Очешуенная история, или Драконья распродажа в Аргарии - Ника Калиновская

меня неожиданной тишиной. Ни толпы придворных, ни вездесущих советников, ни даже стражи у стен. Почти пусто. Лишь один человек — мой отец — стоял у высокого окна, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел куда-то вдаль, будто пытался разглядеть, не растут ли за горизонтом новые проблемы.

Я сделала шаг внутрь — пол под ногами едва слышно скрипнул, — и в тот же миг Его Величество обернулся. Лицо короля сразу изменилось: в глазах мелькнуло облегчение, плечи чуть опустились, и он с выдохом шагнул вперёд.

— Ты что-то хотел? — спокойно спросила я. Когда никого постороннего рядом не было, мы вполне могли себе позволить обойтись без официальных титулов и церемоний, к счастью.

— Алисандра! Где ты пропадала?! Я едва не потерял тебя! — вспыхнул отец, и я едва удержалась от закатывания глаз.

Ну вот, опять. Драма, паника, трагедия столетия. Хотя... Я сбегала с приёма? Да. В который раз? Наверное, в сорок восьмой. И что? Разве это новость?

— Папа, я всего лишь ушла на пять минут… — начала, но правитель перебил:

— Без сопровождения. Без предупреждения. Во дворце. В такой день.

Я тихо вздохнула и скрестила руки на груди.

— Ты, как всегда, преувеличиваешь, — сказала я мягче, чем могла бы. В его голосе звучала не только раздражённость, но и явная тревога. А это уже не могло не задеть.

Мне стало интересно, что же случилось такого, что даже моя предсказуемая попытка улизнуть вызвала у монарха едва ли не панику.

— Или, наоборот, приуменьшаю, — ответил он уже тише, и голос прозвучал тяжелее, чем прежде. — Я всё это время старался уберечь тебя… Но теперь понял: лучше рассказать тебе всю правду.

Я удивлённо уставилась на отца, не сразу осознав, насколько серьёзно он это произнес. Щелчок пальцев — и по стенам зала пробежали тонкие магические искры. Легкое потрескивание, знакомое ощущение, будто воздух стал гуще. Помещение отрезало от внешнего мира, и оно моментально сжалось в кокон тишины.

Мгновение — и я поняла: нас действительно никто не услышит. Ни случайный придворный, ни невидимые уши, которые в любом дворце всегда есть.

— Пап, ты меня пугаешь, — тихо сказала я, подходя ближе. Он стоял напряжённо, не поворачиваясь. Я заглянула в лицо человека, державшего в руках королевство, пытаясь прочитать, что именно так его встревожило.

Несколько секунд Его Величество молчал. Потом медленно прошёл к одному из кресел и опустился, не так, как садятся монархи, а как человек, которому стало тяжело держать на плечах нечто большее, чем корону.

— Ты знаешь, Сандра, у всех представителей аристократии магия сильна. Это уже не тайна. И чем древнее род, тем глубже и опаснее может быть его сила. Особенно у женщин. У нас, по женской линии… — король поднял взгляд, и в нём на миг мелькнуло что-то почти священное, — передаётся дар, который способен менять не просто судьбы, а целые континенты. Истинная сила, древняя, как и само королевство.

Я застыла, не сразу поняв, к чему он клонит. Но отец уже продолжал, медленно, будто вспоминая каждое слово, каждый взгляд, каждый выбор.

— Твоя мама… Она тоже происходила из рода с такой же силой. Сильного, но скрытного. Когда мы познакомились, она была не просто прекрасной девушкой — она была носительницей энергии, которая могла, если её не сдерживать, поглотить целые города. Но ты бы её увидела тогда — юная Камелия всегда умела держать себя в руках. Словно льдинка с пламенем внутри.

Я села рядом, уже не перебивая. Он смотрел куда-то мимо, словно видел её прямо сейчас, в отблеске света на мраморе.

— Сначала Ками стала моей невестой. Потом — королевой. Никто не сомневался, что она справится. И я тоже не сомневался… пока не появились первые звоночки. Когда она забеременела тобой.

Монарх помолчал, сложив руки на коленях.

— Беременность никогда не была препятствием для женщин нашей крови. Магия обычно затихает, уступая место телу. Но с твоей матерью всё было иначе. Слишком рано начали происходить… всплески. То стены в покоях начинали дрожать от необъяснимых импульсов, то покрывало на ложе самовозгоралось прямо у нас на глазах. Она смеялась, говорила, что это просто «гормоны». А я… — он сжал пальцы в замок, — я слишком хотел ей верить. Не придал значения. Подумал — пройдёт.

Тяжёлый выдох сорвался с его губ.

— Но ты уже тогда была особенной, Алисандра. И мы слишком поздно это поняли.

Глава 8. Я не виноват, правда!

Кристоф Драгонийский

Меня наконец-то накормили. А ведь ещё несколько минут назад я и не подозревал, насколько успел проголодаться. Еда была простой, но вкусной — ни следа привычных аристократических излишеств, никаких странных специй, вызывающих подозрение, и, к счастью, никаких попыток меня отравить. Я ел молча, сосредоточенно, как будто каждую ложку нужно было заслужить. Слуга стоял неподалёку, бесшумный и терпеливый, дожидаясь, пока я доем.

А стоило мне отложить приборы, как он бесстрастно кивнул и жестом указал следовать за ним. Мы пересекли несколько коридоров и остановились у двери, за которой скрывалось помещение, внешне напоминавшее душевую кабинку. Только вот душ оказался не совсем обычным, а магическим. Видимо, кто-то особо умный решил не рисковать и не поручать моё омовение обычному слуге. Ошейник, кандалы — всё ещё при мне, но они не могли полностью защитить не владеющего магией трудягу.

Я шагнул внутрь и на мгновение застыл, не зная, чего ожидать. Но магия окутала меня мягко, словно тёплый пар. Лёгкие потоки энергии скользнули по коже, убирая грязь, пыль и усталость. Не просто чисто — свежо. Словно я не мылся, а подремал пару часов в уютной постели. Тело стало лёгким, и даже мыслей в голове поубавилось — настолько, что я чуть не заулыбался от неожиданного облегчения.

А когда я вышел, меня уже ждали с одеждой. Кожаные штаны, мягкая светлая рубаха — ничего лишнего, но на удивление удобно и, как по волшебству, в точности моего размера. Всё, как приказывала принцесса.

Я усмехнулся. Конечно, Алисандра не могла допустить, чтобы её подарок выглядел неряшливо. Представил её в очередной раз с этим её вычурно приподнятым подбородком и лёгкой, почти ленивой ноткой