Я пришел спасти злодейку, а она решила захватить мир - Е. Лань

Я отрезал себе еще кусок мяса, увлеченный рассказом.

— И моя сестра, Ю-Ри... О, это вообще отдельная история! В детстве она плакала, когда ей приходилось пройти лишние десять шагов. Мы думали, что она так и проживет всю жизнь в гамаке. А потом...

Я воодушевленно взмахнул кинжалом, отчего Лин Сюэ инстинктивно вжалась в ствол сосны.

— А потом она вышла замуж за Наследного Принца Ли Джина, нынешнего Императора! И представляете? Она спасла Дворец от мятежников, не вставая с кушетки! Её стратегический гений не знает равных, она видит насквозь любой заговор, и любую ложь. Ли Джин души в ней не чает, а её теневая разведка под командованием моего дяди Тэ-О контролирует каждый вздох в столице!

Я с гордостью посмотрел на Лин Сюэ, ожидая увидеть на её лице восхищение величием моего рода.

Но её лицо напоминало застывшую маску из белого воска. Глаза расширились так сильно, что стали казаться двумя черными дырами. Она не дышала, и что еще страшнее, даже не моргала.

— Госпожа Лин? — обеспокоенно позвал я, откладывая еду. — Вам дурно? Вы побледнели!

Девушка медленно, словно преодолевая невидимое сопротивление, покачала головой.

— Я... я просто... потрясена вашей историей, Господин Чон, — её голос прозвучал тихо и глухо. — Ваша семья... это... это легенда.

— О, не стоит таких высоких слов! Мы простые государственные служащие, честно выполняющие свой долг! — я скромно потупил взор, но грудь всё равно распирало от гордости. — И именно поэтому я здесь. Клан Чон не терпит несправедливости. Я клянусь вам, Лин Сюэ, моим мечом и честью моего отца: я не позволю ни одной тени коснуться вас. Я стану вашим щитом и разрублю любого, кто посмеет строить против вас козни!

Я ударил кулаком по груди, прямо по тому месту, где под доспехом билось мое искреннее, горячее сердце.

— Вы можете доверять мне полностью, со мной вы в абсолютной безопасности.

Лин Сюэ смотрела на меня. В её взгляде бушевала буря, которую я, в своей простоте, принял за глубокое душевное волнение и благодарность.

Она судорожно сглотнула, её губы дрогнули, складываясь в самую слабую и вымученную улыбку, которую я когда-либо видел.

— Я верю вам, Чон Мин-Хо, — прошептала она, и в её тоне мне послышалась фатальная обреченность. — Я верю каждому вашему слову.

Глава 14

POV Лин Сюэ

Дрова в костре весело трещали, выбрасывая в морозный воздух снопы ярких, рыжих искр, пламя жадно лизало сухие сосновые ветки, источая спасительное тепло.

Но, несмотря на это, я все равно замерзала.

Холод, сковавший мои внутренности, не имел ничего общего с северным ветром. Это был ледяной, парализующий ужас осознания.

Я сидела на бревне, кутаясь в пропахший зверем плащ, и чувствовала, как мой идеально выстроенный, циничный мир рушится, разлетаясь на мириады острых осколков, каждый из которых вонзался мне прямо в мозг.

Чон Хасо, Бог Войны, человек, чьи легионы могли стереть с лица земли целую провинцию за неделю. Юн Сора, «Леди Сталь», женщина-миф, чья теневая безжалостность была известна каждому убийце в Империи. Ли Джин, правящий Император, переживший десяток покушений и уничтоживший всех своих врагов с особой жестокостью. Чон Ю-Ри, Императрица, теневой кукловод, чья шпионская сеть была гуще, чем паутина в заброшенном храме.

И я, глава тайного ордена «Ночного Пепла», организации, которая последние три года активно портила кровь столичным чиновникам, сейчас сидела у костра с прямым наследником этой чудовищной, непобедимой семьи.

Я сидела напротив родного брата Императрицы.

Мой план... Мой гениальный, коварный план использовать этого дурачка как таран против Мастера Ма и других моих конкурентов, а затем изящно от него избавиться...

Этот план только что превратился в мой собственный смертный приговор.

«Если он споткнется и сломает ногу, пока несет мне чай... — лихорадочно пульсировала мысль в моей голове, — Императорская гвардия сожжет Север. Если я подставлю его, и он получит хоть царапину... Тэ-О и его "тени" найдут меня, даже если я зароюсь в ядро земли».

Я не просто приютила у себя бродячего рыцаря, а привязала себя к пороховой бочке, фитиль которой уже горел, и теперь моя судьба была в руках у человека, который бросает бамбуковые палочки в мух со скоростью звука!

Я не могу его использовать, не могу его убить и не могу от него сбежать, потому что он поклялся своей маниакальной честью защищать меня!

Осознание собственного бессилия обрушилось на меня с такой тяжестью, что мне захотелось взвыть в голос, уподобившись тому медведю, который сейчас мирно храпел у костра.

Я, Лин Сюэ, великий манипулятор, оказалась в заложниках у абсолютного, непробиваемого, лучезарного добра.

И мне придется стать для него нянькой.

Мне придется следить за каждым его шагом, чтобы этот энтузиаст не нашел на свою голову приключений, которые закончатся его гибелью и моей смертью на дворцовой площади.

Я медленно подняла взгляд на Мин-Хо.

Мужчина сидел по ту сторону огня. Огромный, расслабленный, сияющий той самой чистой, незамутненной радостью бытия, которая была мне недоступна.

Огонь освещал его мужественное, открытое лицо. Прямой нос, твердая линия подбородка, густые брови и глаза... Глаза, в которых не было ни капли той дворцовой грязи, в которой варилась его семья.

Он был оружием, выкованным богами, но наделенным душой наивного ребенка.

— Замерзли, Госпожа? — он заметил мой пристальный взгляд и мгновенно подобрался, его лицо озарилось искренней тревогой.

Он отстегнул от пояса свою флягу, обитую кожей, и протянул мне.

— Сделайте глоток. Это настойка на огненном корне, она обжигает горло, но разгоняет кровь быстрее, чем бег в гору.

Я посмотрела на флягу, а затем на его грубые пальцы, которые были в шрамах из-за тренировок, которые бережно держали её за горлышко, чтобы не коснуться того места, к которому я приложусь губами.

Он был таким... невыносимо правильным.

Моя рука медленно потянулась к фляге, мои холодные пальцы на мгновение коснулись его теплых костяшек.

И в этот миг, вопреки всей логике, вопреки моему ледяному расчету и инстинкту самосохранения, глубоко в моей груди, там, где должно было биться холодное сердце безжалостной убийцы, что-то дрогнуло.

Это была искра, крошечная, едва заметная искра тепла, проскочившая между нами.

Я никогда не встречала людей, которые смотрели на меня не как на инструмент, не как на угрозу или добычу. Он смотрел на меня как на драгоценность, которую нужно оберегать.

И это было так странно... и так пугающе приятно.

«Соберись, Сюэ, — мысленно дала я себе пощечину, с трудом отводя взгляд