Невеста проклятого герцога - Эва Морей

наступающими вас праздниками! Пусть они пройдут лучшим для вас образом: в кругу семьи и близким или в компании самого приятного человека - себя))) Пусть в следующем году все ваши желания исполняются и год приносит с собой только приятные сюрпризы. Теплых вам праздников!

Следующая глава будет 02.01

Глава 12.

Я устраиваюсь поудобнее, подталкиваю под локоть какой-то сверхмягкий торнвейловский плед (который наверняка стоит больше, чем вся моя одежда в прошлой жизни), и раскрываю книгу.

Первая строка резанула глаз жирным заголовком:

«Глава 1. Как понять, что мир пытается вас убить: признаки надвигающегося прорыва».

— Чудесно, — бормочу себе под нос, чувствуя, как мурашки поднимаются по позвоночнику. — Самая успокаивающая тема для чтения в одиночестве.

Текст начинается высокопарно – я уже готовлюсь заскучать, - но почти сразу Ламертин вставил приписку на полях: «Читай внимательно. Это важно. Да, даже тебе». Очень мотивирует. Я облизываю пересохшие губы и продолжаю.

«Прорыв – это разрыв ткани мира. Место, где границы между мирами истончаются настолько, что темная энергия с изнанки просачивается внутрь. Если прорыв достаточно слабый, его почти невозможно заметить… пока не поздно». Угу. Отлично. Впереди веселое чтение. Я переворачиваю страницу – и вижу схему. Не скучную, а такую… живую. Словно кто-то перерисовывает ее прямо сейчас: линии дрожат, переливались золотом.

«Тревожный признак №1: воздух ведет себя неправильно.»

— Потрясающе конкретно, — фыркаю. Но, к счастью, ниже идут примеры.

Воздух становится тягучим, похожим на слишком густой сироп.

Шумы глушатся или искажаются.

Тень двигается не туда, куда падает свет.

Звук начинает запаздывать.

Я непроизвольно бросаю взгляд на стены библиотеки. Все на месте. Вроде бы. Хотя… мне показалось, что лампа моргнула. Или это у меня глаз дернулся?

Дальше:«Признак №2: запахи, которых быть не должно.»

— Запахи? — я хмурюсь.

На полях рядом аккуратная приписка Ламертина:

«Да. Обычно – сырость, прелая бумага, металл. Иногда – озон. Редко – кровь. Не паникуй раньше времени.» Ага. Спасибо, дед. Очень помог.

«Если же прорыв усиливается, рядом начинают проявляться всполохи дикой магии: от слабых искр до теней, движущихся сами по себе. На этой стадии любой маг уже почувствует неладное. А вот обычные люди…» Текст оборвался. И чуть ниже рукой Ламертина дописано:«Обычные люди ничего не чувствуют. Они слишком заняты тем, чтобы не замечать плохое. Но проводники – другое дело.» Я замираю. И вдруг чувствую внезапный укол тревоги, от которого сердце подпрыгивает к горлу.

Я медленно подношу книгу ближе к лицу. Текст идет дальше: «Проводник ощущает разрыв раньше других. У некоторых это проявляется как слабая дрожь в ребрах. У некоторых – как тянущая боль под сердцем. У некоторых – как ощущение, что их тянут в сторону, будто за ниточку».У меня под ложечкой неприятно потянуло. Совпадение. Наверное.

— Так, — я нервно сглатываю, похоже ночью мне приснится пару увлекательных кошмаров. — Я официально ненавижу эту книгу.

Колокольчика уже нет, но мне всё равно кажется, что где-то над ухом звенит легкий дзынь – эхом тревоги.

Я переворачиваю страницу - и попадаю на раздел «Как выглядит сам прорыв». Там написано всего несколько фраз:«Прорыв не одинаков. Он может быть как булавочное отверстие, так и зияющая рваная пасть в пространстве. У слабых прорывов свет дрожит, искажается, будто вы смотрите сквозь горячий воздух над огнем. У сильных - появляются рваные края из чистой магии. И тогда уже поздно». Нарисованная рядом иллюстрация почему-то движется и мерцает, как живая. Силуэт разрыва будто тянется наружу. Я отдергиваю руку.

— Нет, нет, нет, это мы читать не будем. — Отодвигаю книгу еще дальше.

Я перелистываю на раздел про закрытие прорыва.

«Чтобы закрыть прорыв, требуется двое: проводник и источник магии. Лучший источник – дракон. Их магия самая плотная, глубокая, пригодная для штопки ткани мира. Маги тоже подходят, но расход сил у них выше. Дракон собирает энергию мира и направляет её. Проводник – стабилизирует. Вместе они могут затянуть даже большой прорыв».

Я представила себя рядом с Рейвом, который опять жжет кресла, и как мы в дуэте «штопаем» мир… да уж. Скорее мы бы спалили половину замка. В общем, надеюсь вся эта тема с проводниками не имеет ко мне отношения. Хотя дед был полон невысказанных намеков. Но я, пожалуй, предпочту не замечать грабли на пути, пока они не стукнут меня по лбу.

Последний абзац главы совсем короткий. И от этого – самый пугающий: «Но если прорыв открывается полностью… существа, живущие по ту сторону, приходят сами. И тогда уже поздно».

Я закрываю книгу, прижимая её к груди, чтобы она не решила внезапно ожить или ещё что-нибудь показать.

— Чудесно, — выдыхаю я. — Просто замечательно. Теперь смогу умереть с полной осознанностью происходящего.

Где-то в библиотеке тихо скрипит доска. Я вздрагиваю. Засовываю книгу за пояс. Пожалуй, хватит на сегодня Ламертина. Голова гудит – от ритуалов, призраков, намеков и слишком большого количества недосказанностей. В итоге я решаю сделать единственно разумное: взять следующую книгу с полки. Если уж я застряла в этом мире, было бы неплохо понять, где именно.

Выяснилось, что живу я в королевстве под названием Астария. Название звучит красиво и обманчиво спокойно – будто речь идет о стране с открыток, а не о месте, где регулярно рвется ткань реальности. Территория у королевства внушительная: расстояния измеряются сотнями миль, а столица описывается как крупный, плотно населенный город с кварталами знати, магическими учреждениями и великолепным дворцом в центре.

Астария делится на герцогства, и одно из них – Торнвейлл – принадлежит Рейву. Северные земли, прохладный климат, хвойные леса, каменные замки и, как бы между строк, повышенная магическая активность. Чем дальше я читаю, тем чаще мне попадаются странные формулировки вроде «тонкие места», «магическая плотность» и «опорные точки мира». Нахожу даже небольшой экскурс в историю бедствий этой реальности: последний крупный прорыв, произошедший несколько веков назад, уничтожил большую часть драконов. Это событие называют катастрофой эпохи, но описывают удивительно сухо – как будто кто-то старательно вычистил из повествования все эмоции.

Политическое устройство Астарии выглядит не менее тревожно. Формально страной правит король. Фактически – Совет магов.

Отдельным пунктом опять идет набившее оскомину упоминание о проводниках. Написано, что их становилось все меньше, затем они «исчезли». Формулировка была до неприличия расплывчатой. Ни причин, ни последствий. Просто – их нет больше, какая печаль. Как будто людей можно вычеркнуть из мира, и он сделает вид, что так и было задумано.