Развод с драконом. Я исцелю твой род без тебя - Алекс Скай

Эвелина поняла удар.

Если она не появится, Селеста и Илария объявят её спрятавшейся бывшей женой, которая умеет спорить только у своих ворот. Если появится — её будут рассматривать как скандал, как тень брака, как женщину без венца и статуса.

Каэль тоже понял.

— Эвелина будет приглашена, — сказал он.

Илария посмотрела на него резко.

— Это закрытый бал Совета.

— Я пришлю официальное приглашение от Дома Арданов.

Эвелина повернулась к нему.

— Нет.

— Да.

И вот это уже был прежний Каэль — решивший, что знает лучше.

В её взгляде он, видимо, прочёл всё, потому что сразу добавил:

— Не как бывшей жене. Как хозяйке Белой Ивы. И как стороне в деле Лиры.

Эвелина замолчала.

Мира тихо сказала:

— Это меняет дело.

Илария улыбнулась, но улыбка вышла натянутой.

— Как интересно. Значит, до завтра.

Она села в карету, так и не обернувшись к детям. Корзины остались у ворот — красивые, аккуратные, пахнущие чужой щедростью и расчётом.

Когда карета скрылась, Рен сказал:

— Пледы можно оставить. А ленточки срезать.

Брина вздохнула.

— Хоть кто-то мыслит практично.

На следующий вечер Эвелина вошла в зал лорда Марвена без драгоценностей.

Она долго выбирала платье и в конце концов остановилась на простом тёмно-зелёном, которое Мира нашла в сундуке леди Аделины и Брина успела подогнать по фигуре. На нём не было золота Арданов, серебра Вейров, тяжёлых камней и родовых цепей. Только тонкая вышивка по рукавам: белые ветви, почти незаметные при обычном свете и мягко сияющие, когда рядом вспыхивали драконьи кристаллы.

— Они будут ждать, что вы придёте либо в трауре, либо в вызове, — сказала Мира перед отъездом. — А вы идёте как хозяйка дома. Это гораздо неприятнее для врагов.

Лира хотела ехать с ней, но Эвелина отказала. После ночных событий девочка оставалась в Белой Иве под охраной Томаса, Миры и всех детей сразу. Рен заявил, что если кто-то придёт за Лирой, он сначала должен будет пройти через него, Брину, Савера, близнецов и, возможно, через кухонную сковороду.

Каэль приехал за Эвелиной сам.

Не в карете Арданов с гербами, а верхом, в тёмном камзоле без парадной золотой вышивки. На руке снова была перчатка. Родовой перстень он так и не вернул.

У ворот Белой Ивы они несколько мгновений смотрели друг на друга.

— Ты не обязана ехать, — сказал он.

— Знаю.

— Сегодня будет неприятно.

— Какая редкость для Совета.

Он почти улыбнулся.

— Я не отойду далеко.

— Каэль.

— Рядом, — поправился он. — Не впереди.

Она кивнула.

Бал у лорда Марвена был тем самым видом торжеств, где улыбки стоили дороже драгоценностей, а каждый поклон имел вес подписанного договора. Зал сиял синими и золотыми кристаллами. На балконах играли музыканты, в центре кружились пары, вдоль стен стояли главы домов, их супруги, наследники, советники, все те, кто ещё недавно наблюдал за разводом Эвелины как за удачно поставленной сценой.

Когда она вошла, разговоры не оборвались.

Они стали тише.

Это было даже лучше.

Каэль шёл рядом, но не касался её руки. И всё же зал видел: он привёл её сам. Не прятал. Не стыдился. Не ставил позади.

Селеста стояла у высокого окна в платье цвета серебряного пламени. Рядом с ней — Илария. Сегодня на девушке было белое платье с тонкой золотой отделкой, почти свадебное по смыслу, хотя формально — бальное. Эвелина отметила это без боли. Боль осталась где-то глубже, связанная не с платьем, а с тем, как легко когда-то её место приготовили другой.

Лорд Марвен встретил их у входа.

— Госпожа Белая Ива. Лорд Ардан.

Он назвал её первой.

Селеста услышала.

Эвелина тоже.

— Благодарю за приглашение, лорд Торн, — сказала она.

— Вопрос Лиры требует свидетелей и рассудительности.

— Надеюсь, сегодня в зале найдётся и то и другое.

Усы старого лорда дрогнули.

— Вы смелы.

— Нет. Просто мне надоело быть удобной.

Каэль тихо выдохнул рядом, но ничего не сказал.

Сначала всё шло как ожидалось.

На Эвелину смотрели. С ней здоровались осторожно, будто её новый статус мог оказаться заразительным. Несколько леди из младших домов подошли с тихими словами поддержки, но тут же отступили, стоило Селесте повернуть голову. Один старый лорд сказал, что Белая Ива «вызвала ненужное волнение», на что Эвелина ответила, что мёртвая тишина редко бывает признаком здоровья дома. Он больше не подошёл.

Потом Илария сделала свой ход.

Музыка смолкла после третьего танца. Лорд Марвен поднялся на малое возвышение, чтобы объявить начало официальной части вечера, но Селеста мягко коснулась его рукава и попросила слово. Ей, разумеется, не отказали.

Эвелина стояла у колонны. Каэль — рядом. Между ними было достаточно расстояния для приличий и недостаточно для равнодушия.

Селеста улыбнулась залу.

— В трудные дни домам особенно важно помнить о будущем. Старые союзы иногда рушатся, потому что перестают служить высшему благу. Но новые союзы могут вернуть равновесие.

Эвелина не шелохнулась.

Каэль напрягся.

Илария вышла вперёд.

Свет кристаллов лёг на её белое платье, и зал ахнул достаточно тихо, чтобы это показалось воспитанным восторгом. Она была красива. Нельзя было отрицать очевидное. Нежная, светлая, будто созданная для роли новой леди Ардан — той, кто принесёт дому порядок, мягкость, наследников и послушное согласие старших.

— Я благодарна Дому Арданов за доверие, — сказала Илария. Голос её звучал чисто. — И надеюсь вскоре оправдать его не словами, а служением.

В зале зашептались.

«Новая леди Ардан…»

«Союз уже решён…»

«После слушания развод завершат…»

«Белая Ива проиграла…»

Эвелина почувствовала, как эти шёпоты проходят по коже.

Но не ранят так, как раньше.

Потому что за последние дни она слишком много раз держала испуганных детей за руку, чтобы снова стать женщиной, которую можно уничтожить чужим платьем.

Каэль шагнул вперёд.

Эвелина остановила его едва заметным движением руки.

Нет.

Не сейчас.

Она сама.

— Какое трогательное объявление, — сказала Эвелина.

Голос её прозвучал негромко, но зал услышал. Может быть, потому что все ждали именно её реакции.

Илария повернулась.

— Госпожа Белая Ива?

— Я только не поняла, леди Вейр: вы уже служите Дому Арданов или только примеряете место у его очага?

Селеста побледнела.

— Осторожнее.

Эвелина улыбнулась ей.

— Сегодня я предельно осторожна. Поэтому уточняю при свидетелях. Развод не завершён в книгах Совета. Дело о брачной клятве открыто заново из-за появления скрытых записей. Происхождение ребёнка из северной башни не установлено. Родовой алтарь молчит. Крылатое пламя погасло. И в этот чудесный момент нам объявляют о будущей хозяйке Арданов. Смело.

По залу прошла волна.

Лорд Марвен нахмурился, но не