Попаданка в тело уборщицы. Хозяйка дворцовых тайн - Виолетта Вейл

тяжёлое, неправильное ощущение, которое я уловила раньше, чем увидела тело. Оно лежало у дальнего края бассейна, на боку, неудобно подвернув руку под себя. Мужчина в тёмной одежде, с коротко остриженными волосами и серебряными застёжками на вороте, казался почти спящим, если смотреть издали. Но кровь, почти полностью смытая, всё ещё темнела тонкой дугой вдоль шва между плитами, и этого было достаточно.

Я остановилась так резко, что едва не налетела на Кайрена. Он молча присел возле мертвеца, коснулся шеи двумя пальцами — скорее по привычке, чем из надежды, — потом быстрым, цепким взглядом осмотрел ворот, руки, лицо, камень под телом. Я не двигалась. Меня не мутило, но в этой купальне смерть ощущалась не как случайность, а как часть тщательно продуманного действия. Здесь не было паники, хаоса или следов борьбы, которые оставляет внезапное убийство. Всё выглядело так, словно кто-то работал аккуратно и уверенно, а потом почти успел убрать за собой.

— Он мёртв давно? — спросила я тихо.

— Недостаточно, чтобы о нём уже должны были знать наверху, — ответил Кайрен. — Но достаточно, чтобы убийца был уверен: сюда никто не зайдёт без причины.

Я заставила себя подойти ближе. От тела пахло сыростью, металлом, кровью и тем самым сладковато-горьким следом, который я уже слишком хорошо научилась узнавать. Но было и что-то ещё — почти чистое, тонкое, холодное, как иней на лезвии. Подавление. Сдерживание. Не знаю, откуда во мне взялось это слово, но я поняла его сразу, ещё до того, как оформила мысль до конца.

— Его не просто убили, — тихо сказала я. — Перед этим его чем-то удерживали. Не руками. Магией.

Кайрен поднял на меня взгляд. Я опустилась на корточки, не касаясь тела и стараясь не задеть смытую кровь.

— Посмотрите на пальцы, — продолжила я. — Рука будто пыталась сжаться, но не смогла. И плечо… если бы он дрался по-настоящему, тут были бы другие следы. А здесь только судорога. И запах. Здесь не только ритуальный след. Тут есть что-то глушащее, будто ему сначала не дали сопротивляться, а уже потом убили.

Кайрен ничего не сказал, но я видела, что он слушает очень внимательно. Его взгляд скользнул на полуразогнутые пальцы, потом на шею, и только тогда я заметила под самым ухом маленькое тёмное пятнышко. След укола. Не порез, не укус, не случайная царапина. Что-то точное и аккуратное.

Я перевела взгляд на пол. Кровь смывали старательно, но неумело для того, кто действительно хотел исчезнуть бесследно. Вдоль бортика тянулись почти высохшие разводы, на белом камне оставались круговые движения тряпки, а тело явно переворачивали уже после смерти. Чем дольше я смотрела, тем отчётливее проступала последовательность: здесь пролили воду, здесь вытирали, здесь пытались сделать вид, будто крови было больше, чем на самом деле. И именно это вдруг показалось мне самым странным.

— Его убили не здесь, — сказала я. — Точнее, не совсем здесь. Основной удар или яд был раньше. В этой комнате слишком мало крови для смерти на месте. Но её пытались показать больше. Как будто хотели, чтобы тот, кто найдёт тело, подумал об одном, а не о другом.

Кайрен медленно выпрямился. На миг в его лице мелькнуло то самое опасное сосредоточение, которое означало: моя догадка попала куда-то очень близко.

— Интересно, — произнёс он.

— Это хорошее “интересно” или плохое?

— В нашем случае других не бывает.

Он отошёл к нише у стены, осмотрел медную чашу, потом одну из труб, как будто искал не вещи, а логику чужого присутствия. Я продолжала смотреть на мертвеца, и с каждой секундой ощущение в купальне становилось всё сильнее. Не страх. Не жалость. Намерение. Этого человека не просто убрали. Его убрали так, чтобы он стал знаком. Предупреждением. Или приманкой.

— Кто он? — спросила я.

— Младший маг Зеркальной канцелярии, — ответил Кайрен. — Работал с печатями доступа и архивными отражениями. Достаточно низко, чтобы его можно было убрать не сразу заметно. И достаточно высоко, чтобы смерть не была случайной.

Я снова посмотрела на след укола под ухом.

— Это яд?

— Возможно. Или подавляющий состав перед допросом, — отозвался он. — Орвен любит подобные методы.

Имя магистра прозвучало в холодной купальне особенно резко. От него будто и воздух стал жестче. Я уже собиралась спросить, думает ли Кайрен на него всерьёз, но в этот момент взгляд зацепился за тонкую тёмную линию у бортика бассейна — как будто по камню провели мокрой нитью. Я протянула руку и остановилась в волоске от поверхности. Холод обжёг пальцы прежде, чем я успела коснуться.

Белый пар. Чья-то рука, сжимающая подбородок уже умирающего мужчины. Мужской голос, раздражённый и резкий: «Он не должен был вынести это наружу». Женский — спокойный, почти равнодушный: «Тогда надо было убирать его раньше». Потом чужая ладонь стирает кровь с губ мага, и в этом движении нет ни спешки, ни жалости — только деловитая брезгливая аккуратность.

Я дёрнулась назад так резко, что чуть не потеряла равновесие. Кайрен успел поймать меня за локоть раньше, чем я ударилась бы о камень.

— Что? — спросил он коротко.

Его пальцы были тёплыми. Настоящими. На миг это отрезвило лучше любого окрика.

— Здесь были двое, — выдохнула я. — Мужчина и женщина. Он злился. Она — нет. Совсем нет. И маг уже умирал, когда с ним говорили. Они не решали, убивать ли. Они спорили, почему это не сделали раньше.

Кайрен не отпустил меня сразу. Только спустя секунду, когда, кажется, убедился, что я больше не рухну на пол. Потом отступил, и купальня снова стала холодной и чужой.

— Женщина? — уточнил он.

— Да.

— Уверена?

— Абсолютно.

Он кивнул так, будто получил не новую информацию, а подтверждение собственных расчётов. Я же вдруг очень ясно вспомнила леди Северайн с её ледяной правильностью и безупречным спокойствием. Имя само поднялось к губам, но я сдержалась. Пока слишком рано.

Кайрен ещё раз обошёл комнату и у самой стены поднял со ступени небольшой серебряный предмет. Тонкий зажим с выщербленным краем, достаточно простой, чтобы не заметить с первого взгляда, и достаточно характерный, чтобы тот, кто знает, понял сразу. Он показал его мне. На металле был выбит узор из трёх переплетённых линий.

— Я уже видела этот знак, — сказала я тихо.

Кайрен резко поднял голову.

— Где?

— В камине принцессы. На металлическом кружке. Она сделала вид, что не придаёт значения, но узнала его сразу.

Его лицо стало ещё жёстче.

— Ты уверена?

— Да.

Он сжал зажим в ладони так, что металл тихо скрипнул.

— Прекрасно, — произнёс он с интонацией, от которой мороз пошёл по коже. — Просто прекрасно.