Непокорный трофей для Дракона-завоевателя - Адриана Вайс

Его сильные руки грубо, но поразительно быстро и цепко ощупывают мои плечи и руки, сканируя на наличие серьезных ран. Жар его тела и терпкий запах полыни мгновенно окутывают меня, подавляя волю.

— Опять ты, Вейн?! — рычит он так, что у меня вибрирует в груди. — Какого дьявола ты здесь устроила?!

Мои мысли несутся вскачь.

Я не могу сказать ему правду! Если я отвечу: «Я искала свою соседку, которая скорее всего и сделала бомбу, которая нас едва не убила, а вместо нее натолкулась на еще одного убийцу!» — Сальватор поднимет на дыбы всю Академию. Он найдет Миру и казнит ее на месте, даже не разбираясь.

Я потеряю единственный шанс узнать, что здесь творится и кто за этим стоит!

Нет, мне нужно время!

Я принимаю единственное возможное решение. Мне придется лгать. Снова.

— Мне не спалось! — дерзко вру я, с силой вырывая свои руки из его стальной хватки, чтобы он не почувствовал, как меня трясет. Я вскидываю подбородок, глядя прямо в его пылающие глаза. — Я пришла сюда за книгой по артефакторике, чтобы подготовиться к занятиям, а на меня кто-то напал из темноты!

— Кто это был?! — снова рычит он, нависая надо мной, его лицо оказывается в опасной близости от моего.

— Я не видела лица! — выкрикиваю я в ответ. — Там было темно, и он был в маске! Он пытался меня задушить!

Сальватор замирает.

Его глаза сужаются в две опасные, ледяные щели. Он медленно, шумно втягивает носом воздух, склоняясь к моей шее.

Драконье обоняние не обманешь.

— Ты лжешь, Вейн, — его голос внезапно падает до вибрирующего, смертоносного шепота, от которого по моей спине бежит ледяная дрожь.

Сальватор делает шаг вперед, буквально впечатывая меня спиной в уцелевший книжный стеллаж. Его руки ложатся по обе стороны от моей головы, отрезая любые пути к отступлению.

— Ты никуда не пойдешь, пока не скажешь мне правду, — чеканит он, глядя на мои губы, а затем поднимая взгляд к глазам. — Ты притягиваешь смерть, Вейн. Взрыв в хранилище, на осмотре, а теперь еще и нападение в закрытой на ночь библиотеке, куда ты, якобы, пошла посреди комендантского часа за книжкой.

Его лицо оказывается так близко, что я чувствую его дыхание на своих губах.

— Что ты скрываешь от меня?!

19. Удар истинности

— Что ты скрываешь от меня?! — хриплый, смертоносный шепот Сальватора обжигает мои губы.

Он нависает надо мной, вдавливая меня в обгоревший стеллаж.

Животный страх сковывает внутренности, но вместо того, чтобы сломаться, я чувствую, как внутри поднимается дикая, отчаянная злость.

Я вскидываю голову, встречая его обжигающий золотой взгляд, и отчаянно иду в наступление.

— Вы ищете врагов не там, лорд Сальватор! — выплевываю я ему прямо в лицо. — По вашей идеальной Академии, которую вы теперь считаете своей собственностью, разгуливает не пойми кто! Убийца, нападающий на студенток в темноте! Вы заперли нас здесь, но безопасности нет никакой! При лорде Фернене такого бардака и кровопролития не было. Он умел защищать своих людей!

Слова срываются с губ быстрее, чем я успеваю их обдумать. Это моя личная боль.

Лицо Сальватора мгновенно каменеет.

Золото в его глазах темнеет, превращаясь в расплавленный свинец. Я жду, что сейчас он ударит меня или испепелит за одно только упоминание имени его врага.

Но вместо яростного крика раздается его низкий, рокочущий голос:

— Фернен был упрямым гордецом. Но я признаю его. Он знал цену чести, — жестко, с пугающим уважением чеканит Завоеватель. — И я не желаю, чтобы ты использовала имя достойного врага, чтобы прикрыть свою жалкую ложь, девчонка!

Эти слова выбивают у меня почву из-под ног.

Что?.. Убийца… уважает свою жертву?!

Я в шоке хлопаю ресницами, забыв, как дышать.

Он казнил моего отца, но сейчас говорит о нем так, словно лорд Фернен был равным ему воином!

В моей голове все переворачивается, образуя звенящую, болезненную пустоту.

Моя секундная заминка и растерянность становятся для Сальватора сигналом. Он теряет остатки терпения.

Разозленный моей упрямой дерзостью, он делает резкий выпад.

Его огромные ладони в черных перчатках с силой сжимают мои плечи, прижимая меня к себе так близко, что наши тела сливаются воедино.

— Говори правду! — рычит он.

Воздух вокруг нас мгновенно раскаляется. Его темная, подавляющая драконья магия вспыхивает от ярости, намереваясь сломить мою волю, раздавить мое сопротивление.

И в этот самый момент происходит нечто невообразимое.

Моя кровь вспыхивает.

Я могу лишь подсознательно догадываться, что агрессивная боевая магия Сальватора, направленная на меня, вступает в прямую реакцию с меткой на моем левом плече, скрытой под слоем бинтов.

Метка Истинности распознает угрозу своему носителю и… меня прошибает такой мощный электрический разряд, что из моего горла вырывается пронзительный вскрик.

Искры — золотые и серебряные — брызгают во все стороны.

БАМ!

Но и Сальватора буквально отбрасывает от меня на полшага!

Мощный, невидимый магический щит отшвыривает Высшего Дракона, разрывая его хватку.

Он пошатывается. В библиотеке повисает звенящая, гробовая тишина.

Я сползаю по стеллажу, тяжело дыша, а Сальватор застывает посреди библиотеки. Он потрясенно, не веря своим глазам, смотрит на свои собственные широкие ладони. От них исходит легкий дымок.

Его лицо — это картина абсолютного шока.

Его собственная сила… его родная магия только что ударила его самого, чтобы защитить меня?!

— Почему… — хрипло выдыхает он, поднимая на меня ошарашенный, потемневший взгляд.

Я не жду, пока он найдет ответ. Я не даю ему опомниться.

Пользуясь его секундным замешательством, я ныряю под руку ближайшего стражника и со всех ног бросаюсь в спасительную темноту коридора.

— Стоять! — ревет Сальватор у меня за спиной, приходя в себя, но я уже заворачиваю за угол.

Я мчусь по темным, холодным галереям Академии, не разбирая дороги.

Сердце колотится где-то в горле, легкие горят от нехватки воздуха. Шаги стражи эхом разносятся позади.

Они ищут меня.

Вдруг, когда я пробегаю мимо глубокой ниши, скрытой тяжелым гобеленом, чья-то рука высовывается из темноты, железной хваткой цепляет меня за локоть и резко затягивает в узкий, пыльный тайный проход.

Я хочу закричать, но мне грубо зажимают рот.

— Тихо! Это я! — раздается над ухом панический, срывающийся шепот Архимага Валериуса.

Он отпускает меня, и я сползаю по холодной стене, судорожно глотая пыльный воздух.

Валериус зажигает на ладони крошечный магический светляк. Его лицо перекошено от ужаса и гнева.

— Ты опять что-то натворила?! — шипит Архимаг, трясясь от нервного напряжения. — Я почувствовал всплеск твоей высшей магии в другом крыле Академии! Ты обещала не