Алые маки. Удачная сделка - Ядвига Троя

Загрузив оставшиеся покупки в авто, сотрудницы салона вежливо попрощались. Зеваки, столпившиеся понаблюдать за помпезным парадом роскошных коробок и свертков, поспешно растворились вслед за ними.

— Отужинать вместе нам не удастся, поскольку у меня на сегодня есть планы, — произнес Сергей Гаврилович, когда суета вокруг стихла.

Взгляд баронессы на ее спутника не выражал ни малейшего чувства. Со стороны могло показаться, что, предполагая приглашение на ужин, она отклонила его еще до того, как оно было сделано. Проглотив внезапное разочарование, Анна изобразила полное безразличие, решив, что провести остаток вечера порознь — самый наилучший исход их сегодняшнего совместного предприятия.

— Садитесь в машину, Ваше Благородие. Мой водитель отвезет вас домой, — тоном, не терпящим возражений, предложил мужчина.

— А как же вы, сударь? — поинтересовалась Анна, устремив свой взгляд прямо на него.

— Я прогуляюсь пешком. До места встречи с моим визави рукой подать, так будет даже быстрее, — ответил капитан-лейтенант, кивнув на величественное здание, видневшееся по другую сторону оживленного сквера. Это был отель “Англетер”, место, где произошла их первая после судьбоносного приказа императора встреча.

Прежде чем из нее вылетело хоть слово возражения, шофер услужливо распахнул перед девушкой дверцу автомобиля. Несмотря внутреннюю волну сопротивления, отказаться не представлялось возможным. Как бы то ни было, упрямая попытка утащить на себе весь этот багаж выглядела бы нелепо. Чем больше она размышляла на этим, тем абсурднее становилась подобная идея.

Изящным кивком головы баронесса выразила свою признательность.

— Благодарю вас, Сергей Гаврилович. — Анна замерла, скромно сложив перед собой руки, ее взгляд блуждал по лацканам пиджака мужчины.

Всего за несколько часов этот человек прямо у нее на глазах выбросил на ветер сумму, превышающую годовой бюджет семьи Беннигсен. Он вел себя странно: утверждая, что его заботит лишь собственный образ в глазах высшего света, на деле мужчина потратил колоссальные средства на преображение ее внешнего вида.

Гоня от себя мысли о причинах такого противоречия, Анна слегка склонила голову в прощальном жесте. Казалось, воздух между ними внезапно стал осязаемым, и ей захотелось любой ценой избавиться от этого странного напряжения. Вновь выпрямив спину, баронесса нарушила вязкую атмосферу, порывисто ринувшись к открытой дверце машины.

Сохраняя невозмутимое лицо, Алчевский наблюдал, как водитель, пропустив даму в лимузин, закрыл за ней дверь авто, суетливо занял свое место и завел двигатель. В тот же момент требовательный стук в стекло передней пассажирской дверцы заставил водителя вздрогнуть от неожиданности. Он резко обернулся и увидел своего хозяина, который, склонившись, раздраженным взглядом зыркнул на поворотную фрамугу в окне.

— Когда доставишь баронессу до места, выгрузи и занеси весь багаж в резиденцию Беннигсенов, — громко распорядился Солодовников-Алчевский, когда окно машины приоткрылось. — Столь взыскательный человек, как барон, должен по достоинству оценить эти подарки. Не так ли, сударыня?

Глава 25. Перст указующий

Сергей шагнул внутрь, и из его груди вырвался глухой гортанный смешок, который, подобно раскату грома, эхом разнесся по парадной особняка.

Нечитаемый взгляд пары глаз, похожих на два ледяных горных озера, не сходил с фигуры царевны. Внезапно подобие улыбки тронуло уголки губ молодого человека. Впрочем, выражение его лица было столь недобрым, что Лизи невольно отшатнулась, сделав шаг назад на ватных ногах.

Все еще стоя достаточно близко, казалось, она кожей ощущала холод, исходивший от хозяина дома. На мгновение обернувшись, он кинул беглый взгляд в сторону кованой калитки, затем вновь обратил взор на незваную гостью и коротким кивком головы подал знак камердинеру, который прятался у нее за спиной. Тот, без слов угадав желание хозяина, поспешно закрыл входную дверь, и в парадной повисла оглушительная тишина, которую лишь единожды нарушил резкий выдох, когда мужчина не сдержал усмешки.

Легким движением руки он остановил слугу, суетливо пытавшегося скрыться с места преступления, и тут же решительно двинулся к Елизавете. Сердце девицы, еще недавно переполненное волнением, застыло, когда она встретила его взгляд.

— Едем в Императорский дворец, — опустив приветствие, ледяным тоном объявил мужчина. — Вы и я.

В его словах звучало столько беспощадной неотвратимости, что по щекам юной царевны хлынул неконтролируемый поток слез. Эмоции, захлестнувшие ее в предвкушении этой встречи, внезапно столкнулись с жестоким пренебрежением.

— Нет, ни за что! — воскликнула Лизи, дрожащими пальцами вцепившись в рукав возлюбленного. — Я сбежала из-под охраны и проделала весь этот нелегкий путь лишь ради вас. Вы даже не представляете, Сережа, что мне пришлось пережить.

— О, не сомневаюсь, — усмехнулся Алчевский, скривив губы в презрительной ухмылке.

Изумление, сперва отразившееся на его лице при виде маскарада, устроенного великой княгиней, теперь сменилось недоумением. Сергей никак не мог взять в толк, что могло побудить царевну решиться на столь безрассудный шаг, и где она изыскала ресурсы, чтобы осуществить его. В нем вспыхнула искра сочувствия разом и к императору, которому еще предстояло расхлебывать кашу, что заварило его неразумное дитя, и к наследному принцу Свидении Адольфу Густаву, обреченному сочетаться с одержимой царевной династическим браком.

— Вероятнее всего, вас уже вычислили, и прибытие Особого отряда* — дело времени, — назидательным тоном заявил молодой человек. — Вы должны исчезнуть из моего дома до появления людей императора.

(*Особый отряд охраны — одно из подразделений службы безопасности Николая II, частично наделенное полномочиями контрразведки.)

— Сережа, умоляю, скажите, как есть, — взмолилась великая княгиня, в ее голосе отчетливо слышались требовательные истеричные нотки. — Вы все еще видите во мне ребенка? Допускаю, что во время нашего первого знакомства именно им я и являлась, но смею вас уверить, с тех пор много воды утекло.

Сорвав со своей головы соломенную шляпку, Ее Высочество театральным жестом отбросила ее в сторону, и головной убор с громким хлопком приземлился на мраморный пол.

— Посмотрите на меня, Сережа, — ее воззвание звучало предельно решительно. — Я уже не ребенок, но взрослая женщина. И ради вас я без колебаний готова пожертвовать своим титулом!

— Ваше Высочество, ребенок вы или женщина, до этого мне ровным счетом нет никакого дела, — взгляд мужчины, устремленный прямо на нее, выражал абсолютную искренность.

— Это из-за моего царского происхождения? Из-за неравенства в положении? Неужели какие-то условности могут заставить вас отречься от чаяний своего сердца? — разочарованно спросила Лизи, она едва держалась, чтобы не разрыдаться.

— Родиться дочерью императора — тяжкое бремя, Сережа, — заключила она полным драматизма голосом. — Я бы все отдала, лишь бы не чувствовать тяжесть короны на своей голове.

Пустым откровением августейшая особа завершила душераздирающую сцену, самоотверженно отдавшись роли трагической героини.

От рождения имея привилегированное положение, царевна вовсе не была знакома с понятием отказа. Судя по всему,