Я сам отправлял требование о созыве Совета.— Оно прибыло почти одновременно с первым сообщением, милорд. Совет принял ваше требование. Но обстоятельства серьезны.— Говорите прямо.Мариус повернулся к свидетелям, затем снова к ним.— На основании пробуждения спорного знака, слухов о попытке леди Дрейкхолд причинить себе вред, обвинений в адрес леди Селесты Вирн и угрозы Сердцу рода Совет крыльев назначает предварительное заседание завтра на рассвете.Марина сжала пальцы на руке Эйрана.Не от страха. Чтобы устоять.— А Суд крови?Мариус посмотрел на нее почти ласково.— Если вы будете настаивать на требовании, миледи, Совет готов рассмотреть его. Но я обязан предупредить: ложное обвинение против драконьего рода, дома Вирн или главы рода Дрейкхолд будет иметь последствия.— Для меня?— Для всех, кто поддержит ложь.Эйран шагнул вперед:— Осторожнее, Мариус.— Я говорю от имени Совета.— Тогда говорите точнее.Мариус склонил голову.— Разумеется.Марина подняла руку с меткой.— Я требую Суд крови. На основании подделки брачных записей, возможного запечатывания моего дара, поддельных писем, сонной вербены, принесенной мне из южного крыла, и угрозы Сердцу рода.Ровена едва слышно вдохнула.Кай у колонны выпрямился.Мариус смотрел на метку, и Марина впервые увидела в его глазах не расчет.Злость.Мгновенную. Глубокую. Спрятанную почти сразу.— Смелое требование, миледи.— Нет. Смелым было думать, что я не выживу.В зале кто-то шевельнулся.Эйран стоял рядом, горячий и неподвижный, как стена у огня.Мариус медленно сказал:— Совет предоставит вам срок.Марина не моргнула.— Семь дней.— Три.— Семь, — сказал Эйран.Мариус перевел взгляд на него.— Милорд, с учетом угрозы Сердцу…— Именно с учетом угрозы Сердцу моя супруга получает полный срок, положенный древним правом.— Вы уверены, что хотите поддержать это требование?Эйран ответил не сразу.И за этот короткий миг Марина успела понять, насколько важен его ответ. Он выбирал не между женой и любовницей. Не между виной и удобством. Он выбирал, позволит ли Совету превратить ее в безумную женщину до того, как она заговорит.— Да, — сказал он.Одно слово.В зале оно прозвучало как удар печати.Мариус улыбнулся.— В таком случае Совет дает леди Ливии Арден Дрейкхолд семь дней. Если за этот срок доказательства не будут представлены, ее требование признают ложным, знак — опасным и подлежащим изъятию из брачной клятвы.— Что значит изъятию? — спросила Марина.Мариус посмотрел на нее почти с сожалением.— Иногда опасную метку приходится выжигать.Мира тихо вскрикнула за спиной.Эйран сделал такое движение, что свидетели Совета отступили на полшага.Но Марина не отвела взгляда от Мариуса.Теперь