Непокорный трофей для Дракона-завоевателя - Адриана Вайс

— На меня напали… там был убийца… а потом Сальватор… — пытаюсь выдавить я, но слова путаются.

В пылу жестокой схватки в библиотеке, удушья и этого магического разряда моя грубая серая мантия окончательно порвалась. Ворот рубашки съехал. Бинты, которыми Мира так старательно заматывала мое плечо, ослабли, размотались и теперь жалкими, грязными лентами свисают вниз.

Тусклый свет магического светляка падает прямо на мое плечо.

Туда, где на бледной коже, пульсируя расплавленным золотом и чернилами, горит изящный герб Дракона, обвивающего меч.

Слова застревают у Валериуса в горле.

Я вижу, как вся кровь до единой капли отливает от его лица, делая его похожим на мертвеца. Его глаза расширяются от суеверного ужаса. Он медленно, трясущейся рукой указывает на мое плечо.

— Боги милосердные… — сипло, не своим голосом шепчет Валериус. Его колени подкашиваются, и он тяжело опирается спиной о противоположную стену. — Метка Истинной. Ты… пара Сальватора?

Это звучит как приговор. Как крышка гроба, которая только что захлопнулась над моей головой.

Слезы, которые я так долго сдерживала, прорываются наружу. Злые, горькие слезы абсолютного бессилия.

— Да! — всхлипываю я, закрывая лицо дрожащими руками. — Я пара этого чудовища! Я связана с тем, кто казнил моего отца! И я ненавижу себя за это!

Валериус смотрит на меня в таком глубоком шоке, что кажется, сейчас упадет в обморок.

Ситуация безвыходная. Мы оба понимаем: если Сальватор узнает, что его Истинная — это Аделина Фернен, живой отсюда не выйду ни я, ни Архимаг, покрывавший ее.

Меня трясет от рыданий.

Я судорожно лезу в карман изодранной мантии, чтобы достать хоть какой-то платок и вытереть глаза, но мои немеющие пальцы вместе с платком вытаскивают еще кое что.

С негромким металлическим звоном из моего кармана на каменный пол выпадает тяжелая пуговица.

Та самая, которую я оторвала от камзола человека, пытавшегося задушить меня полчаса назад.

Она катится по камням и останавливается прямо у носков сапог Валериуса.

Архимаг, все еще находясь в шоке от моей метки, машинально опускает взгляд.

Он наклоняется и поднимает металлическую деталь.

Едва светляк освещает выгравированный на пуговице рисунок, Валериус резко втягивает воздух. Ужас в его глазах сменяется непониманием.

— Откуда это у тебя? — одними губами спрашивает он, переводя на меня настороженный взгляд.

— Я сорвала ее с того, кто пытался убить меня в библиотеке, — глотая слезы, отвечаю я. — Вы знаете, чья она?

20. Темная вуаль

Архимаг поднимает на меня взгляд, полный такого неподдельного ужаса, что мне становится трудно дышать.

— Знаю… Это пуговица с форменного камзола «Стальных Виверн», Аделина.

Я непонимающе хмурюсь.

— Кого?

— Это закрытый, элитный клуб старшекурсников боевого факультета, — глухо поясняет старик, и каждое его слово падает, как камень. — Лучшие из лучших. Аристократы с огромным резервом, которых готовят в гвардию самых высоких чинов.

Моя кровь стремительно леденеет.

— Значит... меня пытался убить студент?

— Не просто студент, Аделина! Элита! — Валериус хватает меня за плечи. — Тот, у кого есть допуск в закрытые секции, физическая сила взрослого тренированного воина и связи! И самое страшное... из-за объявленного Сальватором карантина он никуда не сбежал. Он все еще заперт вместе с нами в этих стенах!

Я осознаю масштаб катастрофы, и мне становится физически дурно.

— Вспомни, — глаза Архимага лихорадочно блестят. — Может, ты запомнила еще хоть что-то? Лицо? Оружие? Любая деталь может спасти нам жизнь.

— Было слишком темно, — я судорожно качаю головой, восстанавливая в памяти секунды схватки. — Но... когда он пытался меня задушить, я ударила его магией. Своим драконьим пламенем! Я попала прямо по его рукам. У него должны быть ожоги!

Глаза Валериуса вспыхивают надеждой.

— Это сужает круг! В клубе «Стальных Виверн» всего пара десятков парней. Найти среди них того, кто прячет обожженные руки, вполне реально!

Он делает шаг назад, нервно потирая подбородок.

— Слушай меня, Аделина. Ты сейчас же возвращаешься в свою комнату. Запираешься изнутри и не высовываешься. Я сам пойду к Сальватору. Мы инициируем проверку боевого факультета и найдем диверсанта…

— Нет! — резко перебиваю я.

— Что «нет»?!

— Я не буду сидеть и ждать! — мой голос дрожит от ярости и отчаяния. — Вы не понимаете! Убийца как-то связан с моей соседкой. Мира исчезла! В ее вещах я нашла заготовку для похожей темной бомбы, что взорвалась у меня в руках! Я должна во всем разобраться сама, это касается меня в первую очередь!

— Ты сошла с ума?! — шипит Валериус.

— Если Сальватор поймает этого типа или Миру первым... — я делаю шаг к Архимагу, глядя ему прямо в глаза. — если их начнут допрашивать, Сальватор узнает все! Он поймет что я на самом деле Фернер!

Валериус открывает рот, но не находит что ответить.

Воздух между нами становится тяжелым. Мы оба знаем, что я права.

Если Сальватор доберется до правды через них, мне конец.

Я должна найти их первой, чтобы окончательно во всем разобраться.

— Хорошо, — после долгой паузы сдается старик, тяжело вздыхая. — Но у нас есть проблема куда страшнее диверсантов. Твоя метка.

Я рефлекторно прижимаю ладонь к обнаженному плечу, где всё еще слабо пульсирует золотом проклятый герб Завоевателя.

— Сальватор уже должен был почуять связь, — мрачно констатирует Архимаг. — А раз так, эти тряпки тебе больше не помогут. Завтра он заставит тебя раздеться, чтобы доказать себе, что ты его Истинная.

От его слов меня пробирает ледяной озноб.

— И что нам делать? Вы можете ее спрятать?

— Могу. Но цена тебе не понравится.

Валериус подходит вплотную ко мне. Его пальцы начинают плести сложный, темный узор магии Иллюзий.

— Это заклинание «Теневой вуали». Древняя, очень жестокая магия, — шепчет он. — Она создаст на твоем плече идеальную иллюзию чистой кожи. Так просто это заклинание не обнаружить.

— Делайте! — решительно киваю я.

— Дослушай! — Валериус смотрит на меня с искренней жалостью. — Вуаль не питается моим резервом. Она будет питаться твоей болью, Аделина. Чтобы иллюзия держалась, она будет доставлять тебе физическую боль каждую секунду, пока заклинание активно. Это будет ощущаться так, словно к твоей коже приложили раскаленное клеймо. И главное...

Он делает многозначительную паузу.

— Магия вуали хрупка перед драконьей мощью. Она мгновенно спадет, если Сальватор коснется этого места своей голой кожей. Его драконье пламя сожжет мою иллюзию вмиг.

Я сглатываю вставший в горле ком. Постоянная боль и страх разоблачения от одного касания.

Но разве у меня есть выбор?

— Я согласна, — твердо говорю я. — Накладывайте вуаль.

Валериус тяжело вздыхает и прикладывает светящиеся пальцы прямо к метке на моем плече.

В ту же секунду из моего горла